Краткая история старообрядчества - Кирилл Яковлевич Кожурин

компактную группу забайкальских старообрядцев, среди которых преобладают старообрядцы часовенного согласия, хотя есть также и приемлющие священство белокриницкой иерархии, и представители беглопоповцев, и представители поморского согласия. С их переселением началось более интенсивное освоение девственных земель этого края. Благодаря большому сельскохозяйственному опыту, общинной сплоченности и поразительному трудолюбию староверы, по выражению иркутского губернатора Трескина, «камень сделали плодородным». В XVIII–XIX веках старообрядцы освоили практически все пространство Алтая.

Как пишет историк Ф. Ф. Болонев, «Сибирь заселялась отборным народом, дюжими людьми. Здесь жили и осваивали ее земли, часто не знавшие лемеха, сохи и плуга, не одни Иваны, не помнящие родства, а люди крепкой веры, крепкого духа, уверенные в себе и в устройстве своей судьбы, обладающие неимоверным трудолюбием, земледельческим талантом, общинной спаянностью, смекалкой, трезвостью и веселонравием. С момента своего поселения в этом относительно привольном и прекрасном крае русские люди старались обиходить землю, окультурить ландшафт, изукрасить свой быт, одежду, свое жилище, домашнюю утварь, орудия труда. Особенно ярко это проявилось в жизни, быту и культуре старообрядцев юга Сибири, ставших сначала вольными и невольными изгнанниками в этом регионе, а затем и старожилами, превратившими далекую окраину России в русский край»[83].

В 1-й половине XVIII века имели место несколько крупных самосожжений старообрядцев как ответ на правительственные «противораскольничьи» меры — 24 марта 1723 года в Елунинской пустыни (сгорело от 600 до 1100 человек), в ноябре 1739 года в деревне Шадрино на реке Лосихе (погибли 300 человек), весной 1742 года в деревне Лепёхи-но Белоярской слободы сгорели 18 человек, самосожжения происходили также в 17461747 годах.

После издания указов «Об укреплении начал веротерпимости» и «О порядке образования и действия старообрядческих и сектантских общин» в Сибири, как и по всей России, началась массовая регистрация старообрядческих общин, строительство церквей и моленных, открытие школ, создание общественных организаций старообрядцев. В 1912 году только в Барнаульском, Бийском и Змеиногорском округах было зарегистрировано около 65 старообрядческих общин различных согласий. В начале XX века регулярно собирались съезды и соборы алтайского старообрядчества: после 1905 года несколько съездов провели поморцы, часовенные, неокружники, в 1906–1928 годах регулярно проводились съезды старообрядцев Томско-Алтайской епархии, в июле 1917 года прошел краевой съезд старообрядцев всех согласий (поповцев, беглопоповцев, поморцев и часовенных), в котором участвовало около 100 человек. В 1918–1919 годах старообрядцами Томско-Алтайской епархии издавался журнал «Сибирский старообрядец». В 20-30-х годах XX века на Алтае были закрыты все старообрядческие церкви, молитвенные дома и монастыри. В конце 80-х-начале 90-х годов XX века началась регистрация сохранившихся общин (прежде всего поморского и белокриницкого согласий).

Интересна история поморского женского Убинского монастыря. Основанный в начале 1890-х годов семьей сибирских казаков Егоровых на притоке Убы реке Банной, монастырь был с трех сторон окружен высокими горами, а с четвертой стороны находилась полноводная река Уба. Сама долина реки Банной представляла собой густую тайгу. Решение о строительстве женского монастыря было принято на местном Соборе староверов-поморцев. Руководителем строительства стал Нифантий Иванович Егоров. Значительную сумму на строительство монастыря передали купцы Морозовы. Строительство вели всем миром, добровольно. Известия о строительстве женского монастыря на Убе быстро разлетелись среди поморцев Урала, Поволжья и Сибири, и вскоре сюда приехало несколько инокинь с Урала. В 1920-х годах в монастыре насчитывалось около 60 монахинь и белиц. Благодаря усилиям Егоровых Убинский монастырь и верхняя Уба превратилась в мощный центр поморской веры. При монастыре была основана школа для подготовки церковных служителей.

С началом коллективизации монастырь был разорен, а насельники монастыря подверглись притеснениям. Оставшиеся монахини перебрались в тайгу, где жили на пасеке. Позже при игуменье Афанасии был приобретен дом с участком на окраине города Лениногорска (Риддера). После Афанасии руководительницей монастыря стала инокиня Павла, приехавшая из Покрово-Никольского монастыря, с которым уже давно были налажены связи. До настоящего времени в этом доме проживают черницы матушки Мария и Вера. Там же живет инок Александр. В обители поддерживается строгий монастырский устав, совершается полный служебный круг.

Как и в других местах России, центрами старообрядческой книжности, письменности и литературы на сибирской земле были скиты. Скитские библиотеки насчитывали десятки, а то и сотни фолиантов, в основном рукописных и старопечатных книг византийских, русских, украинских и белорусских православных богословов, памятники канонического права, исторические сочинения. Были здесь и сочинения вождей старообрядчества XVII века, и произведения выговских писателей, и оригинальные творения урало-сибирских авторов («Урало-Сибирский патерик», «Родословие часовенного согласия» и др.). Эти уникальные книжные собрания не раз подвергались разорениям со стороны властей. Книги изымались у староверов и сжигались в огромных количествах. Один из последних случаев зафиксирован, казалось бы, совсем недавно: в 1951 году карательный отряд НКВД обрушился на один из тайных скитов старообрядцев-часовенных на реке Енисей. Скит был уничтожен, а богатая библиотека древних рукописей и старопечатных книг, насчитывавшая около 500 томов, безжалостно сожжена.

Духовные центры старообрядчества

за рубежами Российской империи

Немало духовных центров было основано старообрядцами и за рубежами России. Вскоре после собора 1667 г., когда началось массовое бегство русских людей в пустыни и леса, многие бежали в соседние с Россией государства: в Польшу, Литву, Швецию, Пруссию, Турцию, даже в Китай и Японию, где могли пользоваться полной свободой веры. «Каково было количество бежавших, можно судить по сообщению Сената уже при Петре I: по сенатским сведениям, в то время русских людей находилось в побегах более 900 тысяч душ. В отношении к общему числу тогдашнего населения России это составляло десять процентов, а в отношении к исключительно русскому населению это количество бежавших составляло гораздо больший процент... Преследовались и истреблялись исключительно только русские люди — самые преданные святой Руси, соль и твердыня Русской Земли. Через два столетия, при большевистском разгроме России, повторилось это бегство за границу русских граждан. Но теперь количество бежавших составляло лишь один процент в отношении ко всему населению России, причем бежали не одни лишь русские люди и бежали при других совершенно условиях: с военной силой, сражаясь с врагом, пользуясь железными дорогами, военными судами, пассажирскими пароходами и т. п., с большими передышками, нередко с победами над настигающим их врагом. Тогда же, при Софье, при Петре I, при Анне, при Николае I, было иное бегство, воистину христианское и подлинно евангельское, по примеру самого Христа и святых Его апостолов. Можно себе представить, какой это был страшный разгром России»[84].

В иностранных государствах старообрядцы оседали сплошными массами, строя преимущественно собственные селения и живя особняком, своим бытом и укладом. И теперь, спустя триста лет, их легко можно отличить от других народностей. Множество старообрядцев-поповцев живет в Румынии