Древесный маг Орловского княжества 13 - Игорь Павлов

в пыли и зелёной жиже, то Зорина осталась чистенькой и прилежной. Она подошла к метровой башке и высыпала на неё серебристо — бордовый порошок. Могута тут же забурчал, закашлял. Голова стала утягиваться, превращаясь в человеческую, ошмётки потянулись, формируя тело.

Хотя какое там теперь тело. Половинка грудины, кишки, пол руки и безглазая башка, которая завертелась так, будто он хотел меня высмотреть. Зрелище жуткое, особенно, когда зашевелился его порванный рот с открытыми зубами.

— Я… ото… ото… отомщу, — прошипел он едва разборчиво.

— Интересно как? — Поинтересовался я.

— За меня… — начал и закашлял жижей.

— Да руби ты уже, — простонала Белка.

И я ударил. С шеей клинок встретился, как обычный меч с тугой деревяшкой. Пошёл на удивление тяжело. Ну и кости же у этой твари. Видимо, окаменели за сотни лет. Не знаю, каким чудом можно было справиться с такой живучей тварью, если бы не Руна Праха. А теперь его башка покатилась в сторону воды. Но я успел прижать её ногой, как футбольный мяч.

— А точно мёртв? — Поинтересовался у воровки деловито.

— Ещё сомневаешься? — Хмыкнула Белка.

Мдя… похоже, я перебздел с изничтожением, у бедолаги Могуты не было и шанса.

Витязи подступили, стали по плечам меня хлопать.

— Кто ж знал, — забурчали, а дальше вообще загалдели. — А знатная была драка. Во змеюку — то пригрели. Ай да молодцы… Чего ж воняет, как из задницы берендея? У тебя кишки в волосах, га — га — га!

Только сейчас сквозь полемику расслышал, как на той стороне пруда уже какое — то время визжат дети. Причём визг разносится по всей территории Академии, где теперь поднимаются по тревоге мастера.

Разъярённую Морозову долго ждать не пришлось.

— Что вы здесь устроили⁈ — Заорала нагрянувшая Галя с седла. — Я всё доложу вашему… Ярослав⁈ Ваше величество⁈

Увидев меня и остатки месива, Морозова опешила. А окинув глазами счастливые чумазые лица бойцов, пришла в ещё большее замешательство.

— Скажи — ка, матушка, — начал я ехидно. — У тебя с Бестиария тридцатиметровая змеюка случаем не сбегала?

— Нет и не было у нас никаких змеюк, — ответила растерянно. — Молва ходила, что лазит по подвалам тварь одна, но всё на этом.

— Думаю да, на этом всё, — согласился я, взял голову за клоки волос. Разглядел подпорченную рожу Иваныча.

— Что за варварство, — фыркнула Морозова, развернулась и поскакала обратно. Пока её белоснежная лошадка тут не испачкалась и не провоняла ошмётками Могуты.

— Это мой самый желанный трофей, матушка, — прокомментировал я в след, закатал быстренько голову в деревянную корзину, уплотнив, чтоб ничего не вытекло, и сунул в холодный омут, дабы не испортилась.

Склонившись к останкам, Белка без всякой брезгливости покопалась там немного рукой в перчатке, откидывая бесполезные выжженные руной артефакты. Но всё же что — то отыскала годное, судя по всему. Прихватив побрякушку, поднялась со словами:

— Тут трофей пожеланнее будет, ваше величество.

Потерев быстренько о бедро, протянула мне браслет на крупной цепи, похоже, из вулканического металла. Сквозь зелёную жижу, проклёвывались гранёные камушки золотого цвета, всего семь штук одинаковой величины с горошину. Похоже, некая драгоценная порода. Принял, чувствуя в нём большую магическую мощь.

— Даже свойств не потеряло? — Засомневался, прощупывая. — И что это?

Зорина подошла ближе и шепнула сладко на ухо:

— Артефакт чернобога, если ничего не путаю, милый.

Живенько убрал в карман, чтоб попозже с Есей разобраться.

Трое раненных у нас застонали, к которым и поспешил. В одного влил силы, второму принялся помогать. И тут от Люты раздалось беспокойное:

— Что — то приближается.

Демоница многозначительно посмотрела в сторону восточного леса, куда поначалу ринулся Могута. А теперь оттуда нечто надвигается, кронами шурша.

— Строй! — Прогремел Пересвет. — Щиты сомкнуть!!

Ратники уже успели разбрестись, но за пять секунд сформировали первые коробки, ощетинившиеся в сторону опасности. Подготовка на полигоне не проходит даром, вскоре все двести с небольшим бойцов встают монолитом.

Суета и крики сменяются затаившейся тишиной.

— Оберег светится, — слышу негромкое из строя.

— И у меня…

— На упыря горит, — ахают мужики.

Похоже, они и сидели в землянках, дожидаясь заката.

— Приготовиться к бою! — Рявкнул Пересвет. Витязи встали впереди формирований, как статуи в предбоевом прыжке.

Судя по вибрациям, на нас надвигается целое стадо. Стоит Люте скомандовать, и она шандарахнет по лесу, выжигая акры. Но там же всё на деревушки перекинется. Давно собирался Звягинки стеной обнести, всё руки не доходили.

До опушки метров восемьдесят. Перелетаю, вставая в тридцати метрах дальше.

— Чего удумал! — Возмутился Никита и побежал, чтоб со мной поравняться.

— Славная будет сеча! — Загоготали Пересвет с Горыней и поспешили следом. Вот что за ребячество⁈

Через полминуты показались первые упыри! Белокожие, лысые уродцы в лохмотьях и целой одежде, несущиеся на четвереньках. За ними выскочило целое стадо, бросившиеся на нас, что голодная саранча.

— Не подожгите лес! — Крикнул я и перешёл в изнанку, чтоб начать рубку в ускорении.

Первых же тварей покосил легко, наблюдая, как по флангам орудуют мои бесстрашные витязи. Пересвет в смертельной карусели устраивает месиво, Никита по три — четыре тушки насаживает на копьё и перекидывает мужикам добивать, Горыня всех шипастыми гирями плющит, размазывая головы, что арбузы. Стрелы с «Ветерков» тонкими лучами летят, прошивая одиночек, а то и нескольких за раз. Проскакивает и розовый лазер Люты, пробивающий черепушки на ура. Тварей так много, что вскоре они огибают нас и устремляются на коробки. Ополоумевшие упыри сами насаживаются на пики, лезут под мечи. Клацают своими челюстями и машут в холостую когтями.

Такое ощущение, что ими движет не разум, а безумная жажда. Или всё дело в том… что Могута больше не сдерживает их. Но и не приказывает.

Поначалу кромсаю всех подряд, затем уже ищу упырей покрупнее и покруче. Прикрываю своих…

Сдерживаем натиск около получаса, затем уже начинаем встречать залётных, следом ратники спешат ловить разбежавшуюся по улочкам и берегу мелочёвку, которую мы пропустили увлечённые рубкой.

К воротам запоздало несутся мастера в бордовых мантиях. Посохи у них искрят. Снова Морозова мчит, чтоб вдарить.

— Мам! Да всё уже! — Машу ей, чтоб не пачкалась.

— Задрали! — Орёт уже порядком взвинченная. — У меня ж тут дети! Устроили полигон, упырь вас дери!!

Почти до полуночи возились. Не поленился зайти в лес и поискать уцелевших кровососов. Двоих хитрых нашёл довольно быстро, но на этом всё.

В итоге чуть больше пяти сотен мы изничтожили, не потеряв никого. Не сказать, что нечисть попалась слабая. Просто мы уже не лыком шитые.

Одно смущало. Судя по целой крестьянской одежде — много недавно обращённых. И это настораживает, хотя в