Мне тебя подарили - Евгения Ник

— Но разве это повод устраивать драки? — давлю я.

— А, так он не рассказал тебе, что первым ударил? Хах, ну окей, пусть я буду агрессором. Хотя по факту тупо не стерпел и ответил ему тем же. И вообще, почему я должен рассказывать? Было и было, подумаешь, мужики подрались. Злата, может, не будем разговаривать больше на эту тему? Вообще-то, по другому поводу звоню.

— И по какому же? — бурчу все еще недовольным голосом.

— Раз уж нам не удалось нормально пообщаться, может, попробуем еще раз? — его голос полон надежды.

— Стас, правда, не думаю, что это хорошая идея.

— Злата, я сам понимаю, что познакомились мы по-дурацки. Вывалил на тебя все разом, а потом еще и ситуация с твоим одногруппником. Но поверь, я не такой придурок, каким выставил себя. Давай просто попробуем узнать друг друга немного лучше?

— Я не знаю… — закусываю губу и тут же вспоминаю Витмана.

Понимаю, что сама себя ограничиваю и запрещаю нормально жить. Да, я все еще нахожусь в частичном амебиазе, потому что боюсь Злата и наших отцов. Мне кажется, если я только попытаюсь сделать хотя бы один неверный шаг, они вновь ворвутся в мою жизнь и покромсают ее на куски. Соберу ли я себя по частям тогда? Смогу ли? Не думаю.

— Я хотел пригласить тебя на ипподром, — тихо говорит он.

Сердечко екает. Лошадь — символ свободны. Звучит для меня сейчас словно знак. Сигнал к тому, что нужно отпускать страхи.

— Обещаю, тебе понравится, — заканчивает он и замолкает в ожидании моего решения.

Могу ли я позволить себе такое? Если так подумать, Стас выглядит хорошим парнем. Да и просто прогулка, это ведь ни к чему не обязывает?

Подхожу к окну и подвисаю, глядя на людей. Они как маленькие точки, которые движутся туда-сюда. Вот и я такая же точка в огромном мире. Кому вообще до меня есть дело? Да и кто узнает?

Тяну через нос воздух, плотно сжав губы, и на выдохе, роняю:

— Хорошо. Давай узнаем друг друга немного лучше.

* * *

Во вторник я нагло прогуливаю пары.

Стас заезжает за мной ровно в десять утра. Выхожу из подъезда, мой новый друг стоит около своего автомобиля и ждет меня.

— Приветик, — робко улыбаюсь и иду к нему навстречу.

— Привет! Выглядишь потрясающе, — улыбается мне в ответ и открывает дверь со стороны пассажирского места. — Прошу вас, прекрасная леди.

Театрально закатываю глаза, а потом выдаю смешок.

— Благодарю вас, господин.

Он поднимает левую бровь и ухмыляется, качая головой.

— А ты язвочка, оказывается.

— Есть маленько.

Спустя час я с детским восторгом смотрю на лошадей. Как же они удивительные.

— Этого жеребца зовут Карбон. Правда, красавец? — говорит милая девушка-инструктор по имени Анастасия, на вид которой не более двадцати пяти лет.

— Карбон, — тяну я. — Ты хороший мальчик, Карбон? Да-а, ты просто прекрасен, — киваю и глажу его, полностью заворожившись этим грациозным животным.

— Кажется, я угадал с прогулкой, — довольно заявляет Стас.

— Угу, спасибо тебе. Правда-правда, — говорю и чувствую, как рука Стаса ложится на мое плечо.

— Я рад, что тебе нравится, — мягко говорит он.

— Твоя Джесси тоже нереальна, — оборачиваюсь и смотрю, на его лошадь гнедой масти.

— О, это любимица Стаса. У них любовь с первой встречи, — улыбается Анастасия.

— Ага, а ты помнишь, что эта красотка меня чуть не скинула в нашу первую встречу? — посмеивается он.

— Это как в отношениях, знаешь, притирочка.

Настя пихает Стаса в бок, и я понимаю, что они давно и хорошо знакомы.

Джесси будто понимает, что говорят о ней, и издает громкое и недовольное ржание.

— Ну все, все, люблю я тебя, люблю, — говорит Стас и гладит ее по морде. — Или ты к Златке ревнуешь? М? Не стоит переживать, ты моя любимица и всегда ею останешься.

Улыбаюсь, так мило наблюдать за их диалогом.

— Ну началось, — складывает руки на груди наш инструктор. — Так, ребята, давайте уже начнем.

Настя, оказалась очень классной и легкой в общении девушкой. Она провела мне инструктаж по технике безопасности: как правильно подходить к лошади, как себя вести, как ею управлять и правильно держаться в седле. Также инструктор дала разрешение покормить лошадь, уже заранее подготовленным кормом.

Конная прогулка по времени заняла час. Сказать, что осталась в восторге, это ничего не сказать. Я находилась просто на седьмом небе от счастья. Особенно когда под конец кормила своего Карбона сухариками, морковкой и яблоками.

— Я обязательно еще вернусь туда, — говорю Стасу, когда мы едем в сторону города.

— Понравилось?

— Ты еще спрашиваешь?! Очень! Большое тебе спасибо, — говорю с блаженством в голосе.

Стас искоса поглядывает, тянет свою руку и кладет поверх моей, сжимает ее, затем переплетает наши пальцы, заключая в замок. В груди разливается странное чувство и становится тяжело. Поворачиваю голову в его сторону и замираю на нем взглядом.

— Стас…

Он останавливает машину около обочины и поворачивается ко мне.

— Наверное, я снова поведу сейчас себя как полный кретин, но сегодня понял одно: ты нравишься мне, нравишься еще больше. Если раньше я тупо залипал на твоей внешности, то теперь, когда узнал тебя ближе…

Он вдруг замолкает и замирает взглядом на моих губах. Не дышу, застыв на месте, только мои ресницы слегка подрагивают, словно хрупкие крылья бабочки. Стас медленно тянется и едва касается моих губ. Поднимает руку и ведет пальцами по моей щеке. Обжигает своим дыханием, вновь касается губ, углубляет поцелуй с каждой секундой все смелее и жарче.

Чувствую, что сама начинаю терять голову, но тут в моем сознании всплывает образ Витмана, его поцелуй, касания рук. Тогда, четыре года назад. И все мгновенно покрывается мелкими трещинами и рассыпается осколками. Распахиваю глаза и с силой отталкиваю от себя Стаса.

— Нет! — выкрикиваю и отстраняюсь от него настолько, насколько это возможно в салоне автомобиля.

_______________________________

Дорогие мои девчонки,

Не забывайте подписываться на меня, чтобы не пропустить новинки

Глава 26

Златослава (Слава)

Стас хмурится и отворачивается в сторону. Замечаю, как он облизывает губы, и сгораю в кострище стыда. Хочется тереть, тереть и тереть свои губы до тех пор, пока не сотру их в кровь. Пока не сниму следы поцелуя, но уже поздно. Стас влил в меня свой вкус, и мне, черт возьми, понравилось! Если бы не глупое сознание, что подкинуло воспоминание о Витмане, я бы полностью окунулась в этот омут.

— Прости, — наконец,