Крылья над бездной или Ворона-Царевна - Натали Галигай

"Директору Школы Магии и Волшебства Хогвартс

профессору Альбусу Дамблдору

Доклад‑отчёт № 47/ГП/20

Объект наблюдения: Гарри Джеймс Поттер (10 лет)

Место пребывания: дом № 4, Тисовая улица, Литтл‑Уингинг

Физическое здоровье объекта неудовлетворительное. Мальчик выглядит худым, истощённым и испуганным. Наблюдаются синяки на предплечьях. Питание его продолжает быть скудным. Часто бывает лишён ужина.

Гарри так и продолжает жить в чулане под лестницей, крайне тесном. Постельные принадлежности чистые, но изношенные.

Настроение мальчика подавленное. Эти маглы ужасные люди. В очередной раз прошу принять меры!

Миссис Арабелла Фигг,

наблюдатель по району Литтл‑Уингинг"

Ветер снова взвыл, молния рассекла небо надвое. В её свете я увидела, как дрожит письмо в моих когтях, как капли дождя размывают чернила, превращая важные строки в тёмные ручьи.

Сова открыла глаза, выхватила клювом свиток из моих лап и полетела к соседней башне, где стала стучаться в одно из окон, куда её скоро и впустили.

Я же стала делать выводы из свалившейся на меня информации. Первое — Замок оказался Школой Волшебства.

Второе: за будущими учениками ведётся наблюдение, причём результаты этого наблюдения попадают к будущему директору школы, а не в Органы Опеки. Я откуда-то знала, что это словосочетание уместно в случае издевательств над детьми.

Третье: у меня всё равно нет личных целей и планов в этом мире (ну, не вить же мне гнездо!), слетаю, посмотрю, что за Литтл-Уингинг такой.

В-четвёртых, ну не зря же мне во сне Руны показали, попробую использовать для быстрого и лёгкого перелёта, естественно, когда дождь закончится.

Я еще немного подремала под стук утихающего дождя. Но теперь вместо тайных Знаков у меня в голове вертелся глупый детский стишок:

Ворона на свалке

Отрыла корону,

Теперь я, наверно,

Ворона-Царевна!

Я точно помнила, что существует Царевна Лягушка, и никаких Царевен Ворон, от этого мне было смешно: буду первой в истории Вороной Царевной. И пусть никаких корон я еще не находила (хотя всё у меня ещё впереди), я решила, что таинственные Руны из сна и есть моё настоящее сокровище.

Надо их как-то активизировать. Начертить лапкой? Клювом? Выложить маленькими камушками? Последнее показалось мне самым фундаментальным способом, и скоро вокруг меня красовались символы из выпавших камушков замковой кладки.

Я Ворона Достигатор — использую сразу всё по-полной, любые способы и побольше! Ага-ага, "дайте мне таблеток от жадности и побольше-побольше!" — опять спонтанно всплыло в памяти!

Как только последний камушек лёг в задуманную мной композицию, как Руны озарились каждая своим цветом, а потом вдруг Замок откликнулся! Статуи ближайших ко мне Гаргулий повернули головы, их каменные глаза замерцали таинственным блеском. Тонкие нити света протянулись от стен Хогвартса и образовали кокон вокруг моего рунного круга.

Всем своим птичьим телом я почувствовала как наполняюсь теплом — мягкой силой, словно Замок участвовал в ритуале, принял меня за свою.

"От радости в зобу дыханье спёрло" — возникла мысль (и, кажется, опять не моя), и от этой радости я снова каркнула во всё своё воронье горло: "Кар-Кар-Кар!", отчего мои камушки словно втянулись в перекрытие замка, на котором я сейчас находилась.

Хогвартс принял мой подарок, а одно из перьев у меня на груди приобрело серебристую каёмку. Возможно, это ответный подарок Замка? Я и так, и сяк подёргала за это пёрышко, но никаких новых волшебных свойств у себя не обнаружила. Ну и ладно! "Для полного счастья чего-то всё время должно не хватать!" — возникла у меня в сознании ещё одна мудрая мысль.

Дождь тем временем уже кончился, занималось утро хорошего нового дня.

Где-то там, за горизонтом жил мальчик в чулане под лестницей.

— Ну что, Ворона-Царевна, — сказала я себе. — Полетели. Посмотрим, что там за Гар-р-ри такой.

Я сосредоточилась на подсмотренном адресе (дом № 4, Тисовая улица, Литтл‑Уингинг) и каким-то шестым птичьим чувством почувствовала направление своего полёта. Вперёд! Навстречу тайнам и приключениям!!!

Глава 2. Гар-р-ри!

Радость полёта! Скорость! Ветер! Всё это полностью завладело моим существом.

Первый портал открылся передо мной как трещина. Я и глазом моргнуть не успела, как нырнула в мерцающий прорыв реальности. Время застыло, пространство свернулось в спираль — я была в каком-то другом измерении. Если это работа Руны Портал, то моё почтение!

Когда я вынырнула из "кротовьей норы", оказалось что я серьёзно сократила время полёта, так как внизу простирался утренний Лондон. Я видела сверху как поднимается влажный туман над Темзой, слышала отголоски городской суеты. Благодаря своей новой зоркости, разглядела трещинки на циферблате Биг-Бена, фигурки моих сородичей воронов на крепостной стене Тауэра, в щели между камнями старого здания заметила спрятанную там кем-то монету, видела капли прошедшего дождя на высоких шпилях.

Во второй портал я влетела, уже понимая, что это. Там было пространство, где законы физики были лишь намёком, игрой теней. Здесь я расправила крылья и полетела быстрее мысли, наслаждаясь скольжением между искрящихся частиц.

Вылетела я в аккуратном пригородном городке. Сверху я видела ряды однотипных домов. Пахло свежескошенной травой и пирогами. Всё было чинно-мирно, обычно и скучно.

Только крыша одного домика привлекла моё внимание: там в странном порядке были расставлены старые разномастные ботинки и из ржавого чайника время от времени вырывался дымок. Рядом мелькнули силуэты очень крупных котов. Я бы приняла этот дом за обитель городской сумасшедшей, но над дымоходом этого домика витали еле заметные магические завихрения.

Недалеко от здания, которое я опознала как школу, разворачивалась неприглядная сцена.

Пухлый мальчик с раскрасневшимся лицом навалился на худого черноволосого, прижав его к земле. Еще двое его друзей не старше десяти лет поддерживали пухляша криками и возгласами. В глазах нападавшего была не злоба, а странное торжество, будто он доказывал что‑то самому себе.

У маленькой жертвы лицо прижато к асфальту, но он упрямо пытался вывернуться — тонкие лопатки двигались под рубашкой, как крылья пойманной птицы. Одна пуговица, видимо оторванная от его курточки, катилась по тротуару, тихонько подпрыгивая.

Полный мальчик занёс ногу для удара. В этом движении было что‑то механическое, будто он повторял увиденное где‑то, не до конца понимая смысл.

Я поняла, что ненавижу буллинг (опять странное слово!), и немедля спикировала молнией.

Мой клюв, твёрдый как кремень, ударил точно в макушку обидчика — не до крови, но достаточно, чтобы тот вскрикнул и отшатнулся.

Я приземлилась на асфальт в трёх шагах, распушив перья, и уставилась на толстого мальчика немигающим взглядом — будто говорила: "Дальше будет хуже"!

Я не ожидала лёгкой победы, но нападавшие вмиг побледнели и с криками "Вот,