Бастард рода Неллеров. Книга 12 - Серг Усов

что хорошо, моё владение располагается всего в двух-трёх часах неспешной верховой езды от Рансбура. Собственно именно это, как понимаю, и уберегло что-то в Гринфоре. Находись он подальше от лагерей королевских полков, там бы камня на камне не осталось, всё бы растащили и крепостных поубивали.

— Ворские да, могут заняться твоим замком, — согласилась с моей идеей Агни. — Нашей тётушке неуёмной будет куда свою кипучую энергию сливать, — тихо рассмеялась. — Я рада, Степ, что ты правильно рассуждаешь. Мы должны принимать любое бремя на свою шею, если это усиливает нашу семью, наш род. Не знаю в истории Неллеров, чтобы у нас ещё когда-либо была такая возможность настолько усилить своё влияние в самом сердце Кранца. Если всё получится, то мы возьмём церковную власть в королевстве через дядю Рональда и в столицу, через нас с тобой — церковную и военную. Мама не сразу даже поверила, когда Хельга приняла её предложение о назначении меня комендантом Рансбура, Джей ведь его выдвигал ради того, чтобы потом уступить. А молодая королева, как и случае выделения тебе близко расположенного к столице имения, согласилась сразу же. Понятно, что кроме тех её требований, на которые мы согласились, и вынужденных уступок, на которые Хельга пошла ради быстрой победы над своими дядей и племянниками, есть у неё на нас и ещё какие-то виды, и я даже подозреваю, какие.

— На меня намекаешь? — понимающе смотрю на неё.

Я и сам до такой мысли дошёл. Подруге я нужен, и, боюсь, не только в качестве могущественного боевого мага и великого целителя. Читал я на её задумчивом личике желание затащить меня в постель с целью укрепления потомства Саворских. Или может ошибаюсь и накручиваю? Не попробуешь, как говорится, не узнаешь.

— Не намекаю, хочу прямо сказать: будь с ней осторожен, Степ, — ответила сестрёнка. — Она оказалась не такой, как все думали. Успела в условиях дворцовых интриг, где мало на чью верность можно положиться, создать целую паутину из верных лично ей людей и крепких связей со всеми значимыми аристократическими родами королевского домена. Даже сотрудничеством с гильдейским быдлом не гнушалась, оказывается. Слышал, что дядя Курт написал, как её сторонники брата кличут теперь?

— Паучиха. Слышал. Насчёт осторожности, так я и не собираюсь быть беспечным. Пока у нас с Хельгой дружеские отношения…

— Которые ничего не значат, когда решаются вопросы власти. — не дослушала маркиза. — Надеюсь, ты хорошо это понимаешь.

Ещё бы не понимать, мне ж не шестнадцать лет, которые вот-вот стукнут через полтора месяца, а гораздо больше, считай, полтинник. И книг я немало читал, и всякие исторические фильмы смотрел. Другой мир — всё по другому? Ерунда. Люди везде одинаковые. Подозреваю, что если существуют где-то неразумные нелюди, то и они ничуть в этом плане не лучше. К власти, озвученной Агнией, будучи более опытным, добавлю деньги, имущество, а, главное, страсти. Сколько из-за них кровушки пролилось, тут даже приблизительно не скажешь.

Я к тому мыслю, что Хельге я нужен не для упрочения её положения на троне, нет. Подозреваю, что это инстинкт материнства толкает её на поиски самого сильного самца, благо, в отличие от других девушек королевства у неё однозначная фора. А кто в Кранце самый сильный самец? Не буду показывать пальцем, не скромно это. Ладно, и в самом деле, чего сейчас гадать? Голове моей бедной теперь хватает и других, уже новых, проблем. Может ну его всё к чёрту? Бросить всё и сбежать как та Анна Миорская? Шучу разумеется, но теперь я стал очень хорошо понимать свою несостоявшуюся невесту. Просто, в отличие от неё у меня есть чувство ответственности. Интересно, где она сейчас? Вышла уже в океан на каком-нибудь корабле или где-то в имперском дворце себе работёнку нашла?

Тут шторка на окне отодвинулась, и в салон, свесившись с седла, заглянул милорд Карл Монский.

— Впереди постоялый двор, — сказал, восторженно глядя на маркизу Неллерскую. Ловелас чёртов. Всю дорогу перед моей сестрой крутится, не обращая внимания, что при ней есть молоденький лейтенант. Чуть на дуэль не нарвались оба. — Будем останавливаться или ещё пару часов продолжаем движение. Там подальше поселение лесорубов, у них трактир имеется.

Смотрю на Агнию, она в нашей колонне старшая.

— Едем дальше, — ответила. — Только надоело в карете. Ты как, Степ, насчёт пересесть в сёдла?

— Только за, — смеюсь с облегчением. — В карете хоть и мягче, но уж слишком сильно разогрело. Того и гляди расплавимся.

Глава 2

В эту поездку меня сопровождал лишь взвод лейтенанта Ромма и Карл с Алисой, Герберта Вилкова оставили на хозяйстве. Ещё брали один фургон, да в Неллере купили пару, набив их нужными в обители вещами. Так-то между монастырём и столицей герцогства обозы перемещаются часто, но почему бы, раз уж так получилось, не прихватить и кое-что дополнительное? У Агнии при себе полсотни кавалеристов, пара повозок и карета. Колонна у нас получилась приличная. Когда её голова уже проехала околицу последней перед моим съездом с тракта деревушки, хвост колонны ещё только достиг села.

Не сказать, что я сейчас стал прям как кентавр, но за проведённые в этом мире уж скоро два года благодаря своим многочисленным путешествиям — Афанасий Никитин, не меньше — научился чувствовать себя в седле не хуже, чем когда-то за рулём автомобиля. Сегодня мы с сестрой вообще с самого утра ни разу не пересели в карету, как выехали из гостиницы поселения лесорубов, так и слезали с коней лишь на обеденный привал, завершившийся пару часов назад.

В деревушке, которую мы только что проехали, нас выбегало встречать местное начальство. Герцогский тиун и староста низко кланялись, чуть ли не разбивая свои лбы об колени, но мы даже останавливаться не стали, я лишь благословил обоих, может поможет им как-то сохранить больше людей до сбора первого урожая. А пока помог селу и конкретно, велев отпустить двоих пацанов и девчонку, босых, тощих и одетых в рваную мешковину, пойманных боковым дозором с ворохом заболони.

Заболонь — это такая штука, в своей прежней жизни не знал, которая располагается между внешним слоем коры и собственно стволом дерева. Её тут активно употребляют в пищу, когда заканчиваются зерно и овощи. Сбор заболони приравнивается к вырубке, поскольку деревья после столь варварского обдирания коры очень часто начинают засыхать, а вырубку у нас можно проводить лишь с