Посоветуй мне… - Владимир Атомный

такая вкусная и большая ягода естся на раз. Более того — девушка купила помимо прочего сливки, взбила их с сахаром и теперь клубника идёт ещё охотнее. Василий невольно представил, как намазал бы этим кремом «клубничку» Ангелины, шумно сглотнул и поменял положение, ибо тут же ощутил эрекцию.

Тем и закончили второй вечер невольных каникул. Шальные мысли, конечно, залетали в голову Василию — нашёптывали использовать чай ещё раз, но он вымел их быстро и полностью — вожделение уже скрылось во тьму своего ложа, навязчивое желание перестало преследовать мужчину, а значит можно выстраивать отношения так, как это положено.

* * *

Весну часто ассоциируют с порой романтики и любви. Как работнику информационной сферы Василию положено разбираться в её кухне, поэтому хорошая доля скепсиса была всегда. Праздники, сезоны или иные поводы — зачастую это лишь инфоповоды повысить продажи или ещё какие-либо показатели. Праздник — это традиция. Даже если не будет выходного, спиртного, изобильного стола, особое настроение всё равно должно оставаться. Людям всё равно будет по-особому хорошо. Ну а так как в российской действительности больших городов это обрело иную форму, относиться серьёзно без жгучего и даже разъедающего скепсиса Василий к постам и перепостам о любовной поре не мог.

Пока в его жизни не произошло нечто похожее. Заядлый скептик бы тут же списал всё это на совпадение. На мужчин, что соскучились по открытым и подчёркнутым одеждой женским частям тела, словно бы интернет и терабайты эротики, приватных чатов и порно вдруг не стало. Но Василий всё же сберёг чуточку романтизма и непосредственности. Время, проводимое с Ангелиной на даче, обрело большую значимость и очень глубоко запало в душу. И образами, и запахами, и звуками.

Вернулась Тамара Михайловна, промелькнули дни. Юной помощнице пришла пора ехать в город. Сама же больная родственница стремительно пошла на поправку — натруженная спина, получив столько заботы и внимания, охотно восстановила прежний тонус. Тепло и душевно проболтав всё утро, пара поехала обратно с изрядной долей подарков от бабушки — в основном то, что не успели съесть из её стремительной и обильной готовки. Ангелина не уставала повторять, что ей жутко понравилось на даче, и Василий втихаря посмеивался, вспоминая первый день. Стоит сказать, что девушка не чуралась работы, и её расположение к дачному отдыху не связано с праздным времяпрепровождением.

Под полный ностальгии стук стальных колёс о рельсы Василий озадаченно смотрит на Ангелину — юная спутница играет в новинку, где нужно собирать сладости наподобие «Марио». Ещё на даче они обсудили одну проблему — лёгкое отставание по учёбе, особенно в математике. Благодаря своему прекрасному педагогу в школе Василий впитал холодную науку словно бы в генетическую цепочку, легко вспоминая формулы, не теряя навыка и вообще щёлкая бытовые задачи на раз. Поэтому вызвался стать своего рода репетитором для соседки, но после одного занятия попал под пресс мучительных сомнений.

С одной стороны, занятия с желанной девушкой ему очень нравятся. Увлекаясь, Ангелина ведёт себя бесконечно мило и тем льёт нектар на его душу, но вот с другой, практичной — Василий не успевает по работе. Всё же в сутках только двадцать четыре часа, а сил организм отмеряет на день конечное количество. И теперь нужно решить, как быть.

Дорога прошла нормально. Не хорошо, ибо было душно, стоял неприятный запах, но и не так плохо. Ангелина умчалась домой и прислала сообщение только спустя часа четыре. Вечер уже вовсю кутал Москву в сумерки, зажигал бесконечные грозди фонарей, фар и витрин, а также зазывал на прогулку своим пьянящим ароматом. Прочитав большой отчёт об уборке и прочих бытовых делах, Василий крепко похвалил, угостив девушку даже смайликом, а следом пригласил на прогулку. Сам он поработал на славу, подтянул хвосты и теперь мало того что на необходимый отдых пойдёт, так ещё и с чувством выполненного долга.

Девушка не отказалась. Правда, в условия поставила, что оденется нормально. Это вызвало улыбку у мужчины. Потыкав и настроив кофемашину, он выслал своё одобрение. Ему даже стало интересно, как именно она оденется. Единственным уточнение со стороны Василия было, чтобы трусики она выбрала те самые, голубые и бесшовные. Ангелина даже поблагодарила за помощь с выбором, снабдив ответ несколькими смущающимися смайликами, а следом и парой стикеров.

Кофе он выпил на автомате, быстро переоделся, а затем скорее вышел на площадку. В отличие от соседки его гардероб не обладал столь широким разнообразием. Василий вообще особого значения одежде не придавал. Главное — выглядеть опрятно, более-менее стильно и чтобы было удобно.

Дверной замок защёлкал, открываясь, и взгляд мужчины замер в напряжённом ожидании.

* * *

Закат. Паучий плен

Глава 1. Паучий плен

Василий ожидал чего-то откровенного, но Ангелина вышла в школьной форме: красивые ножки объяты тёмными колготками, выше — короткая юбка с завышенной талией; черты лица подведены лёгким макияжем; глаза лучезарно впитывают реакцию мужчины, блестящие розовые губки подрагивают в улыбке, а руки скованы за спиной, ожидая реакции.

— Прекрасно! Словно с дочкой или сестрой погулять вышел.

— Пасибки! — Наконец, сошла она с места и передвинула сумочку перед собой. Круглая, с реалистичной мордашкой кота, как раз под смартфон, и пояском через плечо.

— Не думал, что тебе форма так нравится.

Они начали спускаться.

— А тебе?

— Мне? — приподнял он брови.

— Да. Тебе нравится моя форма?

Василий ощутил, как в груди что-то затрепыхалось.

— Угу, нравится.

Она счастливо заулыбалась той самой улыбкой, что особенно дорога мужчине. Недаром французы говорят: «Ищите женщину!» Нутро ликует и зовёт на безумства, теряют важность незыблемые вещи. Это далеко не бабочки в животе — это драконьи крылья за спиной. Мужчинам свойственно пренебрегать материальным в пользу высокого. Ради большой цели, оберегая честь и достоинство, они часто соблюдают аскезу от земных удовольствий. Когда разум погружается в дурман страстной любви, время становится дороже и значимей. Как сейчас у Василия. Ангелина как душистый спелый персик, что лежит на добротном столе, накрытом нарядной скатертью. Под ним тарелочка лучшего сервиза. Всё говорит только об одном — возьми и вкуси, но где-то сверху большими буквами надпись: «Нельзя!» Это самое «нельзя» Василий и хочет нарушить.

Взяв девушку под руку, он вышел из двери, что характерно запищала. Стемнело. Исключительно в их подъезде лампочки хронически перегорают, словно некий колдун ради баловства проклял именно этот патрон. И да не иссякнет его мана, ибо встретившиеся соседи не