Развод. Нет пути назад! - Любовь Трофимова

Спустившись по ступенькам, быстро пересёк просторный зал с бильярдным столом посредине и, толкнув ногой какую-то дверь, внёс меня в небольшую комнату, судя по всему, приспособленную под раздевалку.

Стены здесь были декорированы панелями из натурального дерева, в дальнем углу располагался небольшой диванчик, перед ним стоял стол, а в углу холодильник. У входа красовалась рогатая вешалка с двумя махровыми халатами, а на нескольких полках лежали стопки с чистыми полотенцами и простынями.

— Иди первый, а я потом, — понимая, что Руслан не шутит, произнесла я примирительным тоном, но этот упрямец усадил меня прямо на стол и начал раздевать.

— Маша, прекрати капризничать и спорить, — протяжно вздохнув, попросил он устало и, криво усмехнувшись, напомнил: — Чего я там не видел? Раздевайся…

— Мы чужие. Бывшие… Понимаешь? — прикрываясь руками, прорычала я, а Руслан вздрогнул и, склонившись вплотную, вынудил меня замереть.

— Через три дня Новый год, — буравя меня прищуренным взглядом, напомнил муж и, вздёрнув брови, отчеканил: — Надо согреться. Хочешь встретить праздники с соплями по колено?

— Мало ли чего я хочу, — шмыгнув носом, едва слышно отозвалась я и, с трудом сдерживая слёзы, прошептала: — Чёрт с ней, с простудой. Слышишь? Не хочу быть одна. Понимаешь? Никогда бы не подумала, что этот Новый год мы…

— Ш-ш-ш, тихо, Маша. Ты только не плачь, — перебив, сбивчиво прошептал Руслан и, посмотрев на мои губы, хрипло пообещал: — Одна ты не останешься. Я не допущу…

Глава 26

Мария

Глядя в упор, я почти не дышала и, наблюдая, как зрачки Руслана расползаются, заполняя собой почти всю радужку, начинала дрожать вовсе не от холода или злости.

У почти бывшего мужа была одна черта, которую я очень любила. Возбуждаясь, Руслан словно отключался от всего, что происходило вокруг, и сосредотачивался только на мне. В такие моменты он напоминал одержимого маньяка, и меня это жутко заводило.

Потемневший, и даже остекленевший взгляд, хриплый, севший голос, рождающий мурашки на коже, жадные ласки и поцелуи, отключающие разум, властные жесты и противоречиво нежные слова, вводящие меня в своеобразный транс как по щелчку пальцев.

Подчиняясь древнему волшебству, мы отдавались страсти без остатка. Терялись в пространстве, растворялись друг в друге, плавились и горели. А потом возрождались…

Наша близость давала нам ядерный взрыв эмоций и долго не отпускающее умиротворение.

Мой мизерный опыт стёрся из памяти, как только я впервые доверилась Руслану. Никто и никогда не дарил мне такого безумства и ощущения абсолютной совместимости и принадлежности.

Но сейчас я злилась… Тело плавилось, подчиняясь привычным сигналам, а я закипала от злости.

— Не позволишь? — уперев руку в горячую грудь мужа, процедила я и, усмехнувшись, удивлённо вздёрнула брови: — А как же твоя белобрысая стерлядь? Неужели ты оставишь её одну в…

— Что? О чём ты? — настойчиво стягивая с меня остатки одежды, рассеянно переспросил Руслан и, подхватив меня под попу, придвинул ближе и прошептал: — У меня единственная белобрысая стерлядь, и одну я её точно не оставлю. Не только в Новый год… Вообще никогда не оставлю, никуда не отпущу и никому не отдам. Слышишь?

Его сбивчивые слова и полубредовое состояние, граничащее с одержимостью, начинало пугать, но собственная покорность и растерянность обезоруживала. Я не представляла, что же произошло между Русланом и его новой избранницей, но ясно видела, что он не притворяется.

Проведя носом по моей щеке, Руслан шумно втянул воздух и, застонав, поцеловал меня в уголок губ, едва касаясь. Действовал он неторопливо, но настойчиво, и теперь я понимала, что наша близость неизбежна. И желанна!..

— Мы же разводимся, — млея от осторожных поцелуев, обречённо напомнила я, но Руслан тут же стиснул меня до лёгкой боли и утробно зарычал.

— Заткнись, Маша. Просто заткнись… — пророкотал он и, приподняв, стянул с меня джинсы вместе с трусиками.

Грубые слова и запредельная нежность разом обнулили последние сомнения, и я сама потянулась за поцелуем. Обняв Руслана за шею, обвила ногами его торс и, зажмурившись, всхлипнула от чувств, буквально распирающих грудную клетку и лишающих дыхания.

Проклиная свою слабость и непрошеные эмоции, я мысленно обещала себе, что иду на это лишь для удовлетворения физиологических потребностей, и не более того. Пытаясь найти оправдания, я расценивала всё происходящее, как прощание. Как жирную точку…

Пока я спорила сама с собой, мир качнулся, и мне показалось, что голова кружится, но, когда кожу обдало приятным жаром, я поняла, что Руслан занёс меня в парилку.

Чувствительная кожа почти мгновенно покрылась испариной, а горячая лавка, куда усадил меня Руслан, заставила охнуть и выгнуться.

— Горячо, — захныкала я и, закусив нижнюю губу, застонала.

— Сейчас… Потерпи немного, — пробормотал Руслан и, приподняв меня, постелил на горячие доски непонятно откуда взявшийся халат.

Наслаждаясь долгожданным теплом, я отклонилась назад и, запрокинув голову, подставила шею и грудь для смелых ласк и жадных поцелуев.

Изучив меня, Руслан давно знал, как распалить ещё больше, где поцеловать или погладить, куда подуть, и где лизнуть или ущипнуть… И, сдаваясь почти без боя, я позволяла ему всё.

Мысль о ненавистной сопернице пульсировала тревожным фоном, а мне вдруг захотелось, чтобы Руслан запомнил меня, как никого в своей жизни. Чтобы сравнил, сошёл с ума от дикого желания и понял, кого потерял.

Спускаясь жалящими поцелуями по моей груди, животу и ниже, муж уже не особо соображал, и чтобы остановить его, мне пришлось изловчиться.

— Постой… подожди… — сбивчиво бормоча, я поёрзала в попытке увернуться и, запустив пальцы в растрёпанные волосы мужа, оттянула, вынуждая поднять голову и позвала: — Руслан…

— Расслабься, — оскалившись, нетерпеливо прорычал он, но я мотнула головой и приподнялась.

— Куда ты так спешишь? — едва слышно упрекнула я и, настойчиво оттолкнув Руслана, облизнула пересохшие губы и потребовала: — Встань. Хочу иначе…

— Маша?.. — вздёрнув бровь, недоверчиво выдохнул муж и, нехотя поднявшись, посмотрел сверху вниз и усмехнулся: — Уверена? Что на тебя нашло?

— Заткнись, — обхватив вожделенную «игрушку» чуть дрожащими пальцами, я ещё раз облизнула губы и, возвращая мужу недавнюю грубость, повторила: — Просто заткнись…

Обычно я не особо любила оральные ласки, но не в этот раз… Коснувшись губами набрякшей и разгорячённой плоти мужа, я ощутила невероятную власть. Собрав мои волосы в кулак, Руслан придерживал их, но сам не двигался и не управлял мной,