После развода. Преданная любовь - Марта Макова

Громко хлопнула входная дверь. Данька вернулся? Что-то рано сегодня.

Я растёрла ладонями щёки, чтобы вызвать хоть мало-мальский румянец, покусала губы. Сын ничего пока не должен знать. Пускай спокойно учиться. А я ещё поборюсь за себя.

Подышав, немного успокоилась и вышла из своей спальни.

— Дань? — позвала сына.

Ответом стал грохот в комнате сына. Словно мебель летала и билась в стены.

— Даня. — я постучалась и осторожно приоткрыла дверь в комнату сына. — Что случилось? Что за грохот, Дань?

Проскользнула в приоткрытую дверь и недоумённо оглядела разгром. Компьютерное кресло лежало на боку, сорванные с пробковой доски фотографии сына и его Лены, разорванные на мелкие клочки, были рассыпаны по всему полу, дверцы шкафа раскрыты нараспашку, на кровати горой навалена одежда сына.

— Дань… — я прижала пальцы к задрожавшим губам. — Сын…

— Мам, я уезжаю. — Данька остервенело дёргал заевший замок на чемодане. — Завтра. Прям первым поездом.

Это я уже поняла. Хотелось закричать в спину сына: — "А я?" — но только покрепче прикусила губу.

Что я? Неделей больше, неделей меньше — особой роли играло. Прав был Женя — перед смертью не надышишься.

— Из-за Лены, да? — я отстранила сына и отобрала у него чемодан. Легко, одним плавным движением расстегнула молнию замка. — Вы всё-таки поссорились?

— Она встречается с другим. — выдал осевшим голосом Данька.

— Как? — оторопела я. — Этого не может быть. Вы с восьмого класса вместе. Не разлей вода!

— Сам сначала не поверил, думал, обижается на что-то, назло мне говорит. — зло цедил слова Данил. — Чтобы заревновал, забеспокоился, но сегодня увидел во всей красе.

— Боже, и что теперь? — я прижала ладонь к горлу.

— А теперь, мам, Москва, университет, учёба и в дальнейшем карьера дипломата. Всё по плану. — усмехнулся сын. — С чистой совестью поеду учиться. Я её не бросал. Она сама нашла себе Васю Пупкина.

— Кого? — переспросила, услышав незнакомую фамилию. — Какого Васю?

— Пупкина, мам, Пупкина. А вернее, Беляева. И не Васю, а Олега.

— Не может быть. — покачала я головой.

В жизни разное бывает. И нечаянная любовь с первого взгляда тоже случается. Мне очень нравилась девочка Данила. Спокойная, воспитанная, скромная. И я видела, как она смотрит на Даньку. Какими глазами. Она любила его, я была в этом уверена. Сложно было поверить, в то, что в одно мгновение разлюбила и нашла другого парня. Когда? За эти две недели, пока Данька путешествовал с отцом по Европе?

— Ты уверен, Дань? Ты поговорил с ней или просто увидел с кем-то на улице? — беспомощно смотрела, как сын остервенело швырял свои вещи в чемодан. — Может, всё не так, как тебе показалось?

— Мне не показалось. — недобро усмехнулся сын и шагнул к письменному столу. Ноутбук, зарядные устройства, всё запихнул в сумку и застегнул на ней молнию. — Она сама мне сказала. Я к ней каждый день ходил. Разговаривал. А вчера сам увидел.

— Дань… — я подошла к сыну сзади и обняла, провела ладонями по напряжённым плечам.

— Всё хорошо, мам. — Данька перехватил мою руку, развернулся и прижал её к своей груди. — Я в порядке. Вася Пупкин, так Вася Пупкин. Её выбор. Я переживу.

Глава 31

— Почему ты молчала, Надь? — испуганно смотрела на меня в зеркало Полинка. — Никому ни слова. Разве так можно? И как давно?

— Четыре месяца. — вздохнула я и поддалась вперёд к зеркалу. — Может волосы назад зачесать?

— Четыре месяца. — тихим эхом повторила подруга, не скрывая ужаса. — А Данька знает?

— Нет. Никто не знает. — я встретилась с Полинкой взглядами в зеркале. — Ты первая.

— И всё это время ты всё держала в себе. — у подруги задрожали губы. — Надь…

— Вот поэтому и молчала. — нахмурилась я. — Ты бы уже четыре месяца ревела и смотрела на меня, вот как сейчас. Я ещё не умерла, Поль. Прекращай!

— Я не… — Полинка всхлипнула и натужно сглотнула. — Я не буду. Надь…

— Волосы сыпятся. — с горечью поделилась своей проблемой. — Может, просто залижем их? Макияж поярче сделаем. Акцент на губах.

— Залижем. И акцент. — согласно кивнула Полинка, не в силах совладать с эмоциями и, кажется, готовая согласиться на всё, что я предложу, лишь бы угодить.

Я слишком хорошо знала свою лучшую подругу. И примерно такую реакцию от неё и ожидала. Полинка будет рыдать, смотреть на меня больными глазами. Жалеть, одним словом. И сама потеряет покой.

— Тогда делай, Поль. — крутанулась вместе с креслом к подруге лицом. — Только с румянами не переборщи. А то буду, как чахоточная выглядеть.

— А Даньке почему не сказала? — взяла себя в руки Полинка, и на месте потерянной и расстроенной подруги появилась настоящий профессионал, чётко знающий своё дело.

— Потому что у него экзамены, потому что поступление. Как думаешь, как бы Данил отреагировал на новость о моей болезни? — я подняла лицо и прикрыла глаза, отдаваясь в умелые руки своего любимого гримёра.

— Как? — Полинка закусила губу и нанесла крем на моё лицо.

— Никуда бы не поехал. — горько усмехнулась я. — А ему нужно учиться.

— Ну и поступил бы в наш универ. — упрямо засопела Полька.

— МГИМО и наш. Разницу ощущаешь? Перспективы видишь? И потом… — я хрустнула пальцами и, не открывая глаз, медленно выдохнула. — Им с отцом нужно получше сблизиться. Если я…

Почувствовала, как замерла Полинка, затаила дыхание, остановилась.

— Если со мной что-то случится… — тихо продолжила я. — Данька не останется одиноким. У него будет отец.

— Отец-молодец. — недовольно хмыкнула Полинка и продолжила работу, осторожно касаясь моего лица, словно я в одну минуту превратилась в хрупкую, хрустальную чашу. — Отличный пример для парня.

Я не стала комментировать. Женя оказался плохим мужем, но был нормальным отцом. В условиях развода, в которых мы по его вине оказались, он никогда не забывал о Даньке. Заботился о сыне и никогда не бросал его. А пример… Ну Женя уже показал Даньке пример, как нельзя поступать с близкими, с семьёй. Добавить нечего.

— Но как? Откуда? — первой не выдержала Полинка. — Откуда это взялось?

Полька шмыгнула носом, и я приоткрыла один глаз. Плачет что ли?

Подруга сосредоточенно хмурилась и кусала губы, работая над моим лицом.

— Как ты узнала?

— Помнишь, я в феврале простыла? На больничном неделю сидела. — тихо вздохнула я, мысленно возвращаясь в то время. — Сдала анализ крови, и он оказался очень плохим. Терапевту не понравился, он даже решил, что какая-то ошибка лаборатории, и заставил пересдать. В общем, я два раза пересдавала, но результат не