Белый орк - Сергей Николаевич Чехин

а другие и вовсе свергнуть Императора. Мы такого позволить не можем. Поэтому и нуждаемся в поддержке. Если вы поможете мне доставить сундук эльфам — Империя вас не забудет. Награду получите более, чем щедрую. Я не имею права говорить с вождем, в отличии от Грума.

— Интересная история, интересная. Грум ничего обещать не будет, но помочь попробует. Только завтра. Как говорят люди: утро вечера мудренее.

Следующую неделю Альберт днем ухаживал за Стрелой, а вечером развлекал Грума светскими беседами. Судя по всему, Шайн далеко не первый дипломат, побывавший в орочьем плену — слишком уж умным и осведомленным казался шаман.

Вот только слово держать не особо рвался. На все вопросы о разговоре с вождем Грум отвечал отговорками. Занят мол, дел полно, некогда выслушивать. Альберт слабо верил в то, что у вождя нет времени на общение с шаманом, одним из самых важных членов племени.

Что касается волчицы, то тут у пленника было куда больше успехов. Тарша уделяла слишком мало внимания своему зверю в промежутках между охотами. Отец Альберта держал целую свору гончих, поэтому дипломат прекрасно знал, как важен для собак уход и дрессировка. А волк, как известно, собачий предок и во многом повторяет поведение домашних питомцев.

Альберт регулярно вычесывал Стрелу и мазал особым отваром от кровожадных слепней. Вообще Шайн-младший очень неплохо разбирался в травах — обучение в Колледже естественных наук не прошло даром. Во время прогулок дипломат собирал всякие травки, сушил их и растирал в порошки. Оставался последний ингредиент для изготовления сонного зелья, и побег из мечты станет вполне себе явью.

И в ночь с воскресенья на понедельник Альберту повезло найти нужную траву. Она не требовала сушки, лишь измельчения. Смешав все компоненты в кармане изрядно потрепанного камзола, дипломат приступил к осуществлению плана. Орки еще не собрались на ужин, у костра крутились три поварихи, две из которых были заняты нарезкой мяса.

Альберт подошел к ним и попросил немного угольев, чтобы разжечь себе огня на обогрев. Орчихи не стали перечить рабу сестры вождя, который вдобавок якшался с шаманом. Махнули рукой и вернулись к своим делам. Альберт подождал, пока все отвернутся, и быстрым жестом отправил в чан горсть смеси. Поварихи постоянно добавляли в похлебку специи и ароматные приправы, поэтому не обратили на порошок никакого внимания. Перемешали и продолжили работу.

Альберт вернулся в клетку и стал ждать. За неделю кочевники поняли, что сбегать пленник не собирается, и следили за ним вполглаза, порой не удосуживаясь запирать дверцу. Вскоре по лагерю поплыл удивительный аромат, заставивший рот наполниться слюной. Видимо, травки дали о себе знать. Не прошло и минуты, как у костра собралось все племя, толкаясь и громыхая посудой. Все жадно хлебали варево и нахваливали поварих, а те лишь пожимали плечами.

Сразу после ужина всех разморил сон. Самые крепкие и выносливые добрались до шатров, большинство захрапело там же, где сидели — с ложками и мисками в руках. Альберт знал, что время действия зелья около получаса — увеличение дозы для некоторых могло стать смертельным, а дипломат не хотел убивать кочевников. Во-первых, они не сделали ему ничего плохого. Во-вторых, ему предстоял долгий путь через степь, а разъяренные мстители на хвосте — не самое лучшее подспорье.

Когда лагерь начал сотрясаться от могучего храпа, Альберт позвал волчицу.

— Стрелка! Гулять!

Хищница навострила уши и одним прыжком оказалась у клетки, метя пыль пушистым хвостом. Если бы Шайн не позвал грозного зверя на прогулку, она могла бы напасть при попытке покинуть лагерь — как никак сторожевая псина. То есть, волчица. Альберт хотел отыскать свой меч, но вскоре понял, что это длительная и бесполезная затея. Взял небольшую булаву у какого-то орченка, запалил факел и скрылся в ночи.

Стрела, не понимая, что происходит на самом деле, бегала вокруг, радостно повизгивая. Время от времени Альберт бросал ей любимую игрушку — обмотанный тряпьем кусок грязи, а Стрела приносила обратно. Таким образом дипломат намеревался избавиться от спутницы не причиняя вреда.

Лагерный костры остались далеко позади и почти скрылись во мраке ночи. Альберт уже выдохнул с облегчением, поздравляя себя с успешным побегом, как вдруг услышал утробное рычание. Стрела загородила беглецу дорогу, припав мордой к земле. На могучем загривке дыбом встала шерсть, верхняя губа дрожала, обнажив клыки.

— Что такое? — спокойно произнес Шайн, хотя у самого сердце едва не остановилось. — Мы гуляем, понимаешь? Гулять!

Стрела прижала уши и зарычала громче. Альберт бросил ей мяч, но волчица никак не отреагировала.

— Не шевелись, — прозвучало за спиной.

Шайн обернулся и увидел Таршу с луком в руках. Ну вот и все, добегался. Орки жестоко карают сбежавших рабов, чаще всего смертью. Либо условиями, к оной смерти приводящими.

— Я все объясню. Мы со Стрелой пошли погулять и заблудились. Правда, Стрела?

— Потуши факел, — рыкнула орчиха.

— Давай спокойно все обсудим. Я не…

Альберт заметил, что девушка смотрит вовсе не на него, а куда-то за плечо. Шайн осторожно повернул голову и заметил троицу лысых громил. Угрюмые морды были раскрашены алой краской, а в племени Горрана пользовались только белыми цветами.

— Клан Каменного Сердца, — проворчал один из незнакомцев, и в голосе читалось столько презрения и ненависти, что Альберт невольно вздрогнул. — Трусы и позор степи!

— Заткнись, Багряный Топор, иначе я отрежу тебе язык!

Орк коротко хохотнул.

— А сможешь ли? Разве Каменные Сердца еще не разучились драться? Ты хоть знаешь, с какой стороны нужно держать нож?

Приятели оценили шутку по достоинству.

— А ты проверь, плешивая собака.

— Дерзкая девчонка! Сами духи послали нам сестру вождя этой ночью. Не бойся, мы тебя не убьем. Мы знаем отличный способ, как досадить Горрану сильнее.

Орки надвинулись на Таршу, оставив перепуганного человека за спинами. Они так увлеклись грядущей расправой, что не стали обращать на беглеца никакого внимания. Альберт выхватил из-за пояса булаву, размахнулся и ударил ближайшего орка промеж лопаток. Сухо хрустнуло, громила зарычал и распластался на земле, загребая пальцами пыль. Ноги врага не двигались, значит, удар вышел именно таким, каким надо.

Сразу после этого тренькнула тетива, но Тарша от неожиданности промахнулась, угодив противнику в плечо. Не самая серьезная рана, особенно для кочевника. Он заревел и бросился на безоружную девушку. Тарша не успела выхватить охотничий кинжал и парировать атаку — топор попал в левый бок, разодрав кожаный жилет и глубоко войдя в плоть.

С третьим варваров сцепилась