Утопающий во лжи 16 - Лев Жуковский

с трудом мной распознаваемое, на грани работы праны и псионической энергии, когда находиться к Королеве инсектоидов в радиусе полуверсты было слишком опасно для жизни, это была её ультимативная защита. Мир вокруг твари искажался, и в этом искажении плоть и дух одинаково рисковали быть раздавлены этой вибрацией.

Тогда как перекрёстный огонь из плазменных орудий Тхагаси и Дэрргеша очень быстро перестал приносить хоть какой-либо результат. Это чудовище изменило свойства хитинового панциря своих крыльев, которыми начала защищаться от залпов, после чего посеревший хитин просто перестал хоть как-то реагировать на разогретую до невероятных температур плазму. Хитин отражал высокую температуру, и нейтрализовал его в самой своей структуре. Чем-то это напоминало мне приспосабливаемость тиранидов, которых я встретил в мире Теселия-7, там тоже плоть училась противостоять оружию быстрее, чем оружие успевало эту плоть сразить.

Впрочем, будь эти твари не столь сильны, то мир Ссшорс давно бы уже захватили. Да и мертвецы из мира Тесэр не просто так не могли оттуда выбраться на протяжении стольких веков, что-то держало их в тех серых пределах, что-то более сильное, чем сама смерть. Так что отступившая Королева роя С ранга сделала нам одолжение, благоразумно решив, что пробитое в самом начале сражения средоточие Сосуда жизни стоит всё-таки восстановить. Осторожность пробудилась в ней, а быть может, тот странный инстинкт, что есть и у самых чудовищных созданий, шептавший, 'Эта охота может стоить слишком дорого".

Да и, как ни странно, убивать тварь С ранга было не самым разумным решением. Во-первых, она перед смертью, уж точно не мгновенной, ибо подобные существа умирают долго и со вкусом, успевая исторгнуть из себя последний акт мести, может призвать всех инсектоидов в радиусе сотни вёрст. А этого моя медлительная колонна точно не пережила бы, в которой воинов было меньше, чем гражданских. Армия беспомощных, ведомая горсткой клинков, таково было моё нынешнее войско, особенно учитывая, что применять артефактные винтовки мы не могли. Ну и во-вторых, смерть твари С ранга может привлечь внимание пусть не самого Сионшо, но ведь среди этих бесчисленных орд инсектоидов были и твари В ранга. О них я мало что слышал, лишь смутные легенды, но разумом понимал, что они должны существовать, пусть и довольно глубже в переплетении тоннелей. В тех глубинах, куда не проникал даже мой взор. Ну или просто более древние существа С ранга, те, что умудрились выжить в течение тысяч лет, питаясь временем и страхом, и там с моими нынешними возможностями противопоставить им будет нечего.

Что же касалось первой встретившейся мне Королевской сколопендры С ранга, то здесь стандартные пути противостояния нам помочь не смогли, и мне пришлось находить более изощрённые пути для победы. С другой стороны, не найди я их, и эвакуироваться в мир Тесэр пришлось бы небольшой горстке моих самых преданных и быстрых подчинённых. Все остальные стали бы пиршеством для тварей этих глубин. Всё же даже если ставить на весы жизни всех гнолов, которых я повёл за собой, против шанса раскрытия меня перед лицом Сионшо, а возможно, после этого и Антероса, я бы выбрал всё равно свою жизнь. Цинично? Возможно. Прагматично? Безусловно. Ибо мёртвый владыка не может ни мстить, ни возвышаться, ни строить новые миры на пепелище старых. Ни добиться давно поставленной цели.

При том что если Королева роя жаждала атаковать именно нас, выслеживая нашу плоть с маниакальным упорством, то королевская сколопендра просто неудачно двигалась перпендикулярно нашему маршруту. Слепое стечение обстоятельств, проклятая случайность, кость, упавшая не той стороной в игре, где выигрышем была жизнь. А так как длина нашей колонны превышала длину этой твари почти в десять раз, наша встреча оказалась неминуема, две змеи, ползущие навстречу друг другу в чреве каменного чудовища.

Впрочем, как выяснилось, даже циклопических размеров твари, длиной в две версты, можно объяснить довольно доходчиво, что ей стоит сменить маршрут. Язык боли универсален. Ведь если пробиться через её хитиновый панцирь, броню, кованную самим временем и эволюцией, мне было бы довольно сложно, то толщина защиты на её лапах, бесчисленном количестве лап, была много тоньше. И этим я воспользовался безжалостно.

Впрочем, как выяснилось, использование Проклятых кровью преатов коротких мечей истинного света не влияет на тело призрачной проекции Арзула. Ведь плоти в нём нет априори, нечего пятнать, нечего проклинать в нематериальной субстанции, что я представлял собой ныне. К тому же, благодаря проклятию мечей света, нанесённые мной раны королевской сколопендре не могли мгновенно регенерировать, и даже наоборот, деградировали, превращаясь в тлен, в чёрную гниль, что расползалась по плоти твари, словно паутина по стеклу. Что в сочетании с моей скоростью и невероятной мобильностью нематериальной проекции, когда я мог двигаться в пространстве абсолютно свободно, плывя сквозь камень и воздух с огромными скоростями без различия. Все это привело к тому, что чудовище С ранга сбилось с пути, потеряв всего пять лап, которые никак не хотели отрастать. Что для древней твари явно было в новинку.

Тут бы применить моё проклятое божественное копьё, то самое оружие, что я хранил в своем горниле света, но как показала практика, первородный холод, являясь проявлением первозданной стихии, прекрасно разрушал и моё нематериальное тело. Которое пришлось ещё в мире Артхол восстанавливать с помощью энергии Бездны, пожирая собственные резервы, словно изголодавшийся нургл. И это я копья даже не коснулся, лишь приблизился чересчур близко своей рукой. Так что приходилось обходиться лишь проклятыми мечами света. Но даже так их мощи и смертоносности можно было только позавидовать. Хотя тут, конечно, разговора об убийстве существа С ранга не стояло даже рядом, такая цель была за пределами моих нынешних возможностей, и я честно признавал это перед самим собой.

Ведь отступать, и это я, конечно же, сглаживаю углы, не называя это побегом, от разъярённой королевской сколопендры пришлось уж точно не поспешно. В тот момент я половину резерва энергии Бездны потратил, чтобы рывками покинуть область разрушительных вибраций пространства. Уж не знаю, что это был за навык, уровня восприятия у призрачной проекции и навыка Идентификации для этого не хватало, чтобы разобраться в природе этой энергии, но то что поверхность невероятно твёрдых скальных пород, из которых в основном и состояли тоннели мира Ссшорс, в радиусе двух вёрст от головы королевской сколопендры всего за пару мгновений превратилась в мельчайшую, словно вулканическую пыль, это я видел с безопасного расстояния очень чётко. Камень, что выдержал тысячи лет натиска жвал инсектоидов, рассыпался во мгновение ока, словно был не камнем, а песком.

Успев ускользнуть,