Blondie. Откровенная история пионеров панк-рока - Дик Портер

«В начале я старалась отразить в образе Блонди многих знакомых девчонок, в том числе и себя. Эдакая стойкая жизнерадостная девушка, которой все по плечу. Искрометная, авантюрная, любит повеселиться и потрахаться, в то же время остающаяся нежной и чувствительной. Я пыталась представить ее как мультяшного персонажа, потому что именно так воспринимали Блонди остальные участники группы».

Помимо более ортодоксальных музыкальных рецензий Бетрока, для жителей Европы CBGB-сцену в январе 1976 года начал освещать фэнзин «Punk». Именно благодаря ему появился и получил распространение собирательный термин «панк», объединяющий музыкантов, зачастую имевших очень мало творческих точек соприкосновения. «Хамская сатира “Punk” лишь немного уступала своему предшественнику, журналу “Mad”, – утверждает Гэри. – И если “New York Rocker” освещал любую музыку, звучащую в стенах CBGB и “Max’s”, то “Punk” относился к своим материалам избирательно, рассказывая лишь об узком круге хардкорных панк-рокеров, как “рамоны” и Ричард Хелл, а также The Dead Boys и The Dictators, появившихся на сцене позже. Как и [главный редактор журнала Джон] Холмстром c [“панк-резидентом” Легсом] Макнилом, участники The Dead Boys и The Dictators имели незаурядный талант лить воду на мельницу “ультра-правых”, регулярно проебываться и прикидываться дурачками».

Нарочито несерьезное содержание фэнзина позволило Крису с успехом представлять Дебби в роли публичной персоны, снабжая издателей соответствующими фотографиями. На некоторых из них она надувала губки и прикрывалась гитарой, на других фигурировала в культовой рваной футболке Vultures почти без какой-либо еще одежды. Едва панк-рок оформился в самостоятельное движение, у него уже появилась своя «персона месяца» («Punkmate of the Month»), что не только вызывало праведный феминистический гнев со стороны Патти Смит, но и, что гораздо важнее, повысило самооценку Деборы и ее авторитет в музыкальных кругах города.

Через две недели после дебюта Джимми Дестри в CBGB новый состав Blondie впервые выступил в «Max’s Kansas City». Сам по себе концерт не был примечателен, если бы за день до концерта Клема и Гэри не задержал бдительный полицейский, заметивший, как они курят травку на улице. Вместе со своим эксцентричным арендодателем Бентоном ритм-секция Blondie провела неуютную холодную ночь в городской тюрьме Нью-Йорка на Сентр-стрит. «Спать приходилось на деревянных скамеечках, поэтому лежать дольше десяти минут в одной позе не получалось, – вспоминал Валентайн. – Вместо подушки можно было использовать пальто, но, сняв его, ты мгновенно замерзал». К счастью, дело было рассмотрено до концерта, всего за несколько часов до выхода на сцену. Оказалось, что полицейский, который даже не был при исполнении, не представился нарушителям по уставу, и троицу отпустили.

Следующее выступление группы в «Max’s» выдалось менее напряженным. Blondie стали неожиданным хитом Пасхального фестиваля, проходившего в уикенд 17–18 апреля. В мероприятии приняли участие Уэйн Каунти, Pere Ubu, Suicide, The Heartbreakers и The Ramones – последние играли с Blondie на «Phase V» в Нью-Джерси девять дней назад. Лиза Перски из «New York Rocker» и девушка басиста Blondie написала, что команда «наконец-то вылупилась из яйца», добавив: «инкубационный период для еще одной группы закончен, и награда за самое красивое пасхальное яйцо достается Blondie <…> Все участники группы хорошо потрудились и определенно заслужили признание от журналистов и поклонников, которого так долго добивались».

Крейг Леон, бывший сотрудник «Sire Records», тоже был впечатлен. Он с большим интересом следил за событиями нью-йоркской биосферы. «Терри Орк раскручивал Television, – вспоминает он. – Благодаря этому о них заговорило 50–60 человек, а не 3–4 как прежде. Но Blondie заслуживали внимания не меньше. Не помню, в каком из клубов я впервые увидел их выступление, в CBGB или каком-то еще, они вообще постоянно попадались мне глаза. В Дебби завораживал голос и то, как она ставит себя. Когда из группы ушел Фред и пришел Гэри Валентайн, они стали звучать гораздо лучше. Blondie очень талантливо обыгрывали элементы шестидесятых, присущие The Shangri-Las и проектам Фила Спектора, которые и мне были по сердцу».

Blondie познакомились с Крейгом через Хилли Кристала. Однажды владелец CBGB спросил Крейга: «Не хотел бы ты записать сводный альбом артистов клуба? У нас намечается фестиваль, я найму инженера с записывающим фургончиком, и вы с ним отслушаете материал и сделаете пластинку».

Вместе с инженером Кимом Кингом, бывшим гитаристом психоделической Lothar And The Hand People, Леон сел в фургон, припаркованный прямо у клуба у бара Хилли, и записал мероприятие, в котором, помимо Blondie, приняли участие Джон Кейл, Патти Смит, Television и The Ramones. «Да, мы делали тот самый, легендарный утраченный альбом. Он действительно существовал! – утверждает Крейг. – Чистая правда. Мы записали всех участников фестиваля. Работа длилась не меньше двух недель, если не месяц. За вечер мы записывали на пленку пять-шесть групп. Настоящая документальная летопись расцвета панк-сцены под названием Live At CBGB, но Хилли так и не удалось оформить на него документы».

«Нью-Йорк всегда славился жестокими нравами. Что бы музыканты ни говорили сейчас, тогда каждый был сам по себе и даже думать не хотел, чтобы стать частью большого целого. Например, Talking Heads не хотели делить лавры с Blondie. А междоусобицы Патти Смит и Дебби, которые не могли даже находиться в одной комнате? Одна мысль о выпуске Live At CBGB была сродни проклятью для всех этих музыкантов, считавших себя единственными и неповторимыми продолжателями великих групп прошлого. The Ramones называли себя “новыми Bay City Rollers”, а Television – “новыми Grateful Dead”. Многие мне говорили: “Какое еще андеграундное сообщество? Мы – это мы”. Никто из них не хотел светиться на Live At CBGB. Они вполне сознательно подписывали контракты с разными лейблами, лишь бы их больше никто не трогал. А из тех, кто согласился, не было ни одной приличной группы, и тот мини-альбом, что выпустил Кристал оказался на редкость дерьмовым. Хилли махнул на проект рукой и, конечно, расстроился. Обида была не в его правилах, но он помогал этим группам раскрутиться, никогда не прося ничего взамен. А что в ответ? Музыканты не хотели ассоциироваться с его клубом из-за своих коллег по сцене. По официальной версии, Хилли “потерял” все эти записи, но это неправда, потому что я лично брал у него кассеты и микшировал их на студиях по всему Нью-Йорку. Например, записи Talking Heads я обрабатывал в “Plaza” или “Electric Ladyland”, но правда в том, что эти записи так и не были обнародованы».

«В первую очередь, я рассматривал Live At CBGB как документальную хронику нью-йоркской музыки 1976 года. Альбом утверждал существование этих групп, подобно проектам Гарри Смита[50] и Алана Ломакса[51]. Если