Корея. Полная история страны - Сон Чжунхо

мало, в отличие от настроенных прояпонски. Для многих корейцев Япония была образцом для подражания – кошкой, которая за короткий срок превратилась в грозного тигра, страной, которая одним прыжком перенеслась из темного прошлого в светлое будущее. Все видели, как агрессивно и беспардонно ведут себя японцы на корейской земле, но часть корейцев мирилась с этим, считая утрату самостоятельности приемлемой платой за прогресс.

После ликвидации Общества независимости, которое сначала казалось корейскому правительству удобным инструментом для изображения «диалога» с подданными, а затем превратилось в опасного противника, правительство отказалось от мысли об использовании политических организаций в своих целях. А вот японцы пользовались этим оружием весьма умело. В августе 1904 года с помощью бизнесмена Сон Бёнджуна, бывшего корейского чиновника, эмигрировавшего в Японию в 1895 году, японцы основали в Корее Общество единения и прогресса (Ильчинхве), в руководстве которого можно было увидеть как бывших лидеров Общества независимости, так и уцелевших тонхакистов.

Император Коджон. 1907

Марионеточность и узкая направленность Ильчинхве, созданного только лишь для подготовки превращения Кореи в протекторат Японии, красноречиво подтверждаются тем, что оно было распущено указом японского генерал-губернатора Тэраути Масатакэ в сентябре 1910 года. Обед приготовлен – повара больше не нужны.

В августе 1904 года был заключен Корейско-японский договор о сотрудничестве, предоставлявший японцам права контроля над корейскими финансами и политикой. Правитель Коджон и его ближайшее окружение пытались противостоять «ползучей» японской оккупации, но это противостояние ничего не решало, поскольку к 1906 году японцы под предлогом проведения реформ завладели всеми рычагами управления. Функции корейского государственного банка перешли к японскому банку «Дайити гинко»[58].

Переговоры в Портсмуте. 1905

В феврале 1904 года Япония начала войну с Россией, в которой одержала победу как на суше, так и на море. В сентябре 1905 года в американском городе Портсмуте был подписан мирный договор, в котором помимо прочих уступок Россия признавала свободу действий Японии в Корее и уступала Японии арендные права на Порт-Артур и весь Ляодунский полуостров. Место подписания договора было выбрано не случайно. Американский президент Теодор Рузвельт, выступавший в роли посредника при заключении мирного договора, не скрывал своих прояпонских взглядов. Его «благословение» на захват Корейского полуострова Япония получила в обмен на отказ от претензий на Филиппины, находившиеся в то время под властью США[59]. Японцам оставалось сделать немногое – официально утвердить свою власть над Кореей.

Установление протектората

Политическая обстановка вынуждала Японию к постепенному установлению своей власти над Кореей. После того как Корея попала под японское управление, встал вопрос о протекторате. Эту идею «благословили» в 1905 году Великобритания и США, а Россия, после поражения в войне с Японией, полностью лишилась влияния на Корейском полуострове. Империя Цин в начале ХХ века агонизировала и уже не могла оказывать реального политического влияния в Восточно-Азиатском регионе. Можно сказать, что в 1905 году сложились идеальные условия для аннексии Кореи Японией. Если бы США и Великобритания могли знать, чем обернется их уступчивость спустя три с половиной десятилетия… Впрочем, несмотря на все прогнозы, будущее всегда остается неведомым.

Ито Хиробуми. 1901

Осенью 1905 года японский посланник Ито Хиробуми, прежде занимавший посты министра внутренних дел и премьер-министра Японии, предложил корейскому правительству подписать договор о протекторате Японии над Кореей[60]. Правитель Коджон в лучших дипломатических традициях уклонился от обсуждения этого вопроса, сославшись на нездоровье. А премьер-министр Кореи Хан Гюсоль прямо сказал, что он не станет подписывать ничего подобного. Но, как гласит японская пословица, остановить самурая может только меч в руках другого самурая. Ито Хиробуми удовлетворился подписями пяти министров-предателей, которые покрыли себя несмываемым позором, согласившись продать свою родину японцам. Вот их имена – Ли Ван Ён, Ли Гын Тхэк, Ли Джи Ён, Квон Джун Хён и Пак Че Сун.

Японо-корейский договор о протекторате, заключенный 17 ноября 1905 года, с точки зрения норм международного права являлся ничего не значащей бумажкой, поскольку он не был заверен большой государственной печатью, которая находилась в руках правителя Коджона. Вместо нее поставил свою печать министр иностранных дел Пак Че Сун. Впрочем, Ито Хиробуми и тех, кто стоял за ним, не интересовали такие «мелочи», как правомочность договора о протекторате. Японцам было важно формально соблюсти приличия, дабы оккупация Кореи не выглядела бы слишком уж беззастенчивой.

На что надеялся правитель Коджон, отказываясь обсуждать заключение договора о протекторате? Россия к тому времени «выбыла из игры», а на помощь агонизирующей империи Цин не мог рассчитывать даже такой недальновидный политик, как Коджон. Но оставались еще США, претендовавшие на роль главного игрока и верховного арбитра в Восточной Азии. Однако дипломатическая миссия США в Корее свернула свою деятельность сразу же после подписания договора о протекторате. Жест был красноречивым – получив Филиппины, американцы не собирались вмешиваться в японо-корейские дела. Джентльмены держат данное слово даже в том случае, если ради этого им приходится поступать не по-джентльменски.

Сунджон. 1910

«Самодеятельность» Коджона вызвала негодование у японцев. 21 июля 1907 года премьер-министр Ли Ван Ён при поддержке своих прихлебателей и батальона японской армии принудил императора отречься от престола в пользу его сына Чхока, впоследствии получившего посмертное имя Сунджон. Принц Чхок, болезненный и безвольный, идеально устраивал японцев.

Ито Хиробуми в марте 1906 года стал японским генеральным резидентом в Корее, то есть фактическим и полномочным правителем страны. Свой резидент был в каждой провинции, а в ведомствах и учреждениях заправляли делами японские чиновники, лицемерно называвшиеся «советниками» или «помощниками». Охрану порядка осуществляла японская жандармерия, полностью подчинившая себе корейскую полицию. Налоги собирались ведомствами, находившимися в прямом подчинении у японцев.

После отречения Коджона японцы еще сильнее «закрутили гайки». Первым делом они узаконили контроль генерального резидента над всеми действиями корейского правительства. Прежде для принятия законов и назначений на высшие должности формально не требовалась санкция резидента, а просто подразумевалось, что все должно делаться с его одобрения. Теперь же вместо негласного одобрения стало нужно получать официальное. В заместители всем корейским министрам были назначены японские чиновники, которые стали