Маг по прозвищу Кобра-II. Предстоятель - Михаил Востриков

— Хочу, хочу! Обещаю, что ничего и никого не буду пугаться!

Тогда я посадил её на колени и достал портал.

Звуки ушли, пришла темнота…

Сцена 12. Война будет, точно!

Расследование

Бозмен, штат Монтана.

— Я Колубридия! — без всякого акцента на шипящие протараторила в моей голове красивая узорчатая змея со слегка вздёрнутым носиком, неожиданно вынырнувшая из-за камня, — А ты кто такой? Обзовись! Это не наш свист, не местный. Где так змеи свистят? Говори! И чего тебе надо?

Хм-м, а у нас я таких узорчатых красавиц не видел, и даже породу не знал, не было у нас таких, точно.

Своё расследование убийства Ани я начал с общения с местными змеями, поэтому с площади перед студенческим кампусом Университета в Бозмене, штат Монтана, я пошёл не в город, а в обратную от него сторону, к горам, прямо через степные участки или как здесь называли степь — прерии.

Выбрал большую поляну с камнями и дунул в свой магический змеиный подвес-свисточек от принцессы-кобры Шуи Сисс.

И вот пожалуйста, Колубридия.

— Я Кобра, а ещё Экола Бести, а ещё Антон Максимович Архипов — профессор-химик из Москвы, МГУ, — ответил я змее, — Может слышали?

— Ты тот самый русский профессор, который погиб здесь при «плевке» вулкана два года назад? — удивилась змея.

Ого! А ведь действительно уже два года прошло как я попал… и Эколе уже 16 лет, совершеннолетний по законам Союза. Мои Дни Рождения я в Союзе не отмечал, вот и вылетело из головы.

— Да, тот самый, — подтвердил я, — Только я тогда не погиб, а попал в параллельный мир магического средневековья в тело юного мага Эколы Бести, и за заслуги своего рода перед змеями был инициирован в кобру младшей дочерью-магиней владетельного змеиного князя Красной Окумы принцессой-коброй Шуи из рода Сисс. Получил от принцессы Шуи этот свисточек и строгий наказ — когда буду в этом Мире, познакомиться с местными змеями, передать им привет от всех наших, рассказать о них и попросить помощи если понадобится. Вот понадобилась…

— Oh my God! Магическое средневековье! Мой любимый фантастический жанр в книжках! Змеи-маги, инициации людей в змей, жестокие княжеские змеиные роды, змеиные принцессы-красавицы, дворцовые змеиные балы, любовь, — восторженно выдохнула змея, — Это же так романтично… А у нас что? Захолустье, глубинка, провинция! Ядовитые, вообще одни на весь штат Монтана — ямные гадюки Prairie rattlesna (гремучие змеи прерий), да и то фиг их дозовёшься, сидят себе да гремят в своих ямах. А остальные, что? Змея-суслик! Представляешь, название⁈ Да и выглядят обхохочешься. Ещё есть «подвязочные» змеи, кого уж они там подвязывают⁈ Но этих хоть много, можно встретить почти везде!

— Э-э-э… но ведь ты, Колубридия, такая красавица, тоже местная? Там, откуда я пришёл, с такими красивыми узорами змей нет точно, — сказал я совершенно искренне.

— Мы хогнозы, «примадонны» змеиного мира штата Монтана, — ответила явно польщённая змея, — Нас всегда можно узнать по узорам и вздернутому носу. Давай, так! Мы тебе сейчас быстренько поможем, что там у тебя случилось? А потом ты нам расскажешь про свой Мир, про тамошних змей, тебе же это наказала принцесса-кобра Шуи? Давай уже, рассказывай про свою беду, а я наших пока свистну.

И я рассказал ей про свою беду — убийство Ани.

И началось! Наползло их… тысячи! Но я уже видел в Океане «змеиную орду» и побольше, поэтому особо не удивился. Змеи-суслики, да, смешные, толстые, мускулистые, мостились на камнях как в ложах театра, остальные кто где и кто как.

Откуда-то из задних рядов ко мне вытолкали мелкого «подвязочного» гада, который видимо стесняясь общего внимания, всё время норовил уползти назад. Но его всё-таки вытолкнули и он быстро выпалил:

— Стрелял снайпер славянской внешности с погонялом «Шутер» и с сертификатом от европейской биржи киллеров Sanitar, в котором есть отметки о недавнем повышении квалификации в зоне конфликта на Украине, «прокачивал» там боевые и моральные навыки. Нанял его на бирже в Европе и вёл по США посредник — представитель Русской Мафии. Как его зовут не слышал, такой, сжатый весь, скукоженый… Он снял квартиру, принёс винтовку и ещё неделю носил снайперу еду. Тот сразу после выстрела улетел в Европу, а скукоженный в Нью-Йорк. При их общении имя Заказчика не называлось, только упомянули, что он конкурент Цели из Нью-Йорка. Больше ничего не знаю.

И мелкий гад быстро заполз в толпу.

Ну что же, зацепка у меня уже была, и хорошая, спасибо змеям!

Ну а дальше, по уже отработанной у морских змей схеме был двухчасовой «Сказ о широкой свадьбе принцессы-кобры Шуи Сисс», на которой, якобы, я был лично. С подробностями и описаниями нарядов гостей, угощений, цитированием тостов и т.д.

В «зрительном зале» слышались сплошные ахи и охи! А после авторского допущения про то, как на глазах всех гостей свадьбы лопнула коварная обиженная удавица-разлучница, возникла опасность для моих барабанных перепонок… Это был чистый восторг и та-а-акие аплодисменты, плавно перешедшие в овацию с криками «Браво!» и «Бис!»… В общем, успех был феерический.

Прощаясь с благодарными слушателями, я пообещал им обязательно обращаться, если что, передать от них большой-пребольшой привет и наилучшие пожелания лично принцессе-кобре Шуи и всем змеям Мира магического средневековья.

И я скоренько пошёл на площадь перед университетским кампусом. Там у меня была намечена ещё одна встреча — с великим демоном Адольфом Систелем.

Конфликт

Его звали Гарри Израилевич Кантарер и он был владельцем крупнейшего в мире Нью-Йорского нумизматического аукциона. Его основной мотив был, якобы, недобросовестная конкуренция и личная неприязнь к мистеру Милтону Сойеру.

Если коротко, между ними произошло вот что:

Когда пьяный мистер Сойер вечером дня аукциона лидийских монет позвонил Кантареру с требованием перечислить ему на счёт большую часть комиссии аукциона сверх «молоточной» суммы — «за престиж», ему в этом отказали, причём в оскорбительной форме. В вольном переводе на английский это звучало как предложение мистеру Сойеру немедленно отправляться в длительное эротическое путешествие и никогда не возвращаться оттуда. Так как мистер Сойер родился в Америке и не был знаком с русским матом, но интуитивно понимая, что ему отказали, закончил разговор с Кантарером фразой:

«Ах так? Тогда я сделаю свой аукцион!».

И все