Еретики. Как церковные распри создали мир, в котором мы живем - Сергей Ходнев

истово, чем в Троицу. Казалось, что без этого царства земного, без этого вселенского владыки мирское существование человечества и невозможно. Что это владычество продлится до конца времен, когда, по слову апостола, будет «взят от среды удерживающий теперь» (2 Фес. 2:7) — под «удерживающим» разумели именно римского императора.

Да, Западная Римская империя пала — но Восточная-то осталась, и жители ее, даже забросив латынь, упорно продолжали называть себя «ромеями», римлянами. Папам было трудно: модель соработничества между церковью и империей требовала, чтобы они сносились с василевсами с церемонной почтительностью. Но правители Византии были самовластны, на порицания и увещевания из Рима реагировали не слишком внимательно, а иногда (пока на это были силы) волюнтаристски вмешивались в папские дела. И притом все реже оказывали реальную военную помощь тогда, когда папам она была действительно нужна — когда нужна была поддержка против очередных нагрянувших в Италию варваров.

Папство терпело, терпело — и в конце концов, как мы уже видели, сотворило своего собственного кесаря, короновав Карла Великого в Рождество 800 года и воссоздав тем самым Западную Римскую империю. С той поры римская оптика непоправимо поменялась, и «император греков» с его подданными из трудных, но драгоценных партнеров по диалогу превратились в досадных и чванливых смутьянов.

Византийцам в каком-то смысле было проще. Дела в империи могли идти плохо или хорошо, но непомерный авторитет императорской власти почти всегда оставлял восточным патриархам роль послушных «потаковников», которых, если что, можно было сменить в мгновение ока. Василевс созывает соборы, издает указы по вероучительным вопросам, и наиболее вероятная неприятность на церковном фронте для него может быть одна: очередной папа пришлет из Рима гневную протестацию — и к ней, чего доброго, прислушаются. А уж после 800 года Восток и вовсе махнул на папство рукой. Прежде 1054 года Константинополь не раз пытался договориться с Римом о разделе церковных полномочий: мы не вмешиваемся в ваши дела на Западе, вы не оспариваете верховенство нашего патриарха. Не получилось.

Сложность была в том, что древние времена единства в вере психологически навсегда остались для обеих сторон очень важными, и на том единстве обе выстраивали свою позицию в дальнейших спорах. В святцах православной церкви не случайно значатся римские папы Климент I, Лев I, Григорий I, Мартин I. В римском Сан-Пьетро берниниевскую «Кафедру Святого Петра» не случайно поддерживают не только Амвросий Медиоланский и Блаженный Августин, но и Афанасий Александрийский с Иоанном Златоустом. Констатировать, что такой-то отпал от правой веры — значит точно назвать, когда и как произошел акт отпадения, это как с грехом Адама или бунтом Денницы. Латиняне и греки со временем написали целые тома, демонстрируя, как-де исподволь их оппоненты укреплялись в зловерии и подходили к схизме. Но так и эдак получалось, что сильно углубляться в поисках рокового момента в историю не стоит: многие учения или практики, которые теперь оказались под градом анафем, мирно сосуществовали в те дораскольные времена, когда все, казалось, было хорошо, благополучно и правоверно.

Так и вышло, что ретроспективно датой великого и трагического раскола стали для удобства считать именно 1054-й. И попробуй объясни, что в тот год на самом деле ничего катастрофичного не произошло, всем вольным и невольным жертвам этого раскола — десяткам тысяч «франков», истребленных в латинских кварталах Константинополя в 1182-м, бесчисленным грекам-«схизматикам», которых вырезали крестоносцы во время Четвертого крестового похода, сербам, сгинувшим в концлагерях Независимого государства Хорватия, или украинцам-униатам, безжалостно «воссоединенным с православием» при Николае I и при Сталине.

XIV–XV века. Великая западная схизма: трое пап на один Рим

Удивительно… видеть, как пергаменты, на деле бессмысленные, привешенной печатью превращаются в сети, которыми — именем того же Иисуса, но действом Велиала — уловляется множество доверчивых христиан… Созерцать вместо святого уединения окаянные сборища… вместо трезвого пощения — сладострастные пиры… Что еще сказать? Мы словно у царя персов или парфян, перед которым надо преклоняться, которого и поприветствовать нельзя, если не приносишь ему дар.

Франческо Петрарка. Письма без адреса. V

Накануне битвы при Роозебеке в 1382 г. французские военачальники испытывают сомнение, развернуть или нет перед своими войсками орифламму против фламандских повстанцев, ибо священное королевское знамя могло употребляться только в священных войнах. И решение таково: фламандцы — сторонники Урбана VI, а значит, безбожники. <…> Похоже, что на исходе XIV в. в народе всерьез верили, что с начала Великой Схизмы никто уже более не попадал в рай.

Йохан Хёйзинга. Осень Средневековья[57]

Часто кажется, что первая тысяча с небольшим лет истории христианской церкви — это параллельное существование двух очень разных модусов: на востоке спорят, изощряются, ссорятся, слабеют в этой словесной борьбе, на западе без затей держатся Рима — как он скажет, так и будет. По иронии судьбы именно папство оказалось единственным унаследованным от издыхающей Западной Римской империи универсальным институтом, который благополучно пережил Темные века, накапливал все больший престиж и все большее могущество, прочерчивал границы средневековой Европы, возводил на трон и низлагал светских владык. Однако времена менялись, и, замешкавшись на закате Средневековья перед лицом новых обстоятельств, папство на время выпустило вожжи и вынуждено было довериться внешним политическим силам. Один из скандальнейших расколов в церковной истории длился не очень долго, 39 лет, но для дальнейшего исторического бытия христианства — причем не только католического — эти неприличные события оказались судьбоносными.

Великая западная схизма — период раскола в Римско-католической церкви (конец XIV — начало XV в.), последовавший за так называемым Авиньонским пленением — переносом резиденции папы римского из Рима в Авиньон. C 1378 по 1410 год на главенство в Западной церкви претендовало двое соперничающих пап, а с 1409 по 1417 год — даже трое, причем каждый из альтернативных понтификов пользовался поддержкой отдельных европейских государств или их групп. Конец расколу положил Вселенский собор католической церкви в Констанце (1414–1418).

Всему виной тамплиеры, скажут диванные конспирологи. Филиппу IV Красивому, королю Франции, нужно было что-то сделать со связавшими его по рукам и ногам финансовыми обязательствами перед великим рыцарским