В стране троллей. Кто есть кто в норвежском фольклоре - Елена Степановна Рачинская

Рождественскую ночь. Чаще же всего люди говорят, что приходить к водопаду со скрипкой нужно три четверга подряд по вечерам. В первый четверг надо бросить в водопад угощение. Но в этот раз урок не состоится – фоссегрим будет есть. В следующий четверг нужно прийти к водопаду и настраивать скрипку, и только на третий раз – играть на ней.

Если духу водопада понравится окорок, схватит он музыканта за руку и будет водить его рукой со смычком по струнам до тех пор, пока у того кровь из пальцев не выступит. Зато после этого смельчак сможет играть так, что деревья будут кружиться в танце, а водопад – остановит своё течение. Те немногие, что научились играть на скрипке у фоссегрима, так искусно могут настроить свой инструмент, как никто другой.

Не только в норвежских преданиях встречаются духи, способные наградить человека каким-нибудь мастерством или умением. Например, согласно шотландской легенде, поэт Томас Лермонт, или, как его прозвали, Томас Рифмач, получил дар предвидения от королевы эльфов за то, что не побоялся пойти с ней в волшебную страну и верно служил ей долгих семь лет. После чего вернулся в свой родной город Эрсильдун и прослыл на всю Шотландию поэтом-прорицателем. Согласно легенде, пророчества Томаса Рифмача продолжали исполняться на протяжении последующих пяти веков после его смерти. Интересно, что для русской культуры Томас Рифмач – фигура знаковая. Считается, что М. Ю. Лермонтов является потомком этого шотландского рода.

А в уральских сказах Бажова мы читаем о том, как Хозяйка Медной горы награждала резчиков по малахиту необыкновенным умением в обращении с камнем, открывала им его тайны. Однако не каждый мастер мог похвастать знакомством с Хозяйкой. Она выбирала только тех, кто искренне любил своё дело: работал с душой и до денег жадным не был.

Однако не все способны добросовестно выполнять условия соглашения. Всегда найдутся такие ловкачи, которые не прочь научиться искусству фоссегрима и даже захватят с собой бараний окорок, но…

Как-то раз захотел один человек научиться играть на скрипке. Это было довольно странно, потому как все знали, что он был очень скупой и никогда не позволил бы себе пожертвовать целый окорок духу водопада. Люди отговаривали его, ведь фоссегрим не станет учить музыке без вознаграждения. Но парень был очень упрям и никого не слушал. Пришёл он к водопаду, остановился, посмотрел на окорок… И тот показался ему слишком большим. Кому может прийти в голову выбросить столько мяса? Вот скряга и отделил аккуратненько самые хорошие куски мяса от кости. «Вот так-то лучше», – подумал он и бросил кость в воду. Теперь оставалось только ждать. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем появился фоссегрим. Вид у него был сердитый. И всё-таки дух водопада научил парня настраивать скрипку, но тот остался недоволен: «Я же пришёл сюда за тем, чтоб научиться играть!»

«Ты кости посмел мне без мяса отдать, так, скрипку настроив, не сможешь играть», – ответил фоссегрим.

Довольно часто игру фоссегрима можно было услышать и с мельницы, которая стоит недалеко от водопада.

Однажды вечером Томмес Скотбаккен из Брункеберга, что в Телемарке, ночевал на мельнице у водопада Хэге. Но фоссегрим играл на скрипке так, что Томмес не мог усидеть на месте, ноги сами шли в пляс. Он танцевал и танцевал и не мог остановиться, а дух водопада всё играл. Так прошла целая ночь. Наконец Томмес не выдержал и закричал: «Именем Иисуса, когда же всё это прекратится?» Тогда звуки скрипки стихли, и Томмес смог перевести дух.

Редко кто попадает к духу водопада не по своей воле, обычно люди сами разыскивают духа с тем, чтобы обучиться его мастерству в обращении со скрипкой. Однако народная песня, записанная в Эстердале, в местечке Юа, что неподалёку от водопада, рассказывает о том, как фоссегрим украл девушку вместе с телегой сена, на которой она ехала, и заточил её в свой водопад. Но девушка не растерялась. Она оставляла за собой след из соломинок, и люди смогли найти её и освободить.

Водяной

Небольшое озеро в чаще леса. Над неподвижными тёмными водами – головки нежных белых лилий. Рука так и тянется сорвать прекрасный цветок. Но стоит лишь его коснуться – вмиг провалишься в глубокий омут, водяной схватит тебя мокрыми, скользкими лапами и потянет на дно…

Т. Киттельсен

Водяной, или нёкк (nøkk), – обитатель рек и лесных озёр, которыми так богата Норвегия. Он упоминается ещё в скандинавской мифологии – под именем «нюкр» (nykr). Имя это настолько древнее, что следы его можно обнаружить практически во всех германских языках: к примеру, в английском оно перешло в народное название чёрта – Старый Ник (Old Nick).

Т. Киттельсен. Водяной. 1904

Нёкк не любит выходить из воды и показываться на глаза человеку в своём истинном обличье. Потому те, кому всё же довелось увидеть водяного, часто описывают только торчащую из воды голову с длинной спутанной бородой, большими ушами и страшно горящими глазами-плошками. Бытовало поверье, что появление водяного предвещает утопленника. И это не случайно, ведь образ нёкка олицетворяет опасность, враждебную человеку силу, что таят в себе тихие воды озёрных омутов. Естественно представить, что водяной заманивает людей в воду и тянет их ко дну. Потому большинство рассказов о нёкке – это истории о его коварстве.

Как и всякая нечистая сила, водяной считался особенно опасным после захода солнца. Было даже такое суеверие: если пить воду прямо из реки после захода солнца, на губах и носу может появиться особая болезнь – «укус нёкка» (nøkkebit).

Впрочем, укусы – самая безобидная из проделок водяного. Когда же он пытается утащить человека под воду, в ход идёт его главное волшебное свойство: умение превращаться во что угодно. Так, одно из древнейших упоминаний о водяном – средневековая народная баллада «Хейему и нёкк» – повествует о том, как водяной обернулся красивым, богато одетым юношей и пришёл в деревню на танцы, чтобы обманом увести к себе первую красавицу и певунью по имени Хейему. Вопреки ожиданиям, баллада кончается поражением водяного: девушка догадалась, кто перед ней на самом деле, и убила его. В человеческом обличье предстаёт водяной в большинстве преданий Северной Норвегии, где он выступает не столько как коварное