Стражи Пограничья - Елена Саттэр

служивого рода. Про титул маркизы забудь, её приказано найти и удавить. Ищи лавочника и кольцо требуй. Блин! Вспомнила я. Какое кольцо? Вот я на голову совсем слаба стала. Я же помолвлена, не с маркизом, не с графушкой, а с неведомой зверушкой. Мужчина тот, конечно, не зверушка, но неведомый — это факт.

Ох, жизнь моя тяжёлая— всё самой, всё самой. Ну, хоть с дури в это Чернозонье не потащилась.

Посуду мою, сама вздыхаю. Слышу топот конский, да телеги скрипят. И около моего двора остановились.

Мадемуазель Вальша с бригадой приехала. Причем смотрю, штаны на ней мужские, а сверху юбка спереди завязывается. Шагать легко можно, даже лазить, а попой не крутишь — все приличия соблюдены. Ну, я такую тоже захотела. Мне же еще картофанку сажать.

Обрадовалась я Брошкиной, как родной, побежала хозяйство показывать. И взмолилась во весь голос: не крышу хочу с полом первыми , а сортир поставить, да из щитов сарайчик над купальней сколотить. Заодно тихо на ушко спросила, что здесь вместо туалетной бумаги используют?

Оказалось, листья подтирушки для этой цели выращивают и высушивают. Ох, я обрадовалась, и это в вишлист записала себе.

Про гардеробчик её тоже разузнала. Всё спросила, что хотела, и только решила пойти картофанку к обеду чистить, смотрю, опять ко мне гости. Мужик какой-то на лошаденке подъехал ко двору. Сухенький такой, седенький, с толстой сумкой на плече.

— Вы, — кричит из-за изгороди, — хозяйка этого постоялого двора?

Смотрю на него, чувствую, что не к добру он вопросы эти невежливые задает. Может,— думаю, — не признаваться? А как? Весь народ вокруг уже поддакивать стал. Она это, дескать.

Деваться некуда, во двор зову его к столу. Он зашёл, носом канцелярским поводил и бумагу на имущество наследное потребовал. Сбегала я в дом — приволокла. Он документ мой магический только на зуб не попробовал. Минут пятнадцать рассматривал каждую буковку. Даже понюхал зачем-то. Потом вернул мне свиток и говорит:

—Прибыл я из здешней управы имущество за вами закрепить, вот сюда пальчик приложить извольте.

И достает свой документ. Я не глупая — прочитала всё, даже что мелкими буквами написано. Но там было всё честь по чести: имущество от такого-то года постройки переходит в собственность к Анжее Дрофф. Поставила я свой отпечаток. А дядька этот свиток в сумку, и новый вытаскивает и мне суёт.

Я как прочитала, и села тут же на лавку. В жар бросило. Ляшка припрыгал, на меня смотрит. Я ему телепатически и прочитала, и руками развожу. Выбора у нас нет. Он аж глаза закатил. Потом откатил , вздохнул и буркнул:

— Пойду оркам скажу собираться.

Пнул по пути Пятнашку:

— Вставай, ботаник, служебной собакой пора становиться.

А пришлый с улыбочкой канцелярской интересуется:

— Сможете за месяц налоговую задолженность за столько лет погасить?

Я ему:

— Будем стараться, ваше высокоблагородие.

А что я ему сказать могу? У меня нет толстого кошелька , где триста золотых лежат. Вон даже за мою голову только двадцать сулят. А коли за месяц не отдам, ждёт меня дорога дальняя да яма долговая, зинданом величаемая, из которой мне вовек не выйти. Поэтому собирайся, Анжейка, в Чернозонье, хочешь не хочешь, а идти надо.

Попрощалась я с дядькой. Прошла мимо мадемуазели, любопытствующей. Рассказала всё по правде. Пусть сама решает.

Думаю — заберет свою бригаду да уедет, а она постояла, постояла, меня задумчиво оглядела, решила что-то для себя и побежала плотниками своими руководить.

А я тормозки нам собирать. В кастрюлю воду питьевую налила, крышку крепко-накрепко привязала, чтобы не разлилась, и в Крякву пристроила. Про воду я не удосужилась спросить: можно ли там пить из ручьев, а-то вдруг козлёнушкой станешь... Горе-туристка.

Сумку свою медицинскую нацепила. Своих к походу дальнему подготовившихся оглядела:

—Ну что, други мои верные, братья стражи, готовы на охрану рубежей королевства выступать да травку магическую с артефактами заодно для зарабатывания искать?

—Усегда готовы, — хором отвечает братство.

— Ну, таки пойдём тогда, — махнула я им рукой и пошла по дороге в Чернозонье широкими шагами.За мной Ляшка прыгает, за ним орки по двое выстроились с Пятнашкой, и замыкает строй Кряква, с огурцами на перевес.

Про камни вспомнила, Ляшку старшим поставила по сбору наших обнаружителей ловушек.

В голове знания с рынка прокручиваю про травы.

Есть лечебные, силы придающие, а есть ядовитые. Как сказала торговка — каждой твари по паре. Есть от поноса, похожая — от запора. С фиолетовым отливом— кровоостанавливающая — много денег стоит, а такая же с красной каёмочкой — разжижающая.

У женщин на рынке глаз наметан, это главное — мне не использовать по назначению. Одну четко запомнила, кровоостанавливающую. У меня даже от нее листочек засушенный хранится для Пятнашки, чтобы понюхать.

Шагаю, в мыслях своих, глядь, а навстречу граф этот на белом коне с отрядом скачет. Остановился, нас увидевши. Равнение налево взял. На шевроны наши смотрит, глаза трёт. Смотрю, заразная штука оказывается это глазатерательство. Весь отряд его протиркой занялся.

Ну, я по старой доброй традиции и подмигнула ему, только видно грустно вышло, без задора. Потому как он сощурился и взглядом озабоченным на меня смотрел, видимо, почуял, что погибну я скоро во цвете лет, только успев чуток пожить в этом мире.

Ляшка, почуяв мое настроение, носом хлюпнул, но тихонько, чтобы орки не услышали. Репутация — дело такое: наращиваешь годами, а потерять вмиг можешь.

— Лягнар, — спрашиваю строго, притормозив, — набрали ли наши рядовые камней?

— Так точно,— отвечает.— Много. В Крякву сложили.

— Молодец,— говорю, хвалю за службу, — потом тихонечко: — Ляшенька, страшно мне аж жуть.

А он мне также отвечает:

— А мне как, коли не орки сзади, я б тебя бежать уговорил куда глаза глядят.

— Ага, убежишь теперь, — хмыкнула я грустно,— это от короля можно, а от налоговой вряд ли.

Граф Ворон.

Нет, с таким я раньше не сталкивался, как и весь мой отряд. Когда невеста моя странная мимо нас прошагала со своей свитой, и никуда- нибудь, а в сторону Чернозонья, и ни с чем-нибудь, а с шевронами стражей, дар речи пропал у всех. Ну не пойдут же они вглубь?

Возвращаемся мы в Гранец после двухдневного рейда. Набрали огоньков, успешно сходили. Ехали весело, шутили, анекдоты травили, а тут встретили ее со своими. Замолчали мои, в тишине до бывшего постоялого двора доехали, а там жизнь кипит. Крышу