У истоков американской истории. Массачусетс. Мэриленд, 1630-1642. - Лев Юрьевич Слёзкин

«смещать всех губернаторов или руководителей тамошних колоний… и назначать на их место новых… наказывая тех, кого вы сочтете виновными». И чтобы не оставалось у колонистов сомнений, что они целиком и полностью передаются в жесткие руки мстительного и фанатичного Лода, комиссии вручалась «власть для покровительства и управления» всеми колониями, настоящими и будущими, с правом «издавать законы, ордонансы и постановления в отношении общественного устройства указанных колоний, имущества частных лиц и их земельных владений, товаров, долгов и прав наследования».

Можно себе представить, какое все это произвело впечатление на пуритан Массачусетса, которым Хэмфри изложил содержание документа. В Лондоне у них были непримиримые враги: Лод и его сподвижники, Горджес и его союзники. Часть кораблей, следовавших в колонию, как рассказали вновь прибывшие, была задержана портовыми властями Англии. Их удалось освободить только благодаря усердным хлопотам судовладельцев. Привезенное письмо Крэдока уведомляло магистрат о том, что получен приказ доставить хартию Массачусетской компании Тайному совету (У, I, 127–128). Это угрожало потерей всех приобретенных прав и территорий, потерей всего достигнутого тяжелыми лишениями и трудом. Страшная, если не смертельная угроза!

Магистрат несколько раз собирался на специальные совещания. Составили письмо королю. Монарха просили, ссылаясь на права, предоставленные хартией, снять ограничения на эмиграцию[218]. Что касалось самого документа, то решили не отправлять его и тянуть время. В качестве оправдания предполагалось ссылаться на необходимость решения вопроса Общим собранием, которое должно было состояться только в сентябре (У, 1,128,129)[219].

Во время последующего томительного и тревожного ожидания вестей с родины членов магистрата порадовало письмо, полученное от влиятельного вельможи графа Уорвика. Он поздравлял их с успехами в деле освоения нового края и обещал помощь (У, I, 130). Приблизительно тогда же стало известно о выходе в Англии первого печатного труда о колонии Массачусетс. Его автором был бывший поселенец Уильям Вуд (ранее приводилось его описание Бостона). Вуд с похвалой отзывался о начатом деле, которому предсказывал большое будущее. В частности, он писал: «…я убежден, что, если бы многие, кто в Англии вынужден просить хлеба, оказались там, они жили бы лучше, чем многие из тех, у кого здесь есть деньги, чтобы купить этот хлеб»[220]. Понимая важность поддержки их Уорвиком и своевременность появления труда Вуда, массачусетские власти объявили обоих «благодетелями колонии»[221].

В магистрате кое-кто, вероятно, уже начал думать, что тревога, вызванная рассказом Хэмфри и письмом Крэдока, была напрасной, во всяком случае чрезмерной. Но нет. В середине сентября 1634 г. получили официальный документ, сообщавший о создании комиссии Лода, а также сведения, подтверждавшие худшие предположения колонистов (У, I, 135).

Во главе магистрата тогда стоял Дадли, непримиримый к вмешательству английских властей в дела колонии. 18 сентября Уинтроп записал: «Так как наши друзья предупреждают, что эта мера направлена прежде всего против нас; что приготовлены корабли и солдаты, которые якобы должны доставить в Виргинию нового губернатора, капитана Вудхауза, а на деле, как подозревают, должны быть использованы против нас, чтобы заставить нас силой принять нового губернатора, порядки англиканской церкви и законы, которые составят члены комиссии, то магистрат и делегаты приняли меры к ускорению строительства наших укреплений…» (У, I, 135).

Кроме прочего, решительность магистрата стимулировалась, вероятно, появлением на юге англичан-католиков, основавших на берегу залива Чесапик колонию Мэриленд. Еще в июне Уинтроп с беспокойством отметил в «Журнале»: «…многие из тех, кто прибыл туда, — паписты, и они открыто служат мессу». 14 октября возникла ссора между бостонцами и командой корабля, зашедшего в Массачусетс из Мэриленда. Вмешались местные власти, сделавшие капитану корабля серьезное представление (У, I, 127, 136–137).

Англия архиепископа Лода, предоставившая католикам Мэриленд, угрожавшая уничтожить пуританскую колонию, как бы провоцировала возникновение в ней сепаратистских тенденций. Однако 5 ноября в магистрат поступила жалоба от возмущенных жителей Уотертауна, составленная знакомым нам Ричардом Брауном[222]: в Сейлеме кто-то спорол крест с полотнища английского флага. В письме сыну Уинтроп сообщал: «…народ в большинстве своем оскорблен этим»[223]. «Дело, — записал Уинтроп в „Журнале“, — представляется серьезным, так как есть опасность, что осквернение королевского флага сочтут проявлением мятежа или другим не менее тяжелым преступлением; хотя высказывалось также мнение, что красный крест был дан королю Англии папой, а следовательно, это является выражением суеверия и наследием Антихриста» (У, I, 137).

Эндикотт срезает крест со знамени

Началось расследование. Сейлемского знаменосца Ричарда Дэвенпорта обязали явиться в магистрат для снятия показаний; 27 ноября ассистенты собрались в доме губернатора для разбирательства дела. «Мы выразили свое недовольство случившимся и свое намерение наказать виновных, проявляя, однако, при этом всю возможную осторожность, так как представляется сомнительной законность использования креста на флаге, хотя сам факт оскорбления флага мы считаем предосудительным и незаконным» (У, I, 141–142). Свою точку зрения ассистенты изложили в письме, отправленном в Англию Даунингу, который уже проявил себя активным защитником интересов колонии. Ему поручили изложить дело так, чтобы оно не вызвало враждебных акций со стороны властей метрополии.

В магистрате понимали, что история с флагом подольет масла в огонь ненависти, которую питал к пуританам Лод, даст архиепископу лишний повод к организации крестового похода против бежавших в Америку диссидентов. Готовясь к возможным последствиям, решили обсудить вопрос совместно со священниками; 19 января 1635 г. пасторы собрались в Бостоне. Перед ними поставили два вопроса: «1. Что должны мы делать, если из Англии пришлют генерал-губернатора? 2. Уместно ли иметь крест на наших флагах? На первый вопрос все единодушно ответили, что в случае появления генерал-губернатора мы не должны принимать его и должны защищать свои законные права и владения, если мы на это способны; если же не способны, то должны уклоняться от его приема, выигрывая время. Относительно креста мнения разделялись, а потому решение вопроса перенесли на другое заседание» (У, I, 145).

Ассистенты и священники так и не пришли к общему решению. К тому же выяснилось, что крест сорван с флага по распоряжению влиятельного Эндикотта (или им самим). Вопрос вынесли на Общее собрание, которое состоялось 4 марта 1635 г. И здесь мнения разошлись. Решение вопроса отложили до следующего собрания, а пока отдали приказ флагов не вывешивать. Создали специальную комиссию по военным делам (Уинтроп, Хейнс, Хэмфри, Эндикотт), наделив ее самыми широкими полномочиями, включая карательные — вплоть до смертной казни (У, I, 147–148).

Время шло, и история с флагом должна была уже стать известной в Лондоне, откуда ожидали больших неприятностей. Как бы в подтверждение возраставших опасений 26 апреля губернатору Дадли пришло донесение: у мыса Энн появились два больших корабля. Во всех поселениях