Предатели за спиной - Ольга Олеговна Погожева

Наружу, в объятия ледяной ноябрьской ночи, они выбрались, едва не переломав себе ноги: трап просел, и доктор Вольф споткнулся ещё в самом начале, остаток пути проделав едва ли не кубарем. Маргарет, мудро поучившись на чужих ошибках, спускалась медленно и осторожно, подсвечивая себе фонарём, и всё равно подвернула ногу, спрыгивая на мёрзлую землю.

– Надеюсь, ваше начальство утешится, когда мы свернём себе шеи в служебном рвении, – морщился доктор Вольф, пока они пробирались через поле обратно к трассе. – Что за дивная погода! Я уже не чувствую рук и ног от пробирающей свежести.

– В Бристоле всегда прохладнее, чем в Лондоне, – сочувственно покосившись на магэксперта, просветила Мэгги. – Снег порой выпадает уже на Рождество. Валери говорит, здесь очень красиво зимой.

Доктор Вольф вздохнул, вступив в ледяную кашицу из подмерзшей воды и вязкой земли, выдернул ногу из чавкнувшей жижи и мудро проглотил собственное мнение.

– Печка работает? – сдержанно поинтересовался магэксперт, как только они сели в машину.

Обогрев салона окончательно разморил уставшего менталиста: они ещё не подъехали к городу, когда доктор Вольф окончательно поплыл, израсходовав на потекший нос и слезящиеся глаза сразу оба носовых платка – свой и Мэгги.

– Святые небеса, – откинувшись на сидении, выдохнул магэксперт. – Не хватало только заразить детей…

Маргарет покосилась на доктора Вольфа, не решаясь задать вопрос. Вот когда ей не доставало бестактности Валери Стоун!

– Уверена, миссис Вольф за ними присмотрит, – только и проронила она, сочувственно поглядывая на магэксперта. – Да и за вами тоже. К утру воскреснете в лучшем виде.

Константин невесело усмехнулся.

– Миссис Вольф хоть бы за собой присмотрела, – непонятно отозвался он. – С её сменами настроения никогда не знаешь, чего ожидать.

– Все женщины отчасти порывисты, – сдержанно поддержала разговор Мэгги.

– Вопрос в дозировках, – так же сдержанно согласился доктор Вольф. – Один и тот же препарат может стать ядом или лекарством, в зависимости от того, сколько выплеснуть. Помню, мне даже нравилась вспыльчивость Мэйовин. Не женщина – ураган! Она обжигала. Зажигала, – тотчас медленно поправил себя Константин, отворачиваясь к окну. – Мне казалось, только рядом с ней я начинаю жить. Чувствовать. Дышать полной грудью… А позже я уже откровенно обманывал себя.

За окном, прилипая к лобовому стеклу, пошёл густой мокрый снег.

– Возможно, это того стоит, – осторожно обронила Маргарет, не отрывая взгляда от дороги.

– Я тоже так считал, – невыразительно откликнулся магэксперт. – Потому и держал. Всё-таки стихия огня, беременности, роды, гормоны… Видите, я даже сейчас себя обманываю. Верный знак, что пора отпустить.

Маргарет удержала руль, покосившись на затихшего магэксперта. Константин смотрел в окно, и лицо его оставалось мертвенно-спокойным, словно его не трогало ни чужое присутствие, ни собственные проблемы. И всё-таки флегматичного доктора только что прорвало – как нарыв, из которого гной сочится сам, стоит лишь тронуть.

Увы, Мэгги не могла ему помочь даже советом, ввиду отсутствия опыта и удачного избежания замужества в юности. Агент Морган вообще не знала других лекарств от душевных терзаний, кроме работы. Вот только едва ли это сейчас укрепило бы измождённого магэксперта.

А затем её осенило.

– Как вы насчёт чашечки кофе, доктор Вольф? – предложила она, прибавляя газу. За окнами наконец замелькали огни уличных фонарей, дороги значительно преобразились, и Мэгги почувствовала себя увереннее. – С коньяком. Очень помогает при простуде и дурном настроении.

Доктор Вольф посмотрел на неё почти с уважением.

– А вы знаете толк в разговорах по душам, агент Морган, – похвалил он. – Значит, Джон ошибался, говоря, будто из вас слепили идеальную машину госаппарата. Я смотрю, военная академия и служба на МИ-6 не помешали вам остаться самой собой.

– Не помешали, – помолчав, согласилась Маргарет. – А вот правила этикета и уголовный кодекс не дают развернуться.

Магэксперт посмотрел на неё с удивлением и вдруг рассмеялся.

Настроение в автомобиле, таким образом, успешно оторвалось от суицидальной отметки и бодро поползло к привычной меланхолии. Доктор Вольф не отказался от предложения, так что они заехали в круглосуточное кафе рядом с Королевским госпиталем. Мэгги не поленилась и поднялась наверх, в реанимационный блок – проверить, как дела у агента Ллойда и Дианы Медичи.

На удивление, профессор Зборовский всё ещё был на ногах.

– Оба стабильны, – сообщил Ян, появившись из-за дверей отделения. – Рад вас видеть, Мэгги. Приятно видеть лицо своей спасительницы… без вездесущих коллег.

– Пойдёмте вниз, – щедро предложила Маргарет, чувствуя, как кровь приливает к щекам. – Мы с доктором Вольфом решили выпить кофе после магэкспертизы. Нам как раз готовят заказ. Полагаю, кофе и булочек в кафе хватит на всех.

– Кофе на ночь? – уточнил профессор, снимая очки и растирая усталые глаза.

Мэгги сдержанно улыбнулась и протянула руку.

– Для вас я попрошу стакан тёплого молока, – пообещала она.

Доктор Вольф обрадовался появлению профессора так искренне, что Маргарет могла лишь похвалить себя за идею: вряд ли ей удалось бы поднять настроение магэксперта с той же лёгкостью, если бы они сидели в кафе вдвоём. Агент Морган отдавала себе отчёт в собственных талантах, и умение вести светские беседы не входило в их число.

Валери как-то обронила, что на фоне её немногословности даже она чувствует себя болтушкой, а для такого, как Чарли Стивенсон, её молчаливость и вовсе – находка. Никто не перебивает словесный понос непрошеными комментариями, никто не мешает ораторскому искусству. Золото, а не женщина!..

– Как Джон? – спросил Константин, как только Ян подсел к ним за столик.

– Без изменений, – отозвался тот.

Мэгги отошла к стойке, чтобы заказать горячее молоко для профессора, поэтому благоразумно пропустила самую скучную часть беседы, которая интересна лишь докторам и медицинским сотрудникам. Зато вернулась вовремя, чтобы засвидетельствовать нравоучения одного и строптивость второго.

– …Константин! – укоризненно взывал Ян к другу и ассистенту. – Что за дурная привычка – слизывать с ножа! Это же неприлично. И перед дамой неудобно…

Магэксперт невозмутимо долизал арахисовое масло и отложил нож на блюдце, с удовлетворением осматривая получившийся тост с жирным слоем сверху.

– Слизывать с ножа неприлично, если только это скальпель, а ты хирург в операционной, – не поддался ничуть не пристыженный доктор Вольф. – А перед дамой неудобно, если ты только что вырезал ей этим скальпелем аппендикс. Во всех остальных случаях это условности, друг мой, неприменимые к уставшему врачу.

Ян вздохнул и с благодарной улыбкой принял из рук Маргарет молоко.

– Видите, с кем приходится работать, Мэгги, – посетовал гениальный профессор, с наслаждением приникая к чашке.

Доктор Вольф тоже выпил кофе едва ли не залпом, и по пустому кафе, в котором, кроме них, дремал только бариста, поплыл сладкий и стойкий аромат коньяка.

– Алкоголь, Константин, – снова покачал