Рыцарь в старшей школе. 1-5 - Дмитрий Ш.

— А ещё это не лучшим образом сказывается на ведении бизнеса, — дополнил Леннокс, берясь за кружку. — Неопределённость и незавершённость конфликтов отпугивают инвесторов и банкиров. Затрудняют подписание долгосрочных контрактов. В них ведь должны закладываться все возможные риски. Это слишком накладно.

— Понимаю. Готов заверить, что у семьи Йохансонов ни к вам, ни к вашим уважаемым семьям нет никаких претензий. Вышло досадное недоразумение, с которым мы уже разобрались. Немного погорячились. Такое случается, — заявил со всей ответственностью, чтобы показать свою искренность.

Но и не стал извиняться за сломанные ноги. В тот момент другого выхода не видел. Они сами до этого довели. Поговорив с ребятами, оказавшимися не такими уж и плохими, высокомерными засранцами, особенно когда выпьют, узнал много нового о жизни паладинов Британии. О её отличии от рыцарей. Они немного рассказали мне о себе, а я о себе. Тоже чуть-чуть. Стараясь себя контролировать и спиртным не злоупотреблять, несмотря на недавнюю браваду. Однако парочка хитрых паладинов штаны зря не просиживала, продолжая подталкивать меня в сторону большей откровенности. Ага, размечтались. По секрету всему свету, покажу-ка я газету.

— Как паладин паладину, скажи, как ты так ловко рассеивал тогда мои молнии? — допытывался Леннокс.

— Кто тебе сказал, что я паладин? Мне Его Величество ранг магистра пожаловал. Только не возьму в толк, почему сразу не гроссмейстера? Сэр Армстронг же не смог меня победить, — шутливо буркнул в кружку с пивом, уклоняясь от ответа.

То ли мою иронию не так поняли, то ли вообще не услышали. Леннокс с Чейзом как-то странно переглянулись. Ну и ладно. Их заблуждения — не мои проблемы.

Сколь бы я ни осторожничал, эта парочка друзей, понимающих друг друга с полуслова, всё же узнала немного больше, чем мне хотелось бы. Разговорили, чертяки языкастые! Правильно древние говорили — «Бойтесь не столько честных врагов, сколько коварных друзей». Не знаю, как так вышло, но на выходные мне придётся ехать в Шотландию, в гости к Кэмпбеллам, что представляли собой не только род, но и целый клан. Группу родственных семей, живущих уже не одной большой общиной, как раньше, но по-прежнему тесно между собой связанными. Отказать им, значит обидеть.

Леннокс объяснил, что меня позвали вовсе не для того, чтобы наказать, а ради знакомства, пирушки и примирения. Всё же я многократно побеждал гордость и надежду семьи Кэмпбеллов, да ещё и ногу ему сломал, чтобы проучить. Выставив злодеем, которого показали по телевидению, «прославив» на всю страну. Заставили выплатить огромные штрафы. Такое не забывается и не оставляется без ответа. Их гордость не позволила бы с этим смириться. Что тогда на это скажут соседи? Так почему бы не представить ту историю так, будто два равных по силам и по статусу благородных молодых человека повздорили из-за женщины, подрались, выпили, потом помирились. Стали приятелями. Раньше подобные истории в Шотландии случались сплошь и рядом. Когда достойные враги становились лучшими друзьями. Я заставил себя уважать. Теперь черёд Кэмпбеллов сделать то же самое. Чтобы все были довольны и счастливы. Ну, а если не отвечу на приглашение, значит, я их не уважаю. Это, как плевок в лицо, в ответ на протянутую ладонь.

Чуть позже, после расставания с Эриком, Чейз поинтересовался у Леннокса, зачем ему это было нужно?

— Дедушка захотел взглянуть на того, кто смог меня хорошенько отмутузить. К тому же, когда он начал осторожно наводить о Йохансоне справки, не поверив, что за ним никого нет, то всплыло много любопытных фактов. На парня имеют определённые виды герцог Бедфорд и герцог Кембриджский. Причём далеко идущие, поскольку о банальном прибирании к рукам бесхозного, как оказывается, магистра, речи не идёт. Там закручивается какая-то хитрая интрига. Ты в курсе, что за парнем приглядывает Имперская безопасность? Не охраняет, иначе бы нас ещё тогда завернули куда следует, а именно скрытно следит? А то, что он работает на оружейную корпорацию? Или использует уникальное силовое снаряжение, информацию о котором достать труднее, чем пароль от сейфа Его Величества?

— Значит, политика, — недовольно поморщился Чейз, коснувшись нелюбимой темы. — Я думал, вы взаправду пригласили его в гости, чтобы вместе напиться.

— Так и есть. Я ему не лгал. Мы действительно хотим устроить застолье. Познакомиться. Решить наши дела. Сходить на охоту. Искупаться в озере. Что тут такого? — удивился шотландец. — Магистров в Британии не так уж и много, чтобы их игнорировать. Да ещё и тех, кто собирается набирать в ученики других, как бы тоже не магистров. Слышал же требования? Минимум рыцарь и от ста тысяч в месяц. Да ещё и строго по рекомендации. А максимум тогда кто? В общем, нужно присмотреться, что эти англичане задумали? И не останемся ли мы опять с краю?

На этом день неожиданных новостей не закончился. По возвращении домой меня ждало письмо, на гербовой бумаге, с сургучовой печатью, с «просьбой» посетить завтра днём главный штаб ордена Южного креста. А когда я не явился, оттуда позвонили и удивлённо спросили — По какой причине проигнорировал их приглашение? На что услышали просто потрясший их ответ, — Не хочу! Но, как же так? Я же английский рыцарь, а значит, должен вступить в национальное объединение английских операторов А-поля. На что поразил их во второй раз, вежливо уточнив, — Кому должен? Получить высокую должность и работать от рассвета до заката на уважаемых джентльменов, по их правилам, в перечень моих желаний не входило.

После этого ко мне явилось двое рыцарей посолиднее, чтобы настоять на своём. Минут десять терпел их намёки, обещания, описания сказочной жизни в рядах братьев-рыцарей и даже завуалированные угрозы, после чего, прикинувшись наглым, неуправляемым подростком в период гормональной перестройки организма, предложил им одеть силовое снаряжение и выйти во двор. Если они одолеют меня, я записываюсь в их организацию. Если выкину их за ворота, «слегка» помяв, то они больше здесь не появляются. Типа, со слабаками не вожусь.

Ну, а если меня заставят что-то там подписать, например, угрожая моим родным или создав невыносимые условия для жизни, то я очень сильно расстроюсь. Настолько, что наймусь на службу Османскому султану, которого попрошу письменно поблагодарить за это английского короля, с указанием конкретных имён джентльменов, толкнувших на этот путь. И потом, в Турции всегда тепло, солнечно, мандарины растут. Разрешено многожёнство. Женщины, ух какие… Блеф удался и какое-то время меня не беспокоили. Хотя Эдит и Марта пожаловались, что учителя в школе как-то странно стали на них поглядывать. С неодобрением. Стали чаще придираться по мелочам. Осуждать.