Война глазами мальчишки - А. В. Вавилов

частой, но беспорядочной стрельбой. Однако, их потуги были напрасны. Сопротивление противника стало ослабевать и вскоре прекратилось. Разгром вражеского гарнизона завершился его полным истреблением. В 6 часов утра прогремели два мощных взрыва. Посланные на мост разведчики вскоре доложили… одна ферма моста упала в воду, а другая — подорвана и повисла над рекой. В разгаре боя за Савкин мост противник направил из Идрицы подкрепление на нескольких машинах. Первые машины подорвались на противотанковых минах. Остальные повернули обратно. К 7 часам утра стали известны и результаты сражений на других участках. Полному разгрому подверглись гарнизоны станции Нащекино, гарнизон в деревне Могильно. Разгрому подверглось путевое хозяйство в Нащекино, а «показательное» немецкое хозяйство, созданное на основе коров, отобранных у престарелых людей Идрицкого района, ликвидировано.[12]

Но калининские партизаны борьбу с гитлеровцами продолжали. Они решили ликвидировать фашистский гарнизон в поселке Сутоки. Дату штурма наметили с 13 на 14 апреля 1943 года. Силы были, как и в предыдущую операцию. Как тогда, так и при штурме Суток участвовал отряд «Народный мститель» из Второй Калининской партизанской бригады под командованием А. А. Александрова. Этот отряд не участвовал в походе в северные районы Калининской области. Он вел сражения с гитлеровцами на территории Пустошкинского района, южной его части. Позже А. А. Александров был назначен комиссаром Второй Калининской партизанской бригады.　

Начался новый поход, который был повторением похода в марте 1943 года к Савкину мосту. К 2 часам 14 апреля 1943 года около 3000 человек были у цели. Командир усиленного взвода отряда имени Кирова Поздняков получил необычное задание. Ему предстояло скрытно подойти, как можно ближе к гарнизону с юга, окопаться и открыть сильный огонь, создавая видимость направления главного удара. Поздняков успешно выполнил это задание. Фашисты клюнули на удочку и открыли огонь по взводу. Основной же удар с запада на восток — силами нескольких отрядов. Взвилась сигнальная ракета и наступила общая атака. Отряд Второй Калининской партизанской бригады под командованием Андрея Андриановича Александрова оседлал шоссе на Идрицу, откуда могли поспешить на помощь гарнизону. Сопротивлялись гитлеровцы ожесточенно. Теперь они поняли свою ошибку, начали рассредотачивать огонь по подходам к гарнизону с запада. Засев в каменных зданиях школы, больнице и аптеке, они губительным огнем отсекали бросившихся на штурм партизан. Сопротивление врага ломали точными бросками гранат. К 6 часам утра стрельба стала утихать. Участь гарнизона была решена. Штурм Суток получил высокую оценку командования. Начальник центрального штаба партизанского движения П. К. Понаморенко писал в 1943 году в журнале «Большевик»: «Такие операции, как операция украинских партизан, разгромивших Сарнский железнодорожный узел… взрыв Савкинского моста и разгром Сутокского гарнизона, совершенные Калининскими партизанами… войдут блестящими страницами в историю Отечественной войны».[13]

Наступила весна 1943 года. Партизаны становились сильнее. Их шаги были теперь твердыми.　

Так, усилиями русских, белорусских и латышских партизан в тылу врага па площади около 10000 кв. км с населением до 10000 человек был создан Братский партизанский край. В районах и сельсоветах были восстановлены органы советской власти. Почти в середине Братского партизанское края, в районном центре Россоны, командиры и комиссары русских, белорусских и латышских партизанских бригад собирались для обсуждения совместных действий против гитлеровцев. За короткий срок Братский край превратился в грозную силу в борьбе с захватчиками. Партизаны громили тылы фашистов, нарушали деятельность транспорта, связи.[14]

Я — БОЕЦ-ПАРТИЗАН ОТРЯДА «ЗА СВОБОДУ» ВТОРОЙ КАЛИНИНСКОЙ ПАРТИЗАНСКОЙ БРИГАДЫ

С июня 1943 года партизаны отряда «За свободу» после длительного перерыва стали вновь посещать мою деревню Байкино. На это были две причины. Во-первых, через нашу деревню лежал путь от постоянной базы партизан отряда «За свободу», деревни Верятино Россоновского района Витебской области в район постоянных боевых действий железнодорожный участок Идрица — Пустошка. Во-вторых, из нашей деревни в отряде пребывали, вернее служили, много бывших ее жителей. В это тревожное время каждому хотелось быть ближе к родным. Бояться о доносах теперь было не нужно. Фашисты в «медвежий угол» малыми силами боялись показываться, а больших сил у врага не было. Засада в деревне Зекры была редким исключением лета 1943 года и она вызвала крайнее удивление. Теперь наша деревня прочно вошла в партизанский край. Разгром немецко-полицейского гарнизона в селении Сутоки сильно изменил ситуацию в нашем крае. Был уничтожен форпост гитлеровцев на партизанских тропах. Партизанам это сильно облегчило их работу по продвижению к железной и шоссейной дорогам. Разгром гарнизона Сутоки сильно нарушил агентурную работу фашистов. Теперь от нашей деревни было около тридцати километров до ближайшего вражеского гарнизона.　

Особенно часто у нас в деревне бывали партизаны из бывшего взвода Богданова. После его ухода командиром отряда в другую бригаду, его обязанности были возложены на бывшего командира отделения этого же взвода Кондратьева Павла Алексеевича. Узнали в деревне другого командира отделения Трофимова Ивана Дмитриевича, а также состав его отделения. Партизанское подразделение отдыхало в д. Байкино идя на задания или возвращаясь из него.　

Ну уж больше других знали партизан этого взвода мы, мальчишки. Леша Шемелев, Шура Дядин и я. Время нахождения в нашей деревне партизан мы проводили вместе с ними. В один из приходов в нашу деревню я видел стоявший на партизанской телеге пулемет «Максим». Это тот самый пулемет, который мы вместе с Сашей Поздняковым взяли в овраге, возле деревни Байкино и Поздняков понес его в Гречухи, чтобы отдать его в партизанский отряд. То, что этот пулемет, который я увидел, стоящий на партизанской телеге, и есть наш, я убедился в этом, когда увидел самодельные пробки спускающего патрубка воды из кожуха пулемета и самодельные крышки от масленок, вмонтированных в рукоятки спускового механизма. Да, это был мой старый знакомый! Я погладил его по кожуху. Но пулемет стал каким-то официальным и равнодушным. Официальнее, как мне показалось, стал и Саша Поздняков. Но это мне не мешало завести дружбу с ребятами из взвода, некоторые из них по возрасту ко мне были даже ближе. Вот, например, Федотов Денис. Тот был такой, что совсем, кажется, был готов, вместо винтовки СВТ, владельцем которой он был, согласен отложить　ее и пойти играть в войну с самодельной винтовкой. Конечно, в дальнейшем я понял, что простота Дениса имела свои границы. При товарищеских отношениях с партизанами взвода не трудно было высказать свое желание пойти к ним на войну. Некоторые бойцы обещали переговорить с командиром взвода Кондратьевым Павлом Алексеевичем. Мы не верили в то, что такой разговор состоится. Но он состоялся. Сказал свое слово за принятие