Педагогическое наследие - Михаил Ильич Ромм

друзьями родители героев и девушка попадает на воспитание именно к отцу юноши, почему герой вырывает сумочку именно у этой девушки, почему он попадает именно в ее дом, почему крадет колье именно у судьи, почему мать попадает под машину судьи и т. д. Миллион случайностей формирует дурной мелодраматический сюжет.

Хорошее драматическое произведение, экспонировав определенную группу людей, определенной среды, в определенное время, экспонировав их характеры, их волю, их желания, их неповторимое «я хочу», приведя все это в действие, – дальше как бы только наблюдает за развитием борьбы воль и характеров, то есть за развитием действия, которое в кинематографе должно быть беспрерывным.

Каждое произведение, в том числе и кинематографическое, грубо говоря, делится на три части. Первая часть называется экспозицией, в ней раскрываются предлагаемые обстоятельства произведения в целом и происходит завязка основного конфликта (плохо, когда экспозиция остается бездейственной и активная завязка конфликта лежит вне ее, хотя бывает и так). В экспозиционной части, как правило, должны быть показаны все или почти все будущие герои, особенно если произведение строится как концентрированная во времени, глубокая борьба. В тех редких случаях, когда произведение строится по линейной схеме, как, например, «Сельская учительница», где действие ведет один человек на протяжении всей своей жизни, экспонируется этот один человек, а остальные лишь постепенно входят в действие. Но, входя, они каждый раз так или иначе вступают в конфликт, связываются с действием главного персонажа. Обычно же в экспозиционной части автор разворачивает почти всю группу действующих лиц, очерчивает время, среду и предлагаемые обстоятельства и завязывает основной конфликт.

После этого идет средняя часть – перипетийная (перипетии – это сменяющиеся сюжетные положения драмы). В этой части, которая занимает большую часть произведения, борьба постепенно развивается и приходит в какой-то момент к кульминации, то есть к наивысшему пункту, открывающему наиболее острую фазу борьбы. Кульминация может наступить в конце произведения или где-то в середине его. Затем следует финал, разрешение драмы. В фильме «Ленин в 1918 году» кульминация идейного и драматического замысла находится почти в середине – это покушение на Ленина. Разрешение, последний этап, занимает треть картины. В картине «Ленин в Октябре» кульминация находится в самом финале, разрешение же целиком вмещается в одну последнюю фразу – Ленин, протянув руку, говорит: «Октябрьская революция совершилась!» Вот и все разрешение.

В разных произведениях по-разному лепится сюжетная ткань, но всегда можно найти эти три основных этапа: экспозицию с завязкой, перипетийную среднюю часть с кульминацией и финал с разрешением драматургического узла. В финале должны быть завершены все основные сюжетные линии: то, что было заложено в начале, должно решиться в конце. Чехов говорил, что если в первом акте висит на стене ружье, то в третьем оно непременно должно выстрелить. Как нужно понимать эту фразу? Конечно, не прямо. Она означает, что если автор вводит в сюжет какое-то острое положение, какой-то материал, который зритель внутренне отмечает, то где-то в финале эта линия, этот материал непременно должен быть решен.

Бывают произведения, в которых развивается целый ряд параллельных линий; тогда финал должен решать все эти линии. В «Мечте» 10 персонажей, со своими судьбами и характерами. Каждый из них должен прийти к своему логическому концу. Но финал в этом фильме получился драматургически недостаточно искусным. Ванда кончает с собой в середине картины, пан Комаровский тоже разоблачен как нищий в середине. Остальные линии, по существу, разрешаются сразу после кульминационного скандала в доме мадам Скороход. И только судьбы Анны и Лазаря искусственно долго остаются нерешенными. Широко начатая вещь сводится, таким образом, к однолинейному финалу Драматургия «Мечты» в этом отношении несовершенна, и ее предфинальная часть – особенно. Поэтому конец картины обычно смотрится хуже.

Если взять такой фильм, как «Сельская учительница», картину, которая выстроена по линейному признаку, в которой развивается судьба одного человека, то и в финале ее, естественно, решается только одна генеральная тема – тема учительницы. Но выпуск учеников в конце прямо отвечает началу.

В картине «Ленин в Октябре» судьбы основных персонажей как бы не решаются даже в финале, потому что генеральной темой этой вещи является не судьба того или другого человека, принимавшего участие в борьбе на стороне Октябрьской революции или контрреволюции, а судьба самой Октябрьской революции и воля Ленина к осуществлению восстания, которая ведет действие. Следовательно, торжество воли Ленина и народа, арест Временного правительства, крах контрреволюции, открытое появление Ленина на трибуне решают генеральную тему, и тогда становится уже не важно, что произойдет дальше с отдельными людьми. В финале только отмечены некоторые персонажи: Василий, которому Ленин жмет руку, крестьянин, который наконец увидел Ленина.

Часто применяется кольцевое построение драматического произведения, при котором финал отчетливо, ясно, не только по мысли, но и по материалу, по отдельным деталям перекликается, отвечает начальной части, повторяет частности, но уже в новом смысле и на новом уровне.

Движение сюжета, которое всегда является столкновением разных «я хочу», опирается в своей разработке на отдельные эпизоды.

Точно так же, как и в актерской работе, вы будете учиться всегда действовать, а не изображать чувства, то есть будете осуществлять каждый раз свою волю, свое «я хочу» (в этом одна из основ системы Станиславского), точно так же в кинодраматургии вы как режиссеры должны всегда знать, что действие есть основа и всего произведения в целом и любого из его эпизодов. Каждый эпизод фильма есть столкновение воль, то есть действие. Непосредственное столкновение воль в эпизоде иногда выражается прямо в физической борьбе, иногда в споре, иногда во внутреннем споре или в скрытом действии, которое является, по существу, спором, если в него вникнуть. Иногда в эпизоде может участвовать только одна из спорящих сторон, но и она действует, ибо непременно осуществляет часть действия всего произведения. Спор, борьба может вестись и с закадровым противником.

Разумеется, не в каждом эпизоде сталкиваются противоборствующие силы, могут быть эпизоды, в которых нет прямого столкновения. Но даже если эпизод, скажем, изображает одиночество, то и в этом одиночестве нужно найти сквозное действие человека, которое идет через все произведение в целом.

Каждый эпизод в зависимости от того, где он расположен внутри сюжета, несет свою функцию. Есть эпизоды экспозиционные, то есть такие, которые знакомят зрителя с людьми, с обстановкой, со средой, со временем, экспонируют действие, завязывают конфликт; есть эпизоды перипетийные, то есть те, которые развивают действие, заложенное в первых эпизодах, развивают дальнейшую борьбу, столкновение воль, приводя ко все более острым, резким столкновениям; и, наконец, есть эпизоды заключительные, которые разрешают эти столкновения.

В недостаточно искусно написанном произведении, где автору не удается скрыть принятую им схему, легко проследить эти этапы, потому что там они, как говорится, «шиты