Чокнуться можно! - Алексей Аржанов

class="p1">Я снял очки, положив их на стопку пустых бланков, и с силой потёр переносицу. Стоило закрыть глаза, как на внутренней стороне век замерцал полупрозрачный, едва различимый интерфейс. Он выглядел жалко — серые, «битые» пиксели и вечно висящая иконка загрузки.

/Калибровка совместимости с телом: 4,2 %…/

/Связь с Ноосферой: отсутствует. Продолжаем работу в автономном режиме/

— Четыре и два, — прошептал я. — Прогресс просто «поразительный».

Раньше там было совершенно другое число. Близкое к сотне процентов. Но в новом теле мне пока что такой результат не светит.

В моём времени я был лучшим диагностом сектора психиатрии и психотерапии.

Я мог за секунды определить, из чего состоит личность. Достаточно было мимолётного взгляда, чтобы ИИ разложил сознание пациента на слои, выявил депрессии, скрытые мании или зачатки распада личности. В моём мире система работала за счёт контакта с Ноосферой. Информационной средой.

Но здесь её нет. Ещё не создали. Я ведь пришёл не из другого мира, а из будущего. А как я здесь оказался… Это уже совсем другая история. Даже вспоминать не хочется.

Меня больше беспокоил другой факт. В прошлой жизни я мог всё. Даже шизофрению исцелял по щелчку пальца.

А здесь? Здесь я гадаю на кофейной гуще, выслушивая бредни про тёщ в вентиляции. Нейроимплант теперь тянет только базовые функции. А тело, в котором я заперт, когда-то принадлежало криминальному авторитету, который умудрился добраться до верхушки подпольного мира ещё до того, как ему стукнул тридцатник. И попал я в это тело прямо в тот момент, когда предшественник вышел из тюрьмы.

Сейчас мне всего лишь двадцать пять лет. И по факту, и по новым документам.

Но во всей этой непростой ситуации я вижу и нечто светлое. Путь к реабилитации. Тело молодое — у меня есть все шансы подтянуть здоровье, за которым предшественник особо и не следил.

Кроме того, нейроинтерфейс, который перенёсся со мной в прошлое, обладает способностью к самообучаемости. Если я продолжу трудиться в своей стезе, рано или поздно он сможет достичь былых высот.

Но пока что приходится довольствоваться отметкой в «4,2 %».

Ах да… И в довершение всего — настоящий Астахов. Человек-пустышка, который может разрушить мою легенду просто потому, что ему не хватает на коктейли в Таиланде. Он продал мне свою личность, чтобы сбежать из страны, но этот человек ещё может создать ряд проблем.

Через неделю моё прикрытие может схлопнуться, и тогда вместо уютного кабинета меня ждёт либо допрос в ФСБ, либо пуля от бывших подельников этого тела.

Я открыл глаза и посмотрел на свои руки. На костяшках виднеются старые шрамы. Следы прошлого этого тела.

Странно, но случай с сегодняшним пациентом оставил приятное послевкусие…

Глубокое удовлетворение. Там, в будущем, я был оператором системы. Здесь же я снова стал простым врачом. Приходится работать самостоятельно, используя лишь минимальную помощь от ИИ.

Но мне это нравится. Я всегда любил свою работу. И раз уж я оказался здесь, продолжу и дальше помогать людям. Таково моё призвание — лечить не тела, но души своих пациентов.

Мысль оборвалась. Меня отвлекло системное сообщение. Странно, в последнее время она редко сообщает мне что-то без прямого приказа. На это стоит обратить внимание.

/ВНИМАНИЕ! Обнаружен входящий объект/

/Дистанция: 5 метров/

/Эмоциональный фон: АНОМАЛЬНЫЙ/

Я не успел осмыслить предупреждение, как в дверь коротко, но властно постучали. Это не был стук испуганного пациента или вежливой Екатерины. Так стучат люди, которые приходят, чтобы что-то требовать.

Дверь распахнулась, и в кабинет, не дожидаясь приглашения, ввалился Степан Аркадьевич Капитанов — заведующий отделением узких специалистов. Тип, который мне с самого первого дня не понравился. Редкостный болван с амбициями Наполеона.

Я сразу почувствовал запах коньяка. Готов поклясться, что Капитанов употребил подарки пациентов ещё с самого утра.

Его эмоциональный фон всегда напоминал грязную лужу — мутно-коричневый. Жадность, зависимости, гордыня — все «грехи» в себе собрал.

— Алексей Сергеевич, голубчик! — фальшиво улыбаясь, протянул он. — У меня для вас новости. Нашу Катюшу я с завтрашнего дня переправляю в процедурку к хирургам, там руки нужнее. А вам на стажировку определили новенькую. Знакомьтесь!

Из-за его широкой спины шагнула стройная молодая девушка. Белый халат сидел на ней как влитой. Взгляд прямой, уверенный.

— Полина Викторовна Гордеева, — представилась она, чуть склонив голову. — Первый рабочий день. Надеюсь на плодотворное сотрудничество, доктор.

Я бросил на неё внимательный взгляд и по привычке активировал навык «Диагноста». Система мигнула и выдала результат.

Я едва не поперхнулся.

/Объект: Гордеева П. В. Статус: стажёр/

/Эмоциональный фон: зелёный. Ровный/

Ни тени тревоги. Ни капли страха перед новым местом, суровым завотделением или психиатром с неясной репутацией. В этой поликлинике не испытывают стресс только сумасшедшие, которых посещают мирные галлюцинации. А эта девица была спокойна как скала. Я отметил этот факт и убрал его в дальний ящик сознания — сейчас было не до загадок нового персонала.

— Благодарю, что проинформировали. Жаль, что Катерину переводят. Но за новенькой я прослежу. Свободны, Степан Аркадьевич, — холодно бросил я заведующему. Тот лишь хмыкнул и испарился.

Полина подошла к столу, её движения были чётко выверенными и невероятно точными. Совсем не похожа на обычную «вчерашнюю» студентку.

— Алексей Сергеевич, там пациентка, — тихо произнесла она. — Поступила вчера ночью на скорой. Дежурные терапевты не справляются. Они в ужасе. Пациентка не буйная, просто… странная. Возьмёте на осмотр?

Я посмотрел на часы. Рабочий день официально закончился пять минут назад. За дополнительную нагрузку мне точно никто не доплатит. Но профессиональный инстинкт — штука посильнее жажды наживы. Если человеку нужна помощь, я её окажу. Даже если мне это невыгодно.

— Приглашайте, — кивнул я. — Полина, попросите, чтобы мне передали её карту из стационара. Или историю болезни, если её успели завести.

Медсестра вышла, и через минуту в кабинет вошла женщина. Лет тридцать пять, серое платье, волосы убраны в тугой пучок. Она села на стул напротив меня, аккуратно сложив руки на коленях.

Наступила тяжёлая тишина.

— Представьтесь, пожалуйста, — начал я стандартно, стараясь подстроиться под индивидуальный ритм пациента. — Расскажите, как вы себя чувствуете? Что вас беспокоит?

Женщина молчала. Её взгляд был направлен куда-то сквозь меня, в точку за моим плечом. Я активировал систему на полную мощность, ожидая увидеть привычный эмоциональный спектр.

Интерфейс перед глазами на мгновение зарябил.

/ОШИБКА. Считывание эмоционального фона невозможно/

/Анализ причин: невозможность разговора из-за присутствия постороннего/

Система не могла зацепиться за цвет, но выдала косвенный параметр. Мой ИИ в будущем называл это «эффектом лишнего наблюдателя». Пациентка не была в коме или трансе — она просто