Тайный ребёнок от Космического Босса - Кира Иствуд

одной шиарийкой. Чистокровной, взрывной. Она не была научным сотрудником. Она была такойтипичной шиарийкой, с военной академией за плечами, служила во флоте, громко щёлкала чёрным хвостом…

Я от неожиданной смены вектора беседы забыла отобрать свою руку у Эльзаса, тот просто хмыкнул и перехватил мою ладонь, сцепив свои пальцы с моими в замок. И тихонько посмеивался. Будто его отец травил анекдоты.

– Вот уж не знала, – хмыкнула Элина, – Исбел такая заноза… не думала, что ширийка его стерпела бы. Да и кто-либо другой.

– У этой истории несчастливый конец, – прищурился Алеф, – высокопоставленные родственники закатили скандал Исбелу. Пригрозили лишить титула, имущества, протекции… Исбел оказался “слаб позвоночником”, как говорят атлантианцы. Прогнулся, как говорят люди. И его карьера пошла в гору, но с тех пор я о его возлюбленной шиарийке не слышал.

У меня похолодело на душе. Я вновь отпила из бокала. Но виан Алеф добил:

–… к счастью, виана Ди, у моего сына, Эльзаса, позвоночник в порядке. В нашей семье консервативное старшее поколение не имеет права решающего голоса. И если бы нас могли лишить титула, это произошло бы ещё на этапе моего выбора жены. Так что вы напрасно смущаетесь. Переживать вам не о чем…

На этот раз я всё-таки подавилась.

Глава 12

Глава 12

Диана

Родители Эльзаса уехали час назад.

Дом казался слишком тихим после их ухода. Но уж лучше так, чем давиться закусками, после очередного неожиданного вопроса виана Алефа…

Невероятно, как отец и сын были похожи. Оба идут напролом. А вот мама Эльзаса — совершенно удивительная женщина. Такая спокойная, улыбчивая, мягкая… Не могу представить, как жизнь свела её с атлантианцем… Впрочем, очевидно, она с ним счастлива. И даже в чём-то похожа на своего супруга… Например, я заметила, как они оба поправили салфетки на столе, чтобы те лежали как по линеечке.

Эти мысли крутились в голове, пока я стояла у приоткрытой двери в комнату Арона и наблюдала за сыном, который увлечённо играл со своей змеёй-няней. Она пощёлкивала сегментированным хвостом, и мой сын пощёлкивал уже своим хвостиком в ответ. А потом няня змея, будто исполняя беззвучный приказ моего сына, вдруг превращалась в причудливую конструкцию — то ли мост, то ли замковую арку…

Сын смеялся, явно пребывая в восторге. Золотые глаза светились радостью. Я сама невольно заулыбалась. Я так засмотрелась на сына, что пропустила момент, когда ко мне со спины подошёл Эльзас. Положив руку мне на талию, он тихо сказал:

— Я тут подумал насчёт комнаты для Арона. Сделаю просторнее. Там, в углу, установлю проектировочный модуль, чтобы он мог практиковать псионический дар. Отец прав, у него очень редкий для шиарийца пси-спектр. А потом, когда подрастёт, нужно будет достроить этаж для более серьёзных тренировок.

Эльзас говорил так, будто всё уже решено. И обсуждению не подлежит.

Нет — этаж и модули — это всё очень мило с его стороны, вот только в его рассуждениях как будто пропущен крупный логический блок.

Прикрыв дверь в комнату Арона, я обернулась к атлантианцу, собираясь про этот самый “пропущенный блок” прояснить… Но так и зависла.

Эльзас был после душа — в одном длинном чёрном халате, завязанным на пояс. Мой взгляд сам собой проследил за каплей воды, которая соскользнула с влажных чёрных волос на мощную шею, а затем на рельефную грудь.

— И кстати, — добавил тем временем Эльзас, обнимая меня за талию и притягивая к себе, — я уже направил документы на зачисление Арона в местный детский сад. Атлантианский. Там условия лучше, педагоги подходящие. Он быстрее освоит навыки.

Смысл слов дошёл до меня с опозданием

… что? Что он сделал?!

— Но мой сын уже ходит в хороший садик! — возмутилась я.

Атлантианец даже не моргнул.

— Он неплох. Но для Арона там низкая квалификация преподавателей. И слишком упрощённая программа. С его потенциалом ему нужен садик со специализацией на развитии псионических способностей. К тому же после атлантианского садика ему будет проще учиться в местной школе. Поверь, она в десять раз лучше, чем в шиарийском районе. Такой диплом даст Арону широкие возможности и…

— Нет, подожди… — я вывернулась из его объятий. — Я не понимаю… почему ты всё это решаешь без меня?!

— В данный момент это лучшее решение, Ди. Но если у тебя есть аргументы против, я выслушаю.

— Конечно, есть! Это атлантианский район. И садик, школа — тут всё для атлантианцев. Но мой сын шиариец и…

— Формальности, — отмахнулся Эльзас, — когда мы поженимся, то перепишем ему расу в документах.

….когда “поженимся”?!

Почему он говорит об этом, как о решённом факте?!

Тем временем атлантианец спокойно прошёл на кухонную зону и запустил на фудпринтере режим приготовления кофе. Аппарат тихо завибрировал. По кухне-гостиной разлился аромат кофе…

— Так для Арона будет лучше, Ди. Поможет в будущем на службе. Сама понимаешь… — тон у Эльзаса был такой, как если бы он объяснял очевидное ребёнку.

А я стояла, будто меня изнутри заморозило.

Он меня за кого принимает?!

Просто информирует о своих решениях, будто и в личной жизни я ему просто подчинённая. И за Арона всё решил. И за меня. А какое вообще он имеет право?! Раньше утверждал, что ему дети вообще не нужны. А теперь — это!

Мой золотой хвостик изогнулся, возмущённо щёлкнул по воздуху раздвоенными кончиками.

— Ты вообще понимаешь, что говоришь?! — мой голос взвился, я едва подавляла нарастающую шиарийскую ярость. — Ты не имеешь права такое решать! А про смену расы в документах могут решать только зарегистрированные биологические мать и отец ребёнка. И только вместе! Это в законе чётко прописано.

Лицо Эльзаса заледенело.

В тёмных глазах вспыхнуло что-то опасное, почти звериное.

— За последние дни “биологический отец” Арона ни разу не объявился, — процедил он сквозь зубы, — если ты скажешь кто это, то на завтра у него уже не будет никаких прав. Если не скажешь, то я сам подниму базу Союза. Найду его и лишу всех возможностей влиять на жизнь Арона. Так что и препятствий не будет.

Нервный смешок вырвался из моего горла.

— Это незаконно, Эльз! Ты не можешь так поступить!

— Могу, — голос атлантианца стал низким, рычащим. — И сделаю.

Нелепо. Он что, собрался лишить прав самого себя?!

Впрочем… он отцом ни в каких бумагах не числился.

—