Утопающий во лжи 16 - Лев Жуковский

и с таким странным легионом под своим началом, не вторгается, но просто посещает чужие миры. Хозяева этих миров, и без того подозрительные, такому гостю, которого не могут понять, не обрадуются. Этот момент я обязан был учитывать. К тому же я видел, что попытка перерождения мериота с помощью силы Системы, может уничтожить реальный потенциал моего ледяного демона, как настоящего отродья Бездны, не дав ему реализовать настоящий переход к могуществу владык. Но это понять Тхагаси не мог, чего, впрочем, я от него и не ожидал. Главное, чтобы он следовал моим приказам.

К тому же своё присутствие в чужих пределах, точнее, мою почти божественную природу, я намеревался скрывать настолько, насколько это вообще возможно. Чтобы в нужный миг, миг угрозы или, напротив, выгодного стечения обстоятельств, использовать эффект внезапности с той самой максимальной эффективностью.

Эти мысли шли фоном в моих сознаниях, я подсчитывал прибыль и убытки, пока сам переход в мир Ссшорс выглядел даже помпезно. Театрально. Едва ли не с насмешкой над бушующими ордами тварей вне купола света над городом Хайсаф.

Мы не бежали. Мы покидали гибнущий мир неспешно, с достоинством триумфаторов, забирая оттуда всё, что только можно было унести. Всё, что мой производственный комплекс мог переработать в полезные соединения, в ресурсы для меня, для моего грядущего обогащения и для нужд моих подчинённых.

И всё-таки не все из десятков тысяч гнолов, ни тем более гоблинов, были обмануты фанфарами и величественной музыкой, что вилась тяжёлым дымом перед вратами межмирового портала на главной площади города Хайсав. Музыка обнимала колоннады, сотрясала плиты, заставляла знамёна трепетать вне ветра. Барабаны били, как бьются сердца перед сражением, духовые трубы стонали, словно пророки, оплакивающие зарю. Но даже в этом громе находились те, чьи уши оставались сухими.

Не только способные мыслить критично, но и просто вечно недовольные, старики со ссутуленными плечами, молодые с воспалёнными глазами, женщины, тащившие за руку детей в чужие, незнакомые им миры. Спасение от голодной смерти они воспринимали не как дар с моей стороны, а как чужую ношу, бесцеремонно взваленную им на спины. Не благодарность тлела в их взглядах, недовольство, тёмное и липкое. Таких было немного. Капля в чаше. Но кардинально переменить их мысли я не мог. И, что важнее, не желал.

Ибо даже присутствие Бога рядом с ними они воспринимали не как невероятное, незабываемое событие, которое будет передаваться из уст в уста, детям, внукам, правнукам, как сказку у вечернего очага, а как потенциальную опасность их доселе размеренной, тихой, как болотная гладь, жизни. И как же они были правы. Пришествие Богов, всегда несет опасность. Пришествие Богов, всегда вестник катастроф, которая хочет быть твоим благодетелем.

Погибнуть от лап отродий Бездны было куда как проще, куда как обыденней. А теперь я требовал от них развивать ядра истинного света, те самые ядра, что со временем неизбежно изменят их мнение о собственном Боге. И они словно чувствовали это. Свет работает медленнее, чем тьма, но работает более не отвратимо.

И в этом я видел огромную силу света, недоступную ни Богам Системы, ни самой Бездне. Только свет не оставлял своим носителям права выбора, как бы парадоксально это ни звучало. Даже твари тьмы и отродья хаоса со своим неодолимым голодом, лишь подталкивались к его утолению, они выбирали добычу, выбирали способ, выбирали сторону. Тьма советует. Тьма соблазняет. Тьма оставляет лазейку. А носители света, верили только в него. В его истинную природу очистить мир от зла, как бы наивно, как бы глупо это ни звучало. Свет не спрашивает. Свет проникает. И не отпускает никогда.

При этом, осознавая всё это, я особенно тщательно проверял и собственные потоки сознания, на предмет подобных отклонений. И тот факт, что я спас, оставил в живых такое количество гнолов, тварей, которых пустил бы под нож в свою бытность десятником, как это было с хуманами в мире Сейлоста, этот факт говорил о многом. Свет действительно неодолим. Даже двести пятьдесят пунктов в параметре Интеллекта ему не помеха. Прогресс изменений совершенно иной, не такой, какой пыталась бы внушить тьма; но он есть. И есть однозначно.

Сам факт, что я нашёл множество оправданий, именно что оправданий, тщательно выстроенных, чтобы оставить целое полчище гнолов в живых, говорил именно об этом. О медленном, въедающемся в сознания изменении моих мыслей и целей.

Пусть они действительно могли быть мне полезны. Пусть. Но не такое огромное количество. Тысяч десяти мне хватило бы более чем, возносящих молитвы во имя своего нового Бога. С простыми гоблинами ситуация обстояла точно так же. Вся эта цепочка спасенных гоблинов, протянутая через сёла и города. Все эти дети, у гнолов, лопоухие, перепуганные, упрямо цепляющиеся за подолы матерей. Девицы, которые были уже на сносях, неуклюже бредущие к воротам портала, прижимая ладони к выпуклым животам. Старики, чьи имена ещё не успели лечь на ту землю, что они покидают.

Польза от них для меня была действительно мала. Они лишь ослабляли костяк моей армии, ибо и на них требовалось тратить ресурсы, еду, кров, защиту и даже очки Системы. И тот факт, что мой запас энергии истинного света значительно вырос вместе с числом верующих, на самом деле не повышал уровень моего могущества. Возможно, в затяжном бою, да, ещё возможно. Но не против могучего противника. У меня даже приличного защитного барьера сейчас не было. Артефактные осколки абсолютного света были потеряны там, в домене Сионшо, вместе с моим родным телом.

Тогда как переход армией размером почти более чем в сто тысяч душ, это не просто сложная задача. Это задача почти невыполнимая. И без серьёзных потерь тут точно не обойдётся. Слишком непредсказуемы могут быть инсектоиды, кишащие в бесконечных тоннелях мира Ссшорс. И тот факт, что порталов в мир Асшор становится всё меньше, лишь усложняет поход через их владения Сионшо, через бесконечные пещеры, продолбленные в плоти мира, до врат в мир Тесэр. Но и убить их самому мне было сейчас не под силу, это выглядело бы как попытка противиться свету, которая не принесла бы мне настоящей пользы. Ведь таким путем ее влияние не преодолеть и нужно как можно быстрее снять проклятие Тхазара, или пробить второй божественный предел хотя бы в параметре Интеллекта. Все остальные способы противодействия свету во мне, защита отдельными потоками сознания слишком слабо помогают отражать это неодолимое влияние. При этом я действительно видел пользу в таком количестве своих последователей, ведь что десять тысяч воинов провести через мир