"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 - Генри Крейн

— Но каким образом? — Мейсон по–прежнему не верил в то, что Марк станет чинить препятствия на пути воссоединения в браке Мэри и его, Мейсона. — Но каким образом?

— Мейсон, я не хочу, чтобы у Марка появился шанс помешать нашему счастью. Давай поищем какой‑нибудь другой выход.

Мейсон развел руками.

— Какой выход, Мэри? Подай на развод. Но, при желании, Марк может затянуть решение вопроса на неопределенное время. К тому же, для тебя важно, чтобы ваш брак был расторгнут с освящением церковных кругов.

Мэри вскочила с места.

— Нет, Мейсон. Давай поговорим о другом…

Он тоже встал.

— Нет, Мэри. От этого зависит наше будущее.

Она схватила со стола сумочку.

— Нет, Мейсон! Я не хочу впутывать в дело, которое касается нас двоих, Марка! Я просто не могу этого сделать!

Мэри бросилась к выходу из ресторана. Мейсон направился за ней.

Сантана вышла из спальни, услышав в гостиной какой‑то шум. Круз одевался. На плечи Сантаны был наброшен ночной халат.

— Куда ты собрался? — спросила она.

— Только что звонили из полиции. Они засекли странный звонок. Похоже, звонили из пригорода. Там требуется мое присутствие.

— Когда ты вернешься?

Он неопределенно пожал плечами.

— Не знаю, все будет зависеть от того, что это означает…

— Понятно… — удрученно сказала она. — Наверное, эту ночь мне придется провести без тебя.

— Извини, служба, — мрачно сказал он.

Круз поспешил уйти, чтобы не выслушивать очередной порции обвинений в свой адрес.

Когда дверь за ним закрылась, Сантана, нервно кусавшая губы, бросилась к телефону. Она набрала номер ресторана «Ориент Экспресс».

— Будьте добры, окружного прокурора Тиммонса…

Спустя несколько секунд она услышала в трубке его голос:

— Я слушаю.

— Кейт, это я, Сантана, — дрожащим голосом сказала она. — Круз уехал. Я не могу оставить дома Брэндона одного. Приезжай.

— Он ответил одним словом.

— Еду.

— Только, пожалуйста, не звони в дверь, — поспешно сказала она. — Брэндон уже спит. Просто постучи. Я услышу. Я жду тебя.

В ожидании приезда Тиммонса она выпила еще несколько таблеток, которые помогли ей успокоиться. Спустя несколько минут она услышала у дома шум останавливающейся машины и выглянула в окно. Из автомобиля вышел Тиммонс. Уверенной походкой он направился к двери. Он еще только поднимал руку, чтобы постучать, когда Сантана уже распахнула перед ним дверь.

Он тут же с порога принялся обнимать и целовать ее.

— Я счастлив! — спустя несколько мгновений с наслаждением произнес он.

— Тихо, тихо, Кейт… — она опасливо оглянулась. — В доме Брэндон…

Тиммонс держал Сантану за руки.

— Милая, могу ли я рассчитывать на повторение этого вечера? Ведь, если ты снова пригласила меня, на этот раз к себе домой, то, наверное, ты не считаешь произошедшее между нами ошибкой?

— Не знаю, мне трудно сейчас сказать… По–моему, это было какое‑то сумасшествие, умопомрачение. Я даже не осознавала, что делаю. Мы были так неосторожны…

Тиммонс улыбнулся.

— Обещаю тебе, что с этого вечера я буду заботиться об этом. Но, обнимая тебя, так сложно сохранять спокойствие…

Он снова бросился целовать ее. Сантана вырвалась из его объятий и отвернулась.

— Сантана, не нервничай, — сказал Тиммонс. — Обещаю тебе, мы найдем выход из этого положения. Всем будет хорошо.

— Ты так думаешь? Он развернул ее к себе.

— Мы устраним элемент случайного и ненужного риска, — уверенно сказал он. — Когда сегодня в баре я разговаривал с Джиной Кэпвелл, честно признаюсь тебе, мне стало страшно. И тогда я понял, что мы не должны жить по указке других людей. У нас с тобой, Сантана, тоже есть право быть счастливыми!

На лице Сантаны появился испуг.

— А что хотела Джина?

— Она увидела нас в ресторане, подумала, что у нас роман, о чем сразу и недвусмысленно намекнула. Она считает, что если ей удастся уличить тебя в супружеской измене, она сможет вернуть себе Брэндона. И добиться отмены решения о твоем опекунстве над ним.

— Понятно, — пораженно прошептала Сантана. Она почувствовала, как ее охватывает страх.

— Но… — добавил Тиммонс.

— Что «но»? — она обернулась.

— У нее нет доказательств! И мы не дадим ей возможности получить их!

— Кейт, нельзя ее недооценивать… Джина очень умная женщина и, если она берется за какое‑нибудь дело, она обязательно доводит его до конца.

Тиммонс покачал головой.

— Сантана, не забывай, что на карту также поставлен вопрос о моей карьере. Пресса уничтожит меня, если что‑нибудь пронюхает о моем романе с женой их любимого полицейского! Но все будет нормально, если мы будем соблюдать необходимые меры предосторожности.

Сантана растерянно посмотрела на Тиммонса.

— Мне странно слышать такие речи из твоих уст… Мне кажется, что только что ты сам совершил весьма неосторожный поступок. Тебе не следовало приезжать сюда в такое позднее время…

— Но ведь ты сама просила об этом!

Она отвернулась.

— Да. Я сама не знаю, что на меня нашло! Это все из‑за Круза. Мне показалось, что он навсегда бросает меня и я остаюсь совершенно одинокой до конца своих дней…

Тиммонс снова обнял ее.

— Я не знаю, был ли этот поступок моим последним безумным поступком. Наверное, нет…

Он потащил Сантану за собой на диван и стал торопливо расстегивать на ней халат. Поначалу поддавшись, она затем оттолкнула его и вскочила.

— Кейт, мы не можем это делать сейчас. В соседней комнате спит Брэндон.

Она поспешно запахнула халат, завязывая пояс.

— К тому же Круз может вернуться…

Тиммонс сидел на диване перед журнальным столиком, на котором Круз оставил документы, касающиеся всех дел окружного прокурора. Взгляд Тиммонса упал на папки.

— Что это? — с удивлением спросил он. — Откуда они взялись? Весьма знакомые документы.

Он стал перебирать бумаги одну за другой.

— Круз сегодня изучал их, — сказала Сантана, — целый вечер.

— Зачем это? Интересно…

— Он ничего не говорил мне.

— Что же он задумал?..

— Ты, что — боишься, Кейт?

— Вообще‑то это все старые дела, которые были мной выиграны…

Тиммонс положил папку назад на стол. Он был явно и взволнован тем, что увидел. Интересно, не пронюхал ли Круз чего‑нибудь?

— Круз что‑то подозревает, — сказала Сантана. Тиммонс встал и подошел к ней.

— Как хорошо, что он не смог