Некрасивая - Ольга Сурмина

— Конечно, — Селена отчуждённо кивнула. — Вы будете с нами в офисе сегодня? Или позже опять подъедете?

— Помилуй, солнце! Давай на «ты», — мужчина игриво склонил голову в сторону и протянул своей попутчице стакан кофе. — Может, и посижу с вами — а что нет? Парни и без меня справятся. Понаблюдаю за вашей работой. Пойму, к чему готовиться. — Говард весело засмеялся. — Видишь ли, я никогда не имел дела со съёмками женщин. Так что…

— Серьёзно? Никогда? — Бауэр удивлённо вскинула брови, залезая на переднее сиденье.

— Ну да! — Грин хлопнул дверью со стороны водительского, слегка размял плечи, затем взялся за руль, завёл двигатель и медленно тронулся. — Я не привык сексуализировать свою работу. А работа с женщинами как бы, ну… подразумевает. Даже если на мой вкус там никого нет, всё равно найдётся обворожительная принцесса, которая будет делать что-то ещё. Снимать, например! Или грим накладывать. Ух, работа с женщинами — это… не каждый потянет. Так что я очень уважаю твоего шефа. Потому что в жизни… не успеешь моргнуть — уже женат на своей секретарше! Думаешь, мало таких историй? Полно! А он который год бизнес держит — и до сих пор холост. Профессионализм. Самодисциплина.

— А что у вас… гримёры тоже мужчины? — Селена едва не раскрыла рот. — Гримёры, костюмеры?

— Азиаты, в основном, — отмахнулся Говард. — Японцы. Китайцы есть. Женщин мало — они тоже азиатки. Ну а я… сама понимаешь, с континента. Мне нравится другой тип лица. Лица и фигуры.

— А вы боитесь… жениться на ком-то из персонала? — почему-то спросила девушка, хотя быстро поняла, что сболтнула лишнего. — В смысле, вы не хотите брать никого привлекательного к себе на работу. И, раз так…

— Помилуй, солнце! — Грин засмеялся. — Дело совсем не в этом. Ты вот представь: я — владелец мужского модельного агентства. И вот какая-то девочка придёт ко мне на работу. Думаешь, она не будет пытаться продвинуться по карьерной лестнице через постель? Думаешь, не будет пытаться стать моей женой? А я в этом уравнении кто? Будущий муж? Или, всё-таки, карьерный лифт, денежный мешок? Не нужны мне такие соблазны — и не нужны потом разочарования.

— Вот оно как, — пробормотала Селена. — В ваших словах есть резон.

— Поэтому я уважаю твоего шефа. Сколько девочек пыталось на него залезть — одному Богу известно. А он до сих пор один, и текучки у него нет. Знаешь, что это значит? Что «поматросил и бросил» — не его сценарий. Он просто с ними не спит. Я… уважаю такое.

— Я тоже, — с мёртвым взглядом скрипнула Бауэр. На самом деле она не знала, были ли у него отношения, как выглядели эти отношения и как выглядели те, кто с ним в них вступал. Сколько она себя помнила, Джерт Анселл для всех казался недостижимой мечтой. Даже случайно влюблённые модели не решались признаться ему в чувствах — потому что заранее думали, что получат отказ.

А она призналась. Коровушка.

Селена мрачно вздохнула. На языке ощущался горько-сладкий вкус кофе и сливок. Сквозь опущенное стекло автомобиля Токио слишком уж медленно плыл мимо — будто город не проснулся до конца, а только приоткрыл глаза и лениво потянулся к новому дню. Горячий ветер дул прямо в лицо, поднимал в воздух мягкие волосы. В стёклах солнечных очков отражались дома — узкие, высокие, будто вытянутые вверх от нехватки пространства, и вывески, мерцающие остатками ночного неона.

Она смотрела, как город оживает — неспешно, ритуально. Школьники в одинаковой форме ждали на перекрёстках, чинно склонив головы над телефонами. Дворник в широкополой панаме поливал тротуар из тонкого шланга, и капли воды сияли на солнце.

— Нравится Токио, принцесса? — в очередной раз улыбнулся Говард. — Ты залипла. Хочешь, покатаемся как-нибудь?

— Не знаю, — Бауэр как-то отстранённо пожала плечами.

Вроде как хотелось отказаться, потому что убийственный флирт мистера Грина прибивал к земле, словно гигантский валун. А с другой стороны… мистер Грин был сейчас единственным человеком, который не знал о провале Селены на любовном фронте. Человеком, который не спешил ей сочувствовать глазами, не спешил начинать её подбадривать — и просто вёл себя как ни в чём не бывало. Возможно, это было сейчас именно тем, что ей действительно нужно.

— Ну ты подумай, — он игриво улыбнулся и заглушил мотор. — Приехали.

Онсэн, саке и котацу

— Он тебя и отвёз, и привёз потом с утра. Это интересно, конечно. — Девушка небрежно смахнула с лица тёмную прядь, затем осторожно отпила из бумажного стакана чёрный крепкий кофе. — Я смотрю, ты не циклишься. Ну и правильно делаешь.

— Эви, — почти прорычала Селена, отходя от фотоаппарата на штативе. — Это не то, что ты думаешь, вот вообще не то. И не смей распускать слухи.

— Какого ты обо мне мнения? — визажист закинула ногу на ногу и откинулась на сером пластиковом стуле с деревянными ножками. — Хотя… будь я на твоём месте, я была бы совсем не против, чтобы эта новость поплыла по залу. Представляешь, как у мистера Анселла лицо вытянется? Представляешь?

— Не вытянется оно у него, — раздражённо вздохнула мисс Бауэр. — Ему всё равно. И если честно… я не хочу ему мстить, пытаться увидеть какую-то его реакцию и всё в таком духе. Это довольно далеко от «отпустить». А я как раз пытаюсь «отпустить».

— Скукота, — Эви широко улыбнулась и прикрыла глаза.

В обеденные часы фотостудия, как ни странно, пустовала. Обычно кто-то оставался здесь, пил кофе, жевал заварной рамен, но сегодня тут остались только двое: фотограф и визажист. Остальные девушки разбежались докупать то, чего им, как они считали, не хватало для поездки на онсэн. Широкие полотенца, перекус в дорогу. Тёплые носки, чтобы не замёрзнуть ночью на футоне.

— Поездка обещает стать эпохальной, — вновь заговорила Эви, только ответа так и не дождалась. Кофе в стакане постепенно заканчивался.

Селена не видела своего шефа с самого утра и чувствовала, в каком-то роде, облегчение. День клонился к вечеру. Самый ближайший онсэн находился в префектуре Канагава — от центра Токио туда легко было добраться на обычном автобусе. Этот автобус должен был относительно скоро подъехать, но почему-то Бауэр казалось,