Разговоры в царстве мертвых - Лукиан Самосатский

Правильно, конечно, они делали. Да и на что им было играть, когда они сами были из чистого золота? Мне даже пришла в голову, пока ты говорил, такая мысль: если бы кто-нибудь привел одного из тогдашних златокованных мужей в нашу теперешнюю жизнь и показал его людям, чему бы подвергся с их стороны этот несчастный? Да ведь они бы, я уверен, сбежавшись, на части его разнесли, как Пенфея менады, или фракиянки Орфея, или Актеона собаки, ссорясь друг с дружкой из-за того, чтобы унести кусок побольше. Даже, справляя праздник, теперешние люди не могут освободиться от корыстолюбия, и очень многие превращают праздник в источник дохода. А потом одни идут домой, ограбив друзей во время пирушки, а другие бранят тебя без всякой надобности и разбивают игральные кости, ничуть перед ними не повинные в том, что люди сами натворили по своей доброй воле.

9. Но вот что еще скажи: почему в конце концов ты, бог, привыкший к такой роскоши и притом уже старик, выбрал самое неприятное время года, когда снег покрывает все, ветер дует с севера и нет ничего, что не было бы сковано холодом, а деревья стоят сухие, голые, с опавшими листьями, луга безобразны и отцвели, когда сами люди гнут спины, будто глубокие старцы, собираясь около очага, – и в такое-то время ты справляешь свой праздник? Совсем это не стариковское время и не годится для тех, кто хочет понежиться.

Крон. Ну, знаешь ли, ты уж очень много у меня спрашиваешь! Пора выпить. Ты у меня и без того отнял немалую часть праздника, приставая ко мне со своими мудрствованиями, не очень-то мне нужными. Оставь сейчас все это. Будем есть в свое удовольствие, бить в ладоши и почувствуем себя свободными на нашем празднике. Потом сыграем в кости по-старинному – на орехи, – поставим себе царей и будем их слушаться. И постараемся оправдать пословицу, которая гласит: «Старый что малый».

Жрец. Ну, Крон, пусть никогда не сможет утолить жажду тот, кому не нравятся твои слова! Выпьем же! Ибо довольно с меня и первых твоих ответов. И я твердо решил записать в книгу бесед нашу: о чем я спрашивал и что ты милостиво мне отвечал, – и дать записанное для прочтения тем из друзей, кто достоин внимать речам твоим.

Кроно-Солон

10. Так говорит Кроно-Солон, жрец и пророк Крона, учредитель всех законов, относящихся к его празднику, что подобает беднякам творить, о том я им самим послал особую книгу, все нужное вписав в нее. Я уверен, что пребудут они в тех законах, в противном случае они немедленно подвержены будут карам, которые против непокорных с великой строгостью определены. Вы же, богачи, смотрите, чтобы не поступить как-нибудь вопреки законам и не ослушаться нижеследующих установлений. Посему всякий, кто не будет поступать согласно законам, пусть знает, что он окажется неисполнителен не предо мной, законодателем, но перед самим Кроном, который меня избрал для установления законов о празднестве, мне представ не во сне, но недавно воочию явившись мне бодрствующему. Крон же был вовсе не в оковах, вовсе не преисполнен был всякой нечистоты, каким его изображают живописцы, позаимствовавшие от болтливых стихотворцев подобный образ. Напротив, Крон имел в руке остро отточенный серп. Вообще он был светел, могуч и в царственные облачен одежды. Таков был зримый облик его. То же, что сказал Крон, было равно преисполнено божественной силы и подобает вам выслушать его слова.

11. Увидев меня, угрюмо шагавшего в раздумье по дороге, Крон, согласно божественной природе своей, уразумел тотчас, какова причина моей скорби и как тягощусь я нищетой, одетый не по времени года в один лишь хитон. На дворе холод, ветер суровый, лед и снег, я же весьма скудно был защищен от всего этого. К тому же и праздник приближался, и я видел, как другие люди приготовляются, чтобы жертвы принести и попировать, а мое положение не слишком-то было праздничным. И вот, подойдя ко мне сзади и за ухо меня схватив и подергав – так обычно поступает бог, приближаясь ко мне, – Крон сказал: «Что это ты словно бы запечалился, Кроно-Солон?»

«Да как же тут не огорчаться, господин мой, – ответил я, – когда я вижу, что только одни негодяи и нечестивцы богатеют сверх меры и роскошествуют, а я и многие другие ученые люди в нужде и недостатке живем. И ты сам, господин, не хочешь положить этому конец и переустроить жизнь, уравняв доли всех».

«В других отношениях, – ответил бог, – нелегко изменять то, что вы терпите от Клото и от прочих Мойр, что же касается моего праздника, то я исправлю ваше бедственное положение и пусть исправление заключается в следующем: ступай, Кроно-Солон, и запиши несколько моих законов о том, что надлежит делать во время праздника. Пусть не сами с собой наедине богачи празднуют, но разделят с вами свои блага».

«Но я не знаю, что писать», – ответил я.

12. «Я сам, – молвил Крон, – научу тебя».

И вслед за этим, приступив к делу, он стал наставлять меня. Затем, когда я все понял, он добавил: «И скажи богачам, что, если они не будут всего сказанного выполнять, пусть берегутся: не напрасно я серп этот острый при себе ношу. Смешно было бы, если я, сумев отца моего, Урана, в скопца обратить, богачей, которые вопреки моим законам действовать станут, не сделал бы евнухами, чтобы они собирали подаяния для Великой Матери с флейтами и бубнами, превратившись в скопцов, посвященных богине».

Такую произнес Крон угрозу. А потому лучше будет вам не преступать сих установлений.

ЗАКОНЫ КРОНА

Раздел первый.

Законы общие

13. – Никому никаких – ни общественных, ни частных – дел не делать в течение праздника, за исключением того, что имеет отношение к шутке, забаве и радости: только повара и пекари пусть работают. Пусть господствует для всех равенство: и для рабов, и для свободных, и для бедняков, и для богатых. Сердиться, раздражаться, грозить никому не дозволяется. Счета принимать от управителей – и того не дозволяется во время Кроновых празднеств. Никто пусть не проверяет в праздник и не записывает ни своих денег, ни одежд и пусть не занимается в Кроновы дни никакими гимнастическими упражнениями. Речей не слагать и не произносить, кроме забавных каких-нибудь и веселых, содержащих насмешку и шутку.

Раздел второй.

Законы частные

14. – Задолго до праздника богатые пусть запишут на табличке имена всех своих друзей – каждого особо! И пусть имеют наготове денежки в количестве одной десятой годового дохода и одежду, какая окажется у