СССР-2010 Снится нам трава у дома. - Алексей Викторович Широков

разорванной форме, с отрубленной кистью на левом боку, перемазанный кровищей и какой-то слизью, с пожарным топором в руках и безумным блеском в глазах явно не тянул на спасителя. Но что поделать, других героев у меня для них не было. Я и так вон трупы в одну кучу стащил, чтобы дети не пугались. — Мальчик, ты кто?

— Архангел Михаил, блин! — спорить у меня времени не было. — Давайте детей организовывайте! Перемещаемся в актовый зал, там директор крепит оборону! Давайте, давайте, быстрее, пока снова мертвяки не набежали!!! Я вас провожу и прослежу чтобы никто не кинулся.

Надо отдать должное, но учителя первоклашек умудрились отложить вопросы на время когда это будет более уместно и шустро организовали свои классы. Дети как цыплята держались друг за друга и за учительницу, которая словно наседка квохтала над ними. Первоклашек вывели в коридор, построили стараясь, чтобы они не видели кучи трупов возле учительской и двинулись в актовый зал, стараясь не отставать друг от друга. А вот мне пришлось побегать. Я метался по всем коридорам, срубая появившихся зомбаков, ломал двери, если надо было и вообще ощущал себя бордер-колли охраняющей стадо овец. Но дошли. И даже никто не потерялся. Иван Сидорович весьма обрадовался когда появился наш караван, он уже успел первые классы похоронить, а тут такая удача, и даже чуть прослезился. Но взял себя в руки и продолжил командовать организацией обороны.

Всего в актовый зал вело трое дверей. Одни уличные, которые последние лет десять были закрыты наглухо, и двое больших распашных из здания школы. Вот одни из них закрыли и завалили скамейками, а другие лишь огородили баррикадой из кресел, но оставили проход, чтобы бегущим со всех сторон школьникам было где спастись. Проход охранял физрук, Сергей Владимирович, имеющий второй Разряд, с группой Юниоров, вооружившихся штангами, гантелями и прочим спортинвентарём, мало годившимся для боя. Поэтому топор у меня тут же попытались отжать. И практически прямым текстом были посланы в пешее эротическое путешествие.

— Вы им драться умеете? Хоть кто-нибудь из вас делал что-то большее чем дров нарубить или отчекрыжить курице голову? — я обвёл взглядом насупившихся старшаков и наливавшегося дурной кровью физрука. — А я кучу мертвяков уже накрошил, включая босса уровня. Дать его вам, так кто-то точно или себе или товарищу что-нибудь отрубит. Вам нужен не топор, а что-то способное удерживать противника из-за баррикады. И на ваше счастье, я знаю, где это взять.

— Багры! — первым догадался Сергей Владимирович, подтвердив, что в учителя не берут идиотов. — Точно! Удерживать самое то будет! Ты где топор брал, у завхоза или в подсобке?

— У техничек, — я и не знал, что у завхоза ещё один стенд имеется. — Давайте группу формируйте, провожу. Там багор, лопата штыковая и гвоздодёр. Самое оно по пустым головам лупить.

Группа набралась быстро. Пошёл сам физрук, Чернов, комсорг одиннадцатого «Б» и один из его корешей, тоже Юниор. Троих было более чем достаточно, чтобы приволочь багры и лопаты, а там уже разберутся что кому. Рывок до подсобки оказался стремительным, но тем не менее мне пришлось показать класс, угомонив парочку особо настырных зомби. Физрук и пацаны прониклись и вопросов, почему я не отдаю топор, больше не возникало. Старшаки, конечно, могли друг перед другом понтоваться, а вот так взять и проломить голову человеку это совсем другой уровень. И я видел в этом проблему.

— Запомните, это уже не люди. — наставлял я их, пока пацаны дербанили пожарный щит. — Точнее они никогда людьми и не были, это твари Прорыва. Я вон внизу вообще какого-то то ли орка, то ли тролля завалил. Толкина читали? Ну вот! У нас такие не водятся, даже в самых диких местах. Это явно порождения хаоса или там ноосферы, я за природу Прорывов не шарю. Но знаю точно, что это не люди. Поэтому запомните или вы их или они вас! Не стесняйтесь! Колите, рубите, и цельтесь в голову. Пока мозг не повреждён убить этих тварей невозможно. Багры прям идеальное оружие против них. Один придержал, другой фомкой по черепу тюк — уноси готовенького. А там помощь придёт, каким бы это Прорыв мощным ни был, против калашей твари не пляшут. Скоро вас вытащат, так что не ссыте!

— Что значит «нас»? — как и положено учителю физрук среагировал на непорядок в тексте. — А тебя?

— А я домой пошёл, — я пожал плечами. — У меня там мама одна. Кто о ней кроме меня позаботится. Здесь вроде всё в порядке, кого мог — спас. Кого нет, ну извините, разорваться я тоже не могу. Знать что произойдёт что-то подобное никто не мог, я в том числе. Так что скорблю о погибших, но заботиться буду о живых. Ну и заодно вокруг школы почищу, чтобы вам меньше забот было.

— Я не могу тебя отпустить, — набычился Сергей Владимирович, а я тяжело вздохнул. Стычка с Разрядником не входила в мои планы, но и позволить себя застроить я не мог. — Мы отвечаем за вас головой!

— Так проотвечались уже! — мне не хотелось быть циничным, но не сдержался, однако тут же пошёл на попятную. — Давайте не будем ссориться. Серьёзно, вам что, недостаточно того, что я уже показал? Так спросите у Сикорской, она знает, что я могу. И я меньше всех в этой школе нуждаюсь в чьей-то защите. А вот моя мама практически беспомощна перед этими тварями, как и старики живущие в нашем дворе. Поэтому нравится вам это или нет — я ухожу. Могу бумагу написать, что вы удерживали, но я вырвался. Однако здесь я не останусь при любом раскладе. Вопрос только, кто при этом пострадает. Мне хотелось бы чтобы только зомби, но я готов к любому развитию событий. А вы, Сергей Владимирович?

Глава 12

Глава 12

И всё же Сергей Владимирович оказался вполне адекватным, и как я раньше этого не замечал? Хотя тут вопросов нет, до перерождения физкультура меня интересовала мало, а с физруком мы сталкивались только когда тот железной рукой наводил порядок. И не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, кому доставалось больше всех. Конечно, самому наглому, а не то, что вы подумали. Но поскольку я активно соперничал за данное звание, то прилетало мне регулярно.

Но на этот раз мы нашли компромисс, хотя, возможно, учитель физкультуры просто решил пожертвовать одним беспокойным учеником ради безопасности остальных. Цинично, но прагматично. Так или иначе,