Мама по контракту. Моя вторая семья - Соня Мишина

― Не совсем. Здесь мы с тобой переоденемся, поиграем в маскарад, как тогда, когда ты ходил на новогоднюю елку.

― Здорово! ― радуется сын.

Он, кажется, уже забыл о моих ночных признаниях. Ему интересно другое.

Мы поднимаемся на второй этаж, я открываю квартиру под номером восемь. Это совсем скромная однушка, но здесь есть все самое необходимое: кухня, на которой я быстро готовлю завтрак. Ванная с зеркалом, глядя в которое, я быстро, но аккуратно обрезаю свои длинные, ниже плеч, светло-русые волосы. Немного волос снимаю машинкой, наношу краску, которая сделает меня ореховой шатенкой ― неброско, но цвет сильно отличается от моего обычного.

Когда за нами приезжает Дарья, мы с Антоном полностью готовы продолжить путь. На мне уже не лонгслив-оверсайз, а клетчатая рубашка, не джинсы, а брючки-клеш. Короткая темная с рыжим отливом стрижка, солнечные очки со стеклами на пол лица.

Светлые вихры Антона я обстригла почти под ноль, нарядила сына в шорты-комбинезон, новые ботинки и кепку козырьком назад. Теперь он похож на маленького рэпера. Узнать его в таком виде почти невозможно. А ведь будут еще парик и очки!

― Вас не узнать! ― улыбается Дарья.

«То ли еще будет!» ― думаю я про себя, а вслух просто благодарю ее.

Мы едем в аэропорт. Проходим регистрацию. Мой паспорт не вызывает никаких вопросов. Документы Антона ― тоже. Я с облегчением выдыхаю и сдаю в багаж чемодан со всеми нашими вещами ― старыми и новыми. На дне чемодана лежит пакетик с моими волосами: их можно будет продать.

Дарья машет нам напоследок:

― Добрый путь!

― Спасибо вам… всем. Надеюсь, больше не придется вас беспокоить, ― отвечаю я.

Мне и в самом деле хочется верить, что с прошлым покончено. Что оно отпустило нас и навсегда останется позади.

Сын переносит перелет спокойно. С интересом смотрит в окошко, как только его разрешают открыть. Охотно пьет сок и съедает до крошки стандартный обеденный паек. Через три часа мы приземляемся в Домодедово.

Здесь нас с Антоном никто не ждет и не встречает. Нам предстоит добираться до точки назначения самим. Впрочем, я неплохо ориентируюсь в столице. Пять лет училась здесь. Теперь же нам с сыном предстоит тут жить.

Ни та женщина, что увезла меня из Златокаменска и передала мне документы, так и не назвав своего имени, ни вторая, Дарья, не знают, что здесь, в Москве, мне уже сделали временную прописку и даже нашли работу для меня и садик для Антона.

Указания, куда ехать и где остановиться, мне передает моя куратор через мессенджер. Мы добираемся до квартиры по указанному адресу уже после обеда. Нас встречает женщина, Ирма Семеновна, сдающая квартиру на длительный срок за смешные по московским меркам деньги. Она уезжает за границу, но не хочет, чтобы погибли ее цветы и рыбки.

― Ребенок точно не будет бросать в аквариум всякую гадость? ― строго хмурит Ирма ровно выщипанные и окрашенные брови.

― Не буду. Я люблю рыбок! ― заверяет сын.

Он и в самом деле сто раз просил меня и Николая купить ему аквариум. Но, разумеется, Коля не разрешил.

Глава 4

Первый звоночек

Жизнь в Москве — как стремительный поезд: сначала пугаешься его скорости, а потом понимаешь, что отстать страшнее, чем держаться. Уже на следующий день после переезда я оформляю Тошку в поликлинике и детском саду.

Мой мальчик — настоящий герой. Когда воспитательница берет его за руку, чтобы вести в группу, он лишь на секунду задерживает взгляд на мне, крепко сжимает мои пальцы и отпускает. Ни слез, ни капризов — будто знает, как важно мне сейчас его мужество.

— Возьми, — шепчу я, сую ему в руки пакет. В пакете пять шоколадных яиц. — Угостишь новых друзей.

Он кивает серьезно, будто получает боевое задание. Смотрю, как его маленькая фигурка скрывается за дверью, и ловлю себя на мысли: он привыкает быстрее меня.

А я выхожу на новую работу. Мне предстоит обзванивать потенциальных клиентов и предлагать им услуги. Агентство «Пиксель» встречает меня легким хаосом. В воздухе витает запах свежемолотого кофе и чего-то сладкого — позже узнаю, что копирайтер Лиза каждое утро печет круассаны.

К рабочему месту меня провожает бухгалтер ― Светлана Аркадьевна. Я мгновенно проникаюсь уважением и доверием к этой солидной и строгой женщине, от которой пахнет лавандой. Ее зовут так же, как соседку, которая прятала у себя Тошку, когда он еще был Артемом. Это кажется мне добрым предзнаменованием.

— Вот твое место, — Светлана Аркадьевна указывает на стол, где монитор теснится между горой бумаг и кактусом в горшке. — Компьютер новый, но, если будет тормозить — скажи.

Я киваю, машинально проводя пальцем по пыльной клавиатуре. За последние годы я забыла, каково это — иметь собственное рабочее пространство. В Златокаменске мой «офис» ограничивался кухонным столом, который к вечеру заваливали грязной посудой.

― Здравствуйте. Я ― Милана Романова. Ваш новый менеджер по работе с клиентами, ― говорю я с дружелюбной улыбкой, обводя взглядом вполне современный опенспейс.

— О, новенькая! — Раздается голос за моей спиной.

Поворачиваюсь, вижу перед собой мужчину в розовой рубашке, расстегнутой на две пуговицы больше, чем нужно.

― Я Артур. ― Он подходит, ставит рядом моей клавиатурой кружку с надписью «Я — не стресс, я — аккаунт». — Ты же знаешь нашу русскую традицию? Кто вливается в коллектив…

— …тот вливает, — догадываюсь я, чувствуя, как по спине пробегают мурашки.

В голове всплывают картины прошлого: Колян с друзьями, бутылки на столе, хриплый смех.

— Шампанское, коньяк — не стесняйся! — Артур хлопает меня по плечу. Его ладонь тяжела и горяча, как утюг.

Я делаю шаг назад, притворяюсь, что поправляю блузку:

— Я… лучше испеку торт. Домашний.

Артур хохочет:

— Ты что, монашка? Ладно, первый бокал — за мой счет!

— О, — раздается новый голос. Из-за перегородки появляется девушка с ярко-рыжими волосами. — Ты умеешь печь? Я Лиза. Держи в курсе — у нас тут вечные проблемы с десертами.

― Очередная пьянка вместо мозгового штурма? ― ворчит еще один сотрудник, встает, тоже подходит знакомиться. ― Дмитрий, арт-директор, ― представляется он. ― А вон та красотка ― Лиза, наш штатный копирайтер. И мы ничего не имеем против тортика, особенно домашнего. Но бутылку шампанского распить все равно придется. Иначе Артурчик еще год тебе