Закат 1 - Василий Лазарев

откинул в сторону бесполезный против него автомат и направил в сторону чудовища две раскрытых ладони. Спусковым механизмом явилась отвратительная рожа недавнего бандита, что повстречался им на берегу реки. Мамонту тогда захотелось стереть с его поганой морды улыбку превосходства. В прошлый раз у него не получилось, но сейчас он себя сдерживать не стал. Голубоватый луч вонзился в грудь вурдалака, отбросив того за пару десятков метров и сильно припечатал о корпус вездехода.

Мамонт на этом не остановился и двумя импульсами скомкал двухметровое тело до состояния жёваной промокашки. Вся эта акробатика сопровождалась противным хрустом. Лапы монстра сломались в нескольких местах и замысловато переплелись с изломанными ногами. Череп оказался где-то между ног, клыки пробили собственный живот. Спустя мгновение Мамонт понял свою оплошность, он полностью выложился на одного, а ведь их двое. Второй, кстати почему-то замешкался и как-то странно раздулся. Желание то у него было, это явствовало из его жадных поросячьих глаз. Он так и не нажрался, вдвоем с товарищем им показалось мало сожранных тридцати человек. Мамонт решил собрать силы воедино и попробовать снести ему чердак, но в этот момент стала ясна причина колебаний вурдалака. Он завизжал как щенок или маленький ребёнок и тут же визг перешёл в булькающий хрип. Следом за этим последовал взрыв и во все стороны полетела кровь. Его собственная и насосанная у криминальных любителей вездеходов. На этом стычку можно было считать завершённой.

— Серёг, на хрена мы вообще патроны тратили? Меня такая злость взяла, когда пуля отвалилась от его лба и упала в снег, — Наташа встала на ноги и сплюнула в сторону.

— Кто это? — Кроху перекосило. — Здесь ничего подобного никогда не бывало. Если не брать в расчёт басни об оборотнях, безобразничавших в восемнадцатом веке.

— Не могло ли нас откинуть заодно и во времени? — задумался Кощей. — Ведь если так разобраться, электричества тогда не было. Двигателей тоже, топили дровами, углём. По лесам бегали оборотни.

— Кощей, ты большой оптимист, — вздохнула Наташа. — Похоже время наше как было, так и осталось, но вот цивилизация деградирует семимильными шагами. Скоро в феодализм вернёмся. Рабство уже есть, вон Кроху еле отбили.

— У нас живой! — выкрикнул Кощей, найдя молодого парня с разорванной грудью и животом. Он лежал под одним из грузовиков и уже не чувствовал боли. Глаза парня периодически закрывались, он уже отходил. Кощей даже не стал пытаться оживить, только взял его за запястье чутка притормозив, чтобы успеть допросить. — Пока живой.

— Сколько вас сбежало с зоны? — Мамонт присел на корточки рядом с ним.

— Что? — затуманенные глаза уголовника не фокусировались. Страшно было смотреть на живую анатомическую модель. Вурдалак не оторвал ему голову по каким-то причинам, но распорол от горла до паха. И только благодаря Кощею он сейчас ещё говорил, а не отъехал от потери крови. Лечить его было бесполезно, зачем он им живой? Возиться с ним, чтобы получить потом нож в спину. Волка не заставишь охранять дом. — Все… вся зона. После бомб на нас опустился зелёный туман. Все сошли с ума, даже мужики. Нам, бродягам такой расклад по душе. Мы сразу рванули. Смотрящий на месте остался и цинканул всем облазить округу и тащить в зону всё что есть. Водку, баб, жрачку.

— Сколько вас там было?

— Около двух тысяч… Отпусти, начальник. Хорош душу мотать, — на губах бандита показались кровавые пузыри.

— Я не мент, — ответил Мамонт.

— Пуделю своему лохматому в уши заливай, — он скосил глаза на Кощея. — За тебя приз объявлен, Мамонт…, — Парень дёрнулся и затих.

— Пахан, зона, две тысячи рыл, контракт за твою голову, Серёжа. Не кажется тебе, что пора уезжать? — тактично намекнула Наташа.

— А округу они дрючить будут во все дыры? — злобно огрызнулся Мамонт.

— Фу, товарищ лейтенант, откуда такой сленг? — Наташа сдула непослушный локон с глаза.

— Оттуда. Короче, думаю надо поступить так…, — и Мамонт замолчал надолго.

— Понятно, Чапай думать сел. Пробегусь пока, посмотрю, что у них в грузовиках было. Кроха положи артефакт в кабину вездехода, посмотрим появиться ли заряд, — посоветовал девушке Кощей и фыркнул. — Пудель, бля!

— Серёг, ну ты чего потерялся? — Наташа пощёлкала пальцем перед его носом.

— Думаю! — многозначительно изрёк Мамонт.

— И чё?

— Ни чё, — передразнил её Мамонт. — Ничего не придумывается. Откуда они узнали, как меня зовут?

— Кто это знал и кого с нами нет? — Наташа присела рядом. — Слушай, Серёж, я такая трусиха. Чуть не умерла от страха, когда эта рожа на нас попёрла.

— Бывает, я тоже понервничал. Выходит, меня Дима солдатик-срочник сдал. Больше некому. Значит к ним попал.

— Я в самый последний момент поняла, что я такая дура была, — не слушая Мамонта поделилась своими впечатлениями Наташа. — Мерила всё на деньги, а ведь настоящие поступки делаются бесплатно. Ты же, когда меня от этих уродов защищал не думал о деньгах? В моём прошлом мире главным мерилом были эти проклятые деньги. Сколько ты стоишь, единственный вопрос, интересовавший всех.

— Ты о чём вообще? — не понял Мамонт. — Я сколько? Двести двенадцать рублей, плюс выслуга, плюс премия и так далее в месяц триста набегало. Но это зарплата на должности капитана.

— Триста? — звонко рассмеялась Наташа. — Один раз нормально погулять в Арагви.

— Для кого как, мне их надо на месяц растянуть, — Мамонт