О моем перерождении в сына крестьянского 3 - Анатолий Михайлович Нейтак

Хорошо. — Только не из богатеек, ты не подумай. Если точнее, я из зареченских. Ни разу в жизни деревень не видала и землероек тоже. Ну, не очень-то и хотелось.

— Если там навозом пахнет, я тоже туда не хочу.

— А помочь мне не хочешь? Точно?

— …

— Ну, как знаешь.

— И что надо делать?

Канэла объяснила. Правда, мелкая (на полголовы ниже неё!) зеленоглазая немочь оказалась так себе помощницей. Ну, маг же будущий, куда ей… хотя долбать копалкой всё-таки долбала, пусть и слабовато. Ну, всё польза.

— Слушай, — вернувшись с пустой таскалкой, будущий воин окликнула потешно пыхтящую немочь, — звать-то тебя как? Я Канэла! Сестрица Шелари, внучка Таруса.

— Я знаю, кто ты. Я — Ринха. Третья дочь Догэси Ассур, внучка Лейты Ассур и Онтафаша Шесерин.

— О! Так ты, выходит, принцесса рода?

— …

— Чего дрожишь? Я что-то не то сказала?

— …

— Извини, я не расслышала. Можешь повторить?

— Только на ушко.

— Ну, давай на ушко.

— У Ассур нет принцесс, — шёпот словно обжигал. — А пока я не приняла судьбу, я даже не Ассур.

— Это почему? У тебя на лице написано, что ты самая что ни на есть Ассур! Вон, глаза зелёные, как у тёти Лейты точь-в-точь, волосы в прозелень, кожа такая же.

— Это всё равно. Пока неизвестна моя судьба — я никто.

— Ты — Ринха, — нахмурилась Канэла. — Дочь Догэси, внучка Лейты. Ты очень даже кто-то! Есть имя и род — значит, и место в роду есть тоже!

— У Ассур не так.

— …

На это уже Канэле оказалось нечего ответить. Хотя хотелось, очень-очень. Но ведь нельзя же сказать, что правила Ассур какие-то глупые и нечестные и злые? Какие бы ни были, это — правила рода! Причём чужого.

— А лет-то тебе сколько?

— …

— На ушко?

— Много, — на этот раз шёпот почему-то казался ледяным. — Десять с лишним.

Канэла, в свои без малого девять лет успевшая взойти на третью ступень, чуть не онемела. Да как так-то? Быть того не может! Чтобы Ассур — Ассур! Четыре тысячи лет роду! — и на одиннадцатом году всё ещё не имела судьбы?

Но, выходит, бывает и так…

Ответить словами Канэле снова оказалось нечего. Но она сумела ответить без слов. Просто взяла и обняла Ринху.

Осторожно, но крепко.

— Ты чего? — шепчет, зажмурившись и не дыша.

— А разве непонятно? Обнимаю. Дылда Вейлиф говорит, что обнимашки — это хорошо. И он прав.

— Зачем это?

— Да просто так. Давай, подружка, не жмись — обнимись!

— Подружка?

— Ну да. Почему нет? Или ты против?

Почти минуту мелкая немочь стояла, не двигаясь. Но потом, медленно и неуверенно подняв руки, Ринха всё-таки обняла новую подружку в ответ.

Вот и славно. Начало — начато.

Теперь Канэла Смелая всех их передружит и заобнимает и научит смелости.

В её Подземье никто не останется одиноким-обиженным!

Идея с биологическим клонированием была, конечно, роскошна. Хороша со всех сторон. Лепа, сообразна и дивно союзна с идеей поучиться в Империи.

Один маленький минус: на практике с её воплощением полезли косяками (прям как рыба бедная спросонок лезет в сети рыбака) мелкие технические трудности.

Чепуховые такие. По отдельности.

Но вот взятые вместе…

Отчасти, конечно, виноват наш с Лейтой перфекционизм, один на двоих. Абы что творить, так-сяк и тяп-ляп нас не устраивало категорически. По многим причинам, но основная проста, как мычание: допустим, всё у нас наконец-то срослось, копирование наших сознаний в клонов завершилось полным успехом… и с какими выражениями лиц мы будем смотреть на этих самых клонов, если окажется, что их ожидаемая продолжительность жизни — приблизительно года полтора, от силы два? Причём даже вмешательство во всю (немалую уже) силушку Лейты может растянуть этот срок раз в пять, но вряд ли сильно больше?

Одноразовые люди, брр.

А с совсем уж ускоренно выращенными копиями примерно такая шляпа и намечалась. Когда с матерью-природой пытаются проделывать противоестественные вещи, вроде выращивания биоклонов человеческого происхождения и размера за три-четыре дня, она склонна мстить. В получившихся при первой попытке ущербных недоделок мы даже пытаться не стали копировать свои сознания, просто тихо утилизировали их примерно тем же способом, каким (недо)вырастили.

Ну, Лейта утилизировала.

Ей к каннибализму не привыкать. Увы. Как говорится, сама породила, сама и…

При, так сказать, втором подходе к снаряду моя боевая подруга вооружилась принципом «что делаешь, делай хорошо» и взялась за клонический процесс наиболее естественным, проверенным временем и эволюцией способом.

Забеременела. Ага.

То есть технически получилась не совсем беременность. Не естественная уж точно. От полового размножения млекопитающих там остался приблизительно один только способ снабжения эмбрионов-будущих-клонов питательными веществами: классический плацентарный. Ну и путь формирования духовных оболочек тоже использовался исконный, практически без изменений.

Потому что работает — не трогай, ага.

Над своей будущей копией Лейта особо извращаться не стала, просто запустила механизм партеногенетического размножения (пусть приматам и не свойственный). А вот с той яйцеклеткой, которая должна была стать моим клоном, поизвращалась всласть: извлекла, распотрошила, затем мой генный материал — взятый известным способом, предусмотренным матерью-природой — впихнула внутрь оболочки способом, ею не предусмотренным, как-то ещё дополнительно пошаманив; наконец, сунула эту яйцеклетку обратно и начала ждать созревания единоутробных не-близняшек.

— Как мы их назовём? — спросила она, когда стало ясно, что нетрадиционное зачатие состоялось успешно и прерываться не намерено, то есть на третий день.

Поскольку я тоже думал над темой, сходу предложил немудрёные анаграммы:

— Альтея и Филвей.

На том и порешили.

Правда, ждать пассивно кое-кто не захотел, замахнувшись на максимальное ускорение процесса. Потому что — а почему бы нет, собственно?

Да, девять женщин, как в том широко известном присловье, не могут родить одного ребёнка за месяц. Никак.

А вот целитель из рода Ассур с уровнем семьдесят плюс, как показала практика, способен довести вынашиваемых близнецов до, эм, этапа госприёмки за три месяца.

С половиной.

Мы могли бы управиться и поскорее, возможно, даже в разы, если бы не одна недоговороспособная змеюка. Та самая, в оазисе которой Лейта проходила эволюцию. Нам ведь даже сам оазис не требовался с купаниями в озерце, вполне хватило бы посидеть в ближних окрестностях пару месяцев. Оазису это даже пошло бы на пользу: в конце концов, моя боевая подруга вполне соответствует ему по стихии…

Но увы: договориться полюбовно не помогла даже её седьмая особенность, прошедшая эволюцию до золота (цитируя изменившееся описание: «доступен развитый безмолвный этикет монстров; если вы настроены мирно, даже раздражённые монстры не атакуют»). Хранительница оазиса не то чтобы погнала нас прочь поганой метлой: змеи