Шпора на сердце - Лисавета Челищева

Но я люблю, когда они сами тянутся. Я люблю эту охоту. Это моя слабость, я знаю. Я пытался с этим бороться годами. Пытался держать себя в руках, не дать этому дерьму вылезти наружу. А потом ты. Ты села передо мной и просто… уставилась на меня. Словно я — единственный, кого ты хочешь. И я понял: либо я сломаюсь, либо сделаю это с тобой. Когда я говорил тебе про угрозы — я именно это и имел в виду. Я заставлю тебя кричать — от удовольствия, от боли, от всего сразу. И ты будешь умолять, чтобы я не останавливался. А теперь… последний раз. Говори. Насколько хорошо ты знаешь моего брата?

Я стояла в ошеломлённой тишине. Он не мог ожидать, что я отвечу ему сразу после того, как он обрушил на меня столько ненависти. Я не должна была пересекать эту черту с ним.

Должно быть, это сон, потому что этого не может быть в реальности. Я хотела сбежать от него, но он не отпускал меня. Я бы хотела, чтобы мы уже просто пошли своей дорогой…

Но он манипулирует мной, чтобы я сказала ему то, что ему нужно знать?

Даниил только что признался мне в своей самой безумной фантазии, не испытывая при этом ни капли отвращения. Но что, если он говорит правду? Что, если он хочет меня так же сильно, как я хочу его?

А как же Алиса? Алиса.

Моё настроение резко изменилось, и он это заметил. Он видел это в моих глазах.

Я попыталась вырваться из его хватки, но он только сильнее прижал меня к стене.

— Один вопрос, Даниил. Просто один. Кто, чёрт возьми, тебе Алиса Громова? Не говори мне, что она просто студентка. Не говори, что я всё придумала. Я хочу знать, была ли у вас связь — грязная, тайная, любая! И если ты хочешь услышать от меня правду, ты тоже скажешь мне всё. Потому что я устала быть единственной, кто раскрывает свои карты!

Я стояла бездыханно, глядя в его гипнотические глаза. Голос моей матери громко звучал в моей голове сейчас, и всё, что я слышала, было: «Беги от него, лисичка. Просто беги».

Я видела борьбу на его лице. Он не хотел мне ничего говорить, но только это и делало меня ещё более уверенной в том, что мои глаза и догадки меня не обманули.

Это было манипуляцией с его стороны, и как же я была неправа, думая, что из всего этого может выйти что-то прекрасное, что заставило бы меня полюбить жизнь.

— Алиса бывшая моего брата.

Урок 19.

Урок 19.

Урок 19.

Разбитая ваза — это осколки моего собственного сознания, разлетевшиеся по полу.

Мне потребовалась минута, чтобы переварить слова, которые он так небрежно бросил в мою сторону. Я бы рассмеялась и назвала это чушью, если бы не серьёзность на его лице.

Я всегда знала, что у Кирилла есть свои секреты. Но я бы никогда не подумала, что он будет скрывать такое…

— Ты хочешь сказать, что Алиса встречалась с Кириллом? — переспросила я. — Как такое вообще возможно?

Когда? Как? Мне нужно знать. Я сдержалась, чтобы не выболтать лишнего. Он определённо услышал, что я сказала, но, к моему удивлению, не стал развивать тему.

Не знаю, сколько ему известно о том, что произошло со мной два года назад, но я уверена, Алиса рассказала ему все подробности.

Месяцами в университете только и говорили, что обо мне и моей матери. Я могла стерпеть оскорбления, которые сыпались на меня, но когда они начали насмехаться над моей матерью, я стала огрызаться. С тех пор все знали, что лучше держаться от меня подальше.

Мои друзья внезапно исчезли, а все остальные либо шептались у меня за спиной, либо не разговаривали со мной вообще. В одночасье я стала изгоем в университете.

Всё стало настолько плохо, что мне пришлось взять академический отпуск и перевестись на другой курс. Пока все мои одногодки переходили к чему-то лучшему и более светлому, я застряла с младшекурсниками и людьми, которых едва знала.

Мало того, что Даниил Викторович у этой Алисы на крючке, так она ещё и с Кириллом имела что-то общее. Она повсюду, куда ни глянь, и я абсолютно презираю её за это! Она портит воспоминания, которые я ещё даже не создала.

— Ненавижу…

Я сжала пальцы в кулак, вонзая ногти в ладонь, пока не почувствовала сладкую боль. Гнев одолевал меня, и я мельком увидела удивление в его глазах. Он никогда раньше не видел меня с такой агрессией в голосе.

Какое мне оправдание? В конце концов, я дочь своей матери.

— Кирилл для тебя всего лишь знакомый, или ты хочешь сказать мне правду прямо сейчас? — цедит Даниил, делая мне больно своим захватом на моем запястье. — Твоя реакция говорит об обратном. Ты его ревнуешь. Они расстались уже давно, но я знаю Алису много лет. Я не знаю, что ты придумала о нас, но у нас ничего нет. По крайней мере, с моей стороны.

Последнюю фразу он прошептал, и именно на ней сосредоточился мой ревнивый ум. Это означало, что я была права во всём. Алиса пыталась сделать его своим. Я знала это. Я не верю ему, когда он говорит, что это лишь односторонне влечение. Он думает, что я дура.

Моё тело горело, и меня охватило неконтролируемое желание ударить кого-нибудь, особенно Алису!

Я заметила стеклянную вазу на столе в коридоре и в считанные секунды швырнула её в стену. Мои руки перестали дрожать, а в голове внезапно пронеслись отвратительные образы нас двоих вместе.

Я схватилась за голову и зажмурилась, заставляя свои мысли замолчать. Мне нужно сказать что-то, прежде чем мой разум взорвётся.

— ТЫ ЛЖЕЦ! Ты мне лжёшь. И как тебе спится с девушкой, от которой отказался твой брат? Хм? Приятно осознавать, что она выбрала лучшего из братьев? Твоё огромное эго довольно, когда она говорит, что ты лучше своего старшего брата? Скажи мне!

Яд продолжал выходить из меня наружу. Он сочился из душевных ран без остановки. Я больше не могла контролировать свои эмоции. Всё возвращалось ко мне со скоростью, с которой я не могла справиться.

Моя одержимость Даниилом Викторовичем, моя ненависть к Алисе, моя злость на Кирилла, обострившееся чувство страха перед отчуждённой матерью и мои подавляющие секреты. Я чувствовала слишком много,