Фиктивные. Бой с любовью - Евсения Медведева

себя. - Я слово тебе давал не обижать? Давал... - кивала, опуская голову все ниже, только бы не пересекаться взглядом. Так вот слово я своё держу. И обижать тебя никому не позволю. Как хорошо, что до конца нашего договора остался всего год, да? - прошипела и чуть прикусила его руку, чтобы выбраться из душных объятий. - Радуйся, Лютаев, скоро свободен будешь.- мoгу и передумать... - Никита разжал хват и вдруг резко свернул с главной дороги. Мы оказались в тёмном переулке, где не было ни малейшего намёка на искусственное освещение. Он выключил фары. и вдруг вдали моргнул ряд красных диодов.

Жалюзийные ставни ворот скрипнули и поползли вверх, впуская нас в светлый гараж, заставленный дорогими спортивными тачками.

- Вау….. Это что?Это мои игрушки. Руками не трогать! - цыкнул он и первым вышел из машины, но прежде вскинул ладонь, давая понять, что мне выходить не стоит.

Через мгновение послышался ещё один знакомый голос, Игорь Витязев было рванул к машине, но Никита его остановил.

Юлька, привет! - Игорь помахал мне, понимая, что я все вижу в зеркале заднего вида. Привет, Игорь! - ответила в открытое окно, за что получила недовольный взгляд Лютаева. Пф-ф-ф-ф... Мне что, и с его другом теперь говорить запрещено? Парни о чем-то тихо побеседовали, после чего Витязев, прикрывая глаза ладонью, проскользнул в неприметную дверь. Стоило ему её открыть, как гараж завибрировал от громкого звука музыки, воя толпы и какого-то ужасающего топота. А как только створка хлопнула, мы вновь оказались в полной тишине.- Идём, - Никита открыл мою дверь и указал в сторону коридора. Я вышла, отчаянно натягивая футболку так, чтобы не светить задницей. Еле втиснулась в мокрые ботильоны и притормозила, пропуская Лютаева вперёд.

Он усмехнулся и королём пошагал по гулкому длинному помещению, совершенно не беспокоясь по поводу голого торса. А там было на что посмотреть... Широкие натруженные плечи, перекатывающиеся под смуглой кожей мускулы, яркая татуировка, расплывающаяся от самой шеи до основания позвоночника. Я не заметила, как ускорилась, чтобы поближе её рассмотреть.- Не пялься на мой зад! - Лютаев резко развернулся, попутно распахивая дверь, и втолкнул меня в просторный кабинет. - Так, я в душ, а тебе сейчас принесут твои пакеты из машины. Витязев входить не будет, постучит и уйдёт. Никита на ходу раздевался, а после скрылся за зеркальной перегородкой, откуда послышался плеск воды.

- Придурок...

Ему бы в армии служить, приказы отдавать. Всё про всех знает, всё понимает. Истина в охренительной сексуальной оболочке!

Чтобы отвлечься, я пошла вдоль кабинета, рассматривая стену, увешанную медалями, боксерскими перчатками, за стеклом стояли кубки, стопкой лежали грамоты. Хотелось открыть стеллаж и рассмотреть все поближе, но стало стыдно.

Не буду...

Юль, это Витязев! - раздалось из коридора, а после прозвучал стук. - Я вещи принёс! Спасибо, Игорь! - крикнула ему в спину, а парень лишь вскинул руку, не рискнув оборачиваться. В пакете, и правда, лежал полный комплект одежды. С виду строгое приталенное платье, вот только вырез на спине был до самой задницы, а значит, придется снять трусы. В сумочке минимальный набор косметики, в пакете даже туфли лежали. Не хватало лишь фена для полного счастья. Сдернула бирки, разложила одежду, присела на угол стола, ожидая, когда Никита освободит ванную, но взгляд вдруг упал на широкий монитор компьютера. Это был экран видеонаблюдения, разбитый на несколько квадратов. Все сектора были пусты, кроме одного...

По уже знакомому коридору довольно быстрым шагом в нашу сторону двигался отец Никиты. В подтверждение моих слов вспыхнул Никитин телефон, на экране высветилось имя Витязева. Чёрт... Что делать?

Но, кажется, я уже всё знала... Стянула футболку, скинула ботильоны, запихнула все под стол и буквально ворвалась в ванную.

Никита стоял совершенно обнажённый! По лицу стекал мощный водопад воды, он растирал волосы, рассыпая мелкие брызги, и даже не сразу заметил мое вторжение. Но когда очнулся, его глаза вдруг расширились, а губы изогнулись в гаденькой улыбке.- Что, женушка, не выдержала? А я говорил - не пялься на мою задницу! - зашипел он, но я вовремя прижала ладонь к его губам.

Зажмурилась и сделала робкий шаг, погружаясь под тропический душ. Горячая вода согревала, струилась по коже, хлестала по волосам, смывая пыль, грязь, запах гнилого амбара. Лютаев вдруг напрягся, уловив звуки из своего кабинета, чуть повернул голову и, быстро сориентировавшись, рванул кружево моих трусиков. Ткань затрещала и податливо отлетела в дальний угол. Никита обхватил меня руками, прокрутил и толчком прижал к стене, накрывая своим телом... Я задыхалась. То ли от эмоций, то ли от ужаса, что пошла на эту авантюру! Могла же просто запереть дверь! Но нет...

Его губы обрушились на мою шею, шершавые ладони сжали задницу, и я проскользила вверх по стене, буквально сталкиваясь лицом к лицу со своим мужем.

- Прости, - шепнул он и подался бедрами вперёд, дав ощутить всю крепость его возбуждения. Вдох тяжелым камнем застрял в горле, я распахнула рот, но в этот момент меня заткнули. Твёрдый язык проскользил по губам, устремляясь вглубь.

- Чёрт! Дети!!!! Простите!!!!!

Глава 23

Никита

- Чёрт, дети! Простите! - вскрикнул отец, но я даже головы не повернул. Смотрел на эту мисс-провокацию, на эту чертовку в обличье холодного ангела и не мог понять, в какой момент прокололся? Почему не заметил этого странного огонька, переливающегося от голубого до ядовито-красного цвета ярости? Откуда, блядь, это все взялось в ледяной безэмоциональной кукле? Красивая? Да, безусловно. Но таких миллион! Они табунами тусуются в моём клубе, выискивая богатого, годного для обручения жеребчика.

Правда, была одна разница... Вот те, которые другие, не стали бы ждать два года, чтобы обратить на себя внимание. Они бы из шкуры вылезли, чтобы прыгнуть в тёплую постельку, крыжили бы дни овуляции, чтобы привязать к себе на долгий срок. А Юлька ни разу порога моей квартиры не переуступила, несмотря на отсутствие замков.

На всех праздниках она держалась вежливо, но отстраненно. Не вмешивалась, не отсвечивала, умела поддержать разговор, мастерски очаровывала мужчин, сторонилась женщин. Если я думал, что, подписав тот абсурдный договор, обрету мощный геморрой, то всё оказалось куда хуже...

- Ты ещё долго пялиться будешь? - рыкнул, чуть отведя голову, чтобы зацепить в отражении зеркала откровенно ошарашенное выражение лица отца.

Он, не отрываясь, пялился мне в спину, хлопал глазами и растерянно открывал рот, как немая рыбка гуппи, и теребил галстук.