Пятнадцать суток на любовь и риск - Амира Алексеевна

— Почему сразу я что-то сделала? — обиженно надула губы Амина. — Просто… Просто…

«Если я скажу правду, бабушка станет волноваться. Нельзя ей говорить правду», — подумала Амина и решила:

— Илья Александрович попался мне по дороге домой и предложил подвести до деревни.

— А что ему нужно в нашей деревне? Аль случилось что? — встревожилась бабушка.

— Ничего не случилась, — поспешила успокоить ее Амина, придумывая на ходу: — Илья Александрович пожелал познакомиться с местностью. Вот и разъезжает по району.

— Теперь понятно. — Облегченно выдохнула Зинаида Петровна, вместе с ней выдохнула и Амина. — Дед сейчас грядки копает. Поди, поешь что-нибудь, и тоже выходи, помоги ему чем-нибудь.

— Хорошо, ба! — Амина живо юркнула за дверь, пока у бабушки не возникли еще какие-нибудь подозрения.

* * *

Майское солнце клонилось к закату, отбрасывая длинные тени, когда Амина, подкрепившись бабушкиными пирогами с мясом и переодевшись в рабочую форму — в джинсовый комбинезон, косынку и резиновые галоши, вооружившись лопатой и перчатками, вышла на помощь деду. Воздух дрожал от аромата прогретой земли, молодой зелени и дыма от костров соседей.

— Бабуль, куда мне вставать?

Зинаида Петровна поправила платок на голове и прищурилась:

— Вставай рядом с дедом.

В огороде царила неспешная рабочая суета. Василий Павлович молча вгонял лопату в темную, рыхлую землю, докапывая, таким образом, вторую грядку, а Зинаида Петровна, подобрав подол старенького хлопкового халата, ловко поправляла за ним грядки граблями.

Как только Амина вонзила лопату в землю, скрипнула калитка. Кто-то пришел.

— Кого это принесло? — с заметным усилием выпрямил спину Василий Павлович, вглядываясь в сторону двора.

— Бог в помощь! — неожиданно прокричал Миша, показавшись в огороде.

— Миша, здравствуй. — Тепло поприветствовала его Зинаида Петровна.

Миша вошел в огород и первым делом пожал руку Василию Павловичу.

— Миша, что ты здесь делаешь? — тотчас напряглась Амина.

Он не так часто захаживает к ней, а точнее очень-очень редко, и поэтому, видеть его у себя дома, когда ей так много стало известно о нем — Амину его появление только сильно напугало.

Миша подходит к Амине и начинает говорить полушепотом:

— Мне нужно с тобой срочно поговорить…

— Потом посплетничаете. — Перебила его Зинаида Петровна. — Вот закончите копать грядки, и говорите хоть до утра.

— С удовольствием, Зинаида Петровна. — С улыбкой на лице произносит Миша. — Василий Павлович, а давайте ка мне свою лопату.

Парень подошел к деду, чтобы взять лопату и дать ему отдохнуть. Василий Павлович сначала не отдавал, потом сдался, уступив место у грядки. Отошел к скамейке под старой яблоней, а через минуту к нему присоединилась и бабушка. Они сидели и наблюдали за тем, как молодые копали грядки и о чем-то тихо шептались.

— Амина, ты ничего не хочешь мне рассказать? — спросил Миша, с силой вонзая лопату в землю.

— Что именно я должна тебе рассказать? — Амина сделала вид, будто не понимает о чем он. Хотя, на самом деле, где-то внутри нее сидела догадка.

— Ну, например, о том, как опер сегодня забрал тебя с работы….

Амина замерла.

— Откуда…? — ее слова так и остались висеть в воздухе недосказанными.

— Даша мне сказала. Она видела сегодня вас. — Ответил Миша, при этом продолжая копать, как ни в чем не бывало.

— Амина! — крикнула Зинаида Петровна. — Чего встала с лопатой посреди огорода? Вон, Миша уже заканчивает копать свою грядку.

Амина продолжила работу. В ее голове поселилась такая суматоха, что мешало ей собраться с мыслями.

— Между вами что-то есть? — неожиданно спросил Миша.

— Нет! — испуганно воскликнула Амина и оглянулась. Старики на молодых больше не смотрели. Они были заняты своим разговором.

— Нет, между нами ничего нет. — Продолжила она уже тише. — Илья Александрович заехал за мной, чтобы.... — и тут Амина запнулась.

— Он ведь обо мне спрашивал? Так ведь? — догадался Миша. Амина молча кивнула. — И что ты ему сказала?

Амина была вынуждена рассказать Мише всю правду.

— Миш, ты на меня очень злишься? — спросила девушка, закончив свои признательные показания тем, как оперуполномоченный довез ее до дома.

Миша вытащил из кармана своих спортивных штанов пачку сигарет и закурил.

Его молчание терзало Амину все больше и больше.

— Прости. — Продолжила она, так и не дождавшись от него ответа. — Староверов сказал, что я смогу помочь тебе, рассказав обо всем. И что тебе… — она запнулась, и продолжила уже тише, предупредительно оглянувшись на Василия Павловича и Зинаиду Петровну, — … грозит опасность. Это так?

Миша задумчиво глядел вдаль, в сторону леса, откуда доносились крики кукушки.

— Миша, ну не молчи. — Взмолилась Амина, не в силах больше выдерживать его молчание.

— Сестренка, ты все правильно сделала. — Неожиданно парень приобнял ее за плечи и улыбнулся.

— Что? — не поверила она своим ушам.

— Я, конечно, должен злиться на тебя за то, что ты доверилась какому-то незнакомому мужчине и все выложила обо мне… — Амина густо покраснела, — он ее пристыдил. — Но… если бы мне самому… ЭТО… не было бы на руку.

Амина поднимает на него удивленный взгляд.

— Что ты хочешь сказать?

Вместо ответа Миша полез в карман своих спортивных штанов. Достает небольшой, сложенный в несколько раз лист бумаги и протягивает Амине:

— У меня к тебе будет просьба.

— Еще просьба? — воскликнула девушка, не сдержав эмоции.

Миша слабо улыбнулся.

— Да, еще одна. И надеюсь, последняя. — Амина берет в руки записку и уже хотела развернуть его, как вдруг Миша остановил ее: — Нет, это не тебе. Тебе незачем это видеть. Передашь записку своему оперу.

— Он не мой опер. — Обиженно проговорила она. — Как я ему передам? Мне идти в полицию?

Миша усмехнулся.

— Думаю, в этом не будет необходимости. Он скоро сам к тебе придет.

Его слова только смутили Амину.

— Зачем ему приходить ко мне?

Миша ничего не ответил, только улыбнулся и продолжил копать грядки.

Примерно полчаса они работали молча, и эта безмолвная тишина продолжилась бы дальше, если бы не Зинаида Петровна:

— Поздно уже. Пойдемте домой пить чай. Миша, оставь, завтра мы с дедом докопаем.

— Зинаида Петровна, я докопаю…

— Нет, я сказала завтра. — Смотрит на него строго, потом тут же смягчила взгляд: — Не можем мы пользоваться твоей добротой до самой ночи. На улице уже темнеет, а тебе еще возвращаться домой. Все, — подходит и забирает с его рук лопату, — пойдемте в дом.

— Амина, постой. — Миша останавливает девушку за руку, когда все уже входили в дом.

— Да?

— Я поеду, не буду заходить к вам. Ты извинись за меня перед Зинаидой Петровной и Василием Павловичем. Скажи, что у меня появилось важное дело, и мне