Мажор в подарок - Филиппа Фелье

бесплатно до того, как она официально (и технически) получит статус завершённой». Платность глав будет изменена.

Спасибо за внимание!

Глава 20

Мира

Мы смотрим друг на друга. Я – растрепанная, полуголая, с телефоном в руке. Он – такой же растрепанный, с поленом, застрявшим в волосах (когда он успел?!).

И мы одновременно начинаем хохотать.

– Твоя сестра, – выдавливаю я, – это... это...

– Кошмар моей жизни, – заканчивает он, вытаскивая полено из волос. – И мое счастье. Потому что если бы не она, у меня бы не было тебя.

Я смотрю на него. На это полено. На кучу дров. На наши халаты, валяющиеся в живописном беспорядке. И чувствую себя абсолютно, безумно счастливой.

– Знаешь что, Филипп Снежнов?

– Что, моя строгая администратор? – его глаза игриво щурятся.

– Иди сюда. У нас есть время до 8 утра.

Он улыбается той самой улыбкой, ради которой я готова простить ему все на свете.

– Я думал, ты никогда не предложишь.

Утром я просыпаюсь от того, что в шале пахнет кофе и едой. Фил подходит к кровати с подносом в руках.

– Проснулась, соня? Доброе утро, – он ставит поднос на тумбочку и целует меня в щёку. – Завтрак. В качестве извинения за все сразу.

Смущающий горячий поцелуй кажется невинным, но говорит так много. Что моё сердце сжимается на миг. А щёки обжигает тёплой волной.

Я отвожу взгляд, придерживая плед. Сажусь в постели.

За окном рассвет. Розовые и золотые лучи солнца окрашивают снег. Заставляют его светиться и сверкать. Самого солнца ещё не видно. Небо ещё глубокое синее, но постепенно светлеет у края вершин гор.

Я оглядываю пространство, потому что что-то кажется другим. Ну, точно. Дрова собраны, в шале идеальная чистота. Поднимаю на Фила вопросительный взгляд и беру кружку. Вдыхаю кофейный аромат и дую, чтобы остудить.

Фил оборачивается вслед за моим взглядом. Пожимает он плечами.

– Я не мог позволить своей девушке проснуться в куче дров.

– Девушке, – повторяю я, пробуя слово на вкус. – Звучит неплохо.

– Лучше, чем "актив"? – он приподнимает бровь.

– Не напоминай! – я швыряю в него подушку.

Он смеется, ловит подушку.

– Ешь. Нам скоро ехать. Лиля уже прислала пять сообщений с вопросительными знаками.

Я беру кружку двумя руками, согревая пальцы. Обжигающее тепло наполняет ладони, пока я смотрю на Фила из-под ресниц. Солнце золотит его волосы. Он смотрит на меня так, будто я – самое ценное, что у него есть.

– И всё равно ты – маньяк с трехчасовой подборкой, – хмыкаю я, делая глоток.

Он смущённо проводит по своим растрёпанным волосам. Вздыхает.

– Но я тебя люблю, – говорю, а у самой сердце в горло прыгает от переполняющих эмоций.

Он наклоняется и целует меня в макушку.

– А я люблю тебя, самая милая администратор. Даже несмотря на то, что ты кидаешься подушками в любимого мужчину, который приносит тебе завтрак.

– Это было справедливо, – я щурюсь.

– Справедливо, – соглашается он. – Как и все, что ты делаешь.

Я улыбаюсь в кружку. За окном искрится снег.

Телефон Фила вибрирует так настойчиво, что даже круассан подпрыгивает на тарелке.

– Лиля, – констатирует он, глянув на экран. – Шестое сообщение за последние полчаса.

– Ответь уже, – я мажу масло на тост. – А то она, наверное, уже спасателей вызвала.

Он нажимает на вызов, и через секунду из динамика раздается голос Лили, похожий на сирену воздушной тревоги:

– ФИЛ! ВЫ ГДЕ?! Я ЗВОНЮ ВАМ ТЫЩУ ЛЕТ! ТУТ ТАКОЕ!

– Привет, Лиль. Мы завтракаем, – спокойно говорит он. – Что случилось?

– Завтракают они! – голос Лили переходит на ультразвук. – София закрылась в кабинете с отцом полчаса назад! Козёл-Рома с утра ругается с Вероникой из-за какого-то фото на его телефоне. Он теперь носится по отелю с довольной рожей и показывает это фото всем. Даже горничной успел показать, представляете? Горничной! Которая убирает номера!

Лиля делает захлёбывающийся вдох.

– Вероника в бешенстве носится по отелю и кричит, что всех засудит! Вы где конкретно?

– Всё там же, в шале, – Фил переглядывается со мной. – Будем минут через сорок.

Фил смотрит на меня, и в его взгляде вспыхивает голод. И это не про еду.

Я опускаю взгляд, чувствуя, как горят щёки.

– СОРОК МИНУТ?! Вы там с ума сошли?! Ладно, жду. Только быстро! И – Фил! – она понижает голос до драматического шепота. – Там правда что-то серьезное.

Я замираю с тостом в руке. Рома показывал что-то своей невесте, после чего она впала в неистовство. Что это могло быть?

– Рома что-то мутит, а София обрабатывает моего отца, – кивает Фил. – Идеальный тандем.

– Твой отец... – я проглатываю еду. – Он поверит?

– Он поверит фактам, – Фил встает и начинает собирать вещи.

Дорога до отеля занимает вечность. Снег, солнце, идеальные пейзажи – а у меня внутри все кипит.

Мы въезжаем на парковку отеля. Тишина. Слишком тихо для утра. Обычно здесь суетятся гости, персонал, а сейчас – ни души.

– Не нравится мне это, – бормочу я, вылезая из машины.

Лиля встречает нас в холле. Стоит у стойки ресепшен с таким видом, будто только что выиграла войну, но потеряла все войска. Бледная, с кругами под глазами, но с горящим взглядом.

– Наконец-то! – шипит она, подлетая к нам. – Вы хоть понимаете, что тут творится?!

– Лиля, спокойно, – Фил кладет руки ей на плечи. – Говори по порядку.

– По порядку? – она вырывается. – Хорошо. София до сих пор не вышла из кабинета отца. Я пыталась подслушать, но там звукоизоляция, как в бункере! Рома носится по отелю с довольной рожей и показывает всем фото. Вероника в истерике, кричит, что подаст на развод, хотя они еще даже не поженились! Я ей напомнила об этом, так она сказала, что подаст на несостоявшийся развод!

– А отец? – хмурится Фил.