Феодал. Том 5 - Илья Рэд

«Не, эти я не дотащу», — покачал головой Новиков, увидев несколько десятков таких же слоновьих десертов, оставленных на краю ямы.

Разгадка оказалась проста: гиганты «просеивают» в желудке землю, впитывая полезные вещества и витамины. За неимением травы и полноценных растений подобная тактика добычи пропитания позволяла стаду выжить.

Наутро мои «гостинцы» с завидным аппетитом схрумкали другие молодые особи. Их хоботы жадно шебуршали вдоль ямы, пытаясь найти побольше вкуснятинки, но на этом их пир и закончился. Мой же подопечный впервые за долгое время поел. Достался ему мизер, но Потап дал себе обещание накормить бедолагу следующей ночью.

Чего, к сожалению, не случилось. Вожак ни с того ни с сего дал приказ уходить.

«Как? Почему? Здесь же ещё столько еды? Куда вы все торопитесь?»

Только он подумал, что понял логику этих существ, как они её безжалостно растоптали. Детёныш не встал. Мать какое-то время потолкала его хоботом, попыталась тащить, но это был скорее «подросток», а не какой-то там младенец, так что сил ей не хватило.

«Прости», — опять трубный звук превратился в реплику.

Самка маммотума насыпала больному сыну побольше съедобной земли и припустила за стадом. Она не имела права погибать, могла родить другого.

После всего произошедшего открывалось два пути. Остаться здесь и ждать спасения, что маловероятно — навскидку тысяча километров позади. К тому же йети не дремлют — вместе с детёнышем слопают и его.

Второй путь — поставить на ноги этого бедолагу. Да, трупный яд уже попал в его организм, но эти махины выживали в столь суровых условиях, что какая-то там зараза навряд ли способна быстро их свалить. Особенно с таким развитым пищеварением.

Новиков спрыгнул и взял в руку горсть земли.

— Эй, просыпайся! — сказал он вслух и похлопал ладонью по хоботу. — Ай-яй! — неожиданно эта штука схватила его за ногу и подняла в воздух.

Хобот опускался и поднимался, маммотум тяжело дышал. В голове Потапа знакомо щёлкнуло, и он, приложив руку к носу, издал трубный звук.

— Отпусти.

От удивления детёныш так и поступил. При падении толмач чуть не сломал себе шею.

— Чужак. Чужак. Чужак, — повторял маммотум, выдавливая из себя слова.

— Друг! — ответил ему Новиков и показал на себя пальцем. — Ешь.

Заклинание накрыло перед собеседником шведский стол из сотни аппетитных грибочков. Аппетитных и здоровенных.

— Ешь, пока не остыли, а потом я сниму с тебя это, — ткнул он пальцем в бивень.

Канал общения ещё держался.

— Я не смог. Ничто не сможет.

— Неправда.

— Лысый чужак. Не враг.

Маммотум больше не мог говорить и потратил силы на поедание вкусных шляпок грибов. Когда он закончил, опустил голову на заснеженную землю.

— Не двигайся, — приказал ему Потап, подходя с топором.

Глаз детёныша приоткрылся и снова закрылся. Человек приступил к работе. Сначала был разбит вокруг раны лёд. Потом, стараясь не задеть бивень, Новиков расширял рану, руки постоянно мёрзли. Он бросал всё, прикладывал их к шерсти и отогревал. Затем опять размахивал топором.

Раньше он никогда этим не занимался. Ладони быстро стёрлись, разбухнув мокнущими мозолями, и вскоре порвались, но останавливаться нельзя было. Камень по чуть-чуть поддавался. Пробить с внешней стороны — нереально. Кожа глипт толстая и сил не хватит, поэтому он «ковырял», идя от бивня.

Плохие новости — он смог только треть отколупать и руки уже тряслись и не могли удерживать деревянное топорище. Хорошие новости — частично своей цели он добился.

Рана стала широкой, и труп при должном усилии снять можно. Будь здесь Мефодий, он бы поплевал на руки, да так бы и вытащил, а для Владимира эта ситуация и вовсе не проблема. С его то артефаторным мечом.

«Артефакторным…»

Потап полез в карман за перчаткой. Он же сейчас полон магических сил! Если мицелий чуть изменить под свои нужды, то это может сработать.

Подойдя к горке земли, наваленной матерью маммотума, он коснулся её рукой в перчатке-линзе и застыл, выстраивая нужные последовательности и образы. Мицелий вместо трансформации в грибы так и остался сетью, но увеличенной в масштабе!

Настолько, что сотни серых канатов потянулись в сторону бивня. Они обвили каменное тело, переместили точку опоры поближе и вытолкнули глипта прочь.

Рост продолжился, и вскоре эта дрянь поползла по полям дальше и дальше, стелясь по земле непроходимыми кустами. Механизм использования каждой крохи энергии, еë запасания и медленной переработки формировался тысячелетиями. В вечной мерзлоте по-другому не выжить.

Только вот через день вся эта система умрёт. Замёрзнет.

Новиков отправился греться и тоже уснул. В течение следующей недели он откармливал своего нового друга и успешно общался с ним, рассказывая о себе и демонстрируя магические умения. Это убрало оставшееся недоверие, а когда здоровье маммотума окончательно поправилось, они снялись со стоянки.

Потап набрал в сумку питательной земли, чтобы подкармливать подопечного в пути, и они отправились по следам ушедшего стада.

— А куда твои братья так спешат? — поинтересовался толмач, усевшись на голову спутнику.

Он был бодр, свеж, чист и обстиран.

— На зелёную сторону.

Глава 9

Рука помощи

После приручения молодого виверна я опробовал его лётные качества и остался недоволен, но времени выбирать особо не было, поэтому я подобрал всю свою компанию и спустился по воздуху к открытым вратам. Магзверь слушался из-под палки, хоть и признавал моё главенство. У него просто не было выбора.

Для приручительства лучшая тактика — это время. Виверн и его хозяин месяцами или даже годами присматривались друг к другу, прощупывали границы дозволенного, узнавали характер и формировали привязанность. Психика разведчиков не позволяла ускорить процесс дрессуры, и он, как растение, постепенно из семечка формировал корни, стебель, побеги, а затем давал плоды послушания.

— Вы оба, останетесь здесь с глиптами и займëтесь убежищем: покажите, где углубляться в стену и прочие вещи. За небом только следите. Если попадёмся не сносить нам головы, — велел я Драйзеру и Гио.

На месте возле врат они должны возвести незаметный плацдарм, соединяющийся органично со скалой и уходящий вглубь неё. Там мы и спрячемся от людей и докучливых змееящеров, основав собственную колонию. Маг земли лучше знал, как это осуществить, тем более у него в подчинении столько сильных помощников, а Евгений займётся безопасностью.

— Уходим отсюда.

Император наивно полагал, что, восстанавливая его летающую армаду, я занимаюсь благотворительностью, и тем самым ищу одобрения. Старайся как преданный пёсик