Учитель. Назад в СССР-7 - Дмитрий Буров

слава троицу очень быстро утомила. Потому что с такой известностью исчезла возможность экспериментировать, оставаясь незамеченными, сбегать в лес, когда мамка запретила, и творить прочие разные вещи, о которых взрослым в силу их возраста знать не полагалось.

Ванька Мальков с самого начала, когда началась информационная волна, очень расстроился. Мальчишка быстро сообразил, что для будущего разведчика такая слава только помеха.

— Теперь меня все в лицо знают! Какой же я разведчик? — бухтел Ванька на летней школьной практике. — Егор Александрович, ну, может Вы как-то повлияете, а? Пусть они перестанут!

— Кто — они? — пряча улыбку, интересовался я у сердитого мальчишки.

— Да все они! Мелюзга эта за мной хвостом бегает! Ваня, а покажи, как вы дядьку в сортире топили! — кривляясь, явно передразнивая детвору, заговорил Малек писклявым голосом. — Ванечка, а тебе было стра-а-шно? — продолжил Ванька, изображая девчачий восторг. — Ваня! Ты же герой! А ведешь себя как глупый неразумный ребенок! Кушать надо супчик обязательно! А то какой из тебя герой! — копируя старческий голос, мальчишка закончил жалобы. — А я не люблю суп! Я, может, картошку жареную с грибами больше люблю!

— Вот и у меня так же, — тяжело вздохнул Ленька.

— Тоже картошку больше любишь? — улыбнулся я.

— Не-е-е… я сосиски люблю и пирожки… Ну, тоже меня теперь в пример… Эх. теперь даже на крышу не залезть, сразу же умничать начинают: какой ты пример подашь младшим, — грустно закончил Голубев, возвращаясь к покраске парт.

— И кто так говорит? — уточнил я.

— Так мамка же… и родня вся, что есть… — вздохнул Мальков.

— Вот-вот, — кивнул Ленька.

— Теперь я вроде как тоже за старшего, пример для всех двоюродных братанов и сестренок… Ни вздохнуть, ни… Ой… — Ванька смутился, я расхохотался про себя: да уж, мечты всегда сбываются. Другое дело — уметь правильно мечтать, чтобы вот так не попадать в ситуацию.

— Егор Александрович! Вот вы где! Ой, и мальчики здесь! А я с травой закончила, решила вам помочь!

В класс влетела Таисия, остановилась на пороге, окинула нас взглядом и продолжила с места в карьер:

— А в чего такие хмурые? — Громова не дала ребятам ответить обратилась ко мне. — Егор Александрович, я тут чего подумала… А давайте в школе кружок юных разведчиков организуем? А? Ну а что, дедушка мой нам по охотничьей части всё обскажет и покажет, я помогать стану. Вы не думайте у много чего умею. Меня деда научил, — заверила Тася.

— Я не думаю, я знаю, — улыбнулся я.

— А Ванька вон сколько всего про разведку знает! И как за людьми следить незаметно, и вообще… — девочка неопределенно взмахнула рукой. — А еще можно дядь Витю попросить, чтобы и он поделился… — перечисляла имена Громова. — Ну, парторга… — заметив недоумение на лицах парней, пояснила боевая подруга. — Он же тоже разведчик.

— Откуда информация? — уточнил я.

— Так мамка говорит… И дед сказывал… Ой… Это, наверное, военная тайна, да? — охнула Тася испуганно.

— Эх ты, Таська. — покачал головой Ванька. — Болтун — находка для шпиона! — пришла пора Малькова назидательно высказываться в адрес подруги. Голубев благоразумно отвернулся, но я успел заметить ехидную улыбку на лице мальчишки.

— Так я же только вам, — смутилась Тася. — Не чужим ведь…

— Да и новость не первой свежести, даже не новость, а слух, — поддержал я девочку. — А цели-то у кружка какие будут? — поинтересовался я у девочки. — Зачем нам столько разведчиков?

— Ну как зачем… — изумилась Таисия. — Чтобы Родину защищать, шпионов вычислять, ну… чтобы историю своей области знать и района. Вот у нас знаете какая богатая история в селе? Вот, не знаете! Да у нас в каждом дворе ветеран-фронтовик живет! И награды даже имеются, а у нас и музея-то нет! В больших городах есть музеи боевой славы, а у нас только и всего, что красный уголок. Этого же мало!

Тася замолчала, чтобы передохнуть и выступить с новой порцией аргументов. Я молчал, дожидаясь ответа.

— Музей — это скучно, — проворчал Ванька. — А вот по местам боевой славы в походы ходить — это да! Стоящее дело!

— Точно! Егор Александрович! А давайте обратно в поход? А? у нас тут столько всего! Нам историчка сказывала! Вдруг мы опять клад отыщем?

— Вам бы только клады! Егор Александрович! Кружок разведчиков нам просто очень необходим! И для общего развития тоже хорошо! История подтянем! И вообще, знания лишними не бывают! Неизвестно, как она, жизнь, повернется-то! — тряхнув волосами, закончила Таисия, повторяя слова какого-то взрослого. — Так дед говорит!

Но я уже догадался. Потап Евсеевич у внучки ходил в большом авторитете. Громова цитировала слова деда по поводу и без повода. А уж после наших летних приключений, когда дед Потап разобрал по полочкам все ее ошибки, прописал воспитательную пилюлю, наказал самовольство и неподчинение приказам старшего, Таська и вовсе на какое-то время замкнулась, начала себя корить за то, что неправильно руководила операцией, чуть ребят не угробила.

Да-да, с тех пор наше случайное недоприключение именно так и называлось у троицы: операция по поимке особо опасного преступника, и никак иначе.

Так вот Пота Евсеевич так застращал внучку, что пришлось подключаться и разговаривать со старшим Громовым лично. По новой объяснять девочке, что дедушка в чем-то, безусловно, прав. Например, в том, что ребята не догадались предупредить кого-то из взрослых о похищении фельдшерицы и помчались за похитителем всей толпой, сломя голову, не подумав о последствиях. Но проявленная самостоятельность помогла спасти жизнь Оксане Игоревне, а это перекрывает все остальные мелкие глупости.

Потап Евсеевич со мной согласился, скрепя сердце. Я только тогда и сообразил: воспитывает дед внучку как хорошего бойца. За инициативу похвалит, но по косточкам любой поступок и провал с победой разберет, чтобы в будущем сумела внучка избежать подобных ошибок.

Таисия после того памятного разговора воспряла духом и принялась учить мелюзгу охотничьим хитростям. Малышня после истории с поимкой бандита крутилась вокруг ребят с утроенной силой. Особенно вокруг Громовой. Да что там, школьники постарше и те хотели дружить с Ванькой, Лёнькой и Тасей. Дошло до того, что троица стала скрываться от детей и передвигаться по селу огородами. Каждый встречный односельчанин норовил узнать подробности из