Двуликие - Анна Шнайдер

class="p1">Я засмеялась. Да, я давно рассказала Оливеру про нас с Нордом, поэтому он понимал, с кем Коул может столкнуться в Гротхэме, если рванёт туда за мной. Но я надеялась на благоразумие эльфа. По крайней мере, последние пять лет он меня в этом смысле не разочаровывал.

— Волнуешься?

Я смущённо улыбнулась и опустила взгляд в кружку с почти допитым чаем.

Как объяснить?..

— Предвкушаю, — прошептала и непроизвольно погладила себя под шеей, где на цепочке висели два предмета, которые я собиралась отдать Норду при встрече.

Собрав чемодан, я решила ненадолго заглянуть к Эмирин. Мне было немного совестно, что я уезжаю именно сейчас, когда до её родов остаётся не больше недели, но… Я не могла иначе.

А она понимала меня как никто.

Когда я вошла в комнату, Эмирин сидела в кресле-качалке и вязала что-то розовое длинными и узкими спицами. Я много раз видела эту картину последние два месяца, и постоянно вспоминала свой давнишний сон, в котором она так же ждала другую девочку.

— Как ты всё-таки её назовёшь? — решила спросить уже перед уходом, обговорив то, что хотела, и попрощавшись. Три месяца назад Эмирин перестала быть регентом, Дамира и Дин короновали на центральной площади Лианора, и Эмирин смогла полностью погрузиться в свою беременность, на радость Нарро. Я знала, что они давно придумали имя для дочери, но мне отчего-то не говорили. И была готова к тому, что Эмирин ничего не скажет и сейчас, но она неожиданно ответила.

— Риша.

Я покачнулась и сглотнула, выбитая из колеи этим ответом.

За год, проведённый в Арронтаре, я неплохо выучила древнее наречие оборотней…

— Это…

— «Душа». — Эмирин светло улыбнулась и отложила в сторону спицы. Коснулась ладонью огромного живота. — Я сообщу тебе, как только она родится. Приедешь.

Это был не вопрос, и я кивнула, чувствуя, как глаза щиплет от слёз.

Ну конечно, у кого же ещё она могла родиться?

И на этот раз у неё всё будет хорошо. Я верю.

— Обязательно.

* * *

— Магистр Грэйтон! Магистр!

Норд раздражённо обернулся и смерил недовольным взглядом мальчишку-первокурсника, догнавшего его на пути к полигону, где должна была проходить боевая магия у пятикурсников. И занятия начинались через две минуты!

— Что такое?

— Распоряжение ректора, — парень протянул ему приказ, — все преподаватели боевой магии должны пройти целительский осмотр. На этой неделе! Это из-за…

— Да знаю я, — поморщился Норд, вспоминая одного из своих коллег, умудрившегося после каникул притащить в Гротхэмскую академию оспинку — не слишком опасную, но пренеприятную болячку, из-за которой половина преподавательского состава и студентов вынуждена была неделю просидеть на карантине, вылечиваясь от сыпи и поноса.

Первокурсник убежал, оставив в его руке бумажку с приказом, и Норд вновь поспешил к полигону, мимолётно изучая написанное. Кабинет номер 406, в любое время с девяти до шести. Что ж, он зайдёт туда сегодня же, ни к чему откладывать. Чем скорее разделается с этой ерундой, тем лучше.

На кабинете номер 406 висела обновлённая табличка: «Целительский пункт». Норд помнил, что в прошлом году её сорвали во время выпускного бала — студенты тогда здорово напились, начали буянить, их усмирили и потащили к целителям, но по пути молодые люди умудрились вырваться и слегка подретушировать часть коридора, снеся напрочь все таблички. Хорошо, что отремонтировали, а то всё лето было как-то несолидно.

Норд постучался, дождался краткого «да», произнесённого женским голосом, и вошёл внутрь.

В кабинете всё было по-прежнему: справа шкафы с целительским инвентарём, прямо от входа стол дежурного лекаря, заваленный бумагами, перед ним стул для посетителей, слева кушетка и ширма. За ней кто-то копошился, и Норд уже открыл рот, чтобы поинтересоваться, что ему делать, когда оттуда прокричали:

— Садитесь, я сейчас подойду.

Он задохнулся, хватаясь за спинку стула сведёнными пальцами и ощущая, как в груди рождается что-то обжигающе горячее, похожее на бешеную радость.

Он узнал бы этот голос из тысячи, из миллиона других голосов.

Она нашла его. Нашла…

Или это случайность?

Из-за ширмы выскользнула Хель, громко мурча, и вскочила прямиком на стул, рядом с которым до сих пор стоял Норд, не в состоянии сесть. Вытянулась, встала на задние лапы и боднула бывшего хозяина лбом в грудь. И он, не до конца веря в то, что видит, погладил Хель по голове, выдыхая болезненно стылый воздух, которым он дышал все эти годы, и сглатывая горечь во рту.

Послышались лёгкие шаги, и Норд поднял голову, глядя на девушку, вышедшую ему навстречу. На мгновение она изменилась в лице, но почти сразу справилась с собой и улыбнулась, светло и немного грустно.

— Меня зовут Шайна Дарх, я сегодня дежурный целитель. Вы?..

Он вообще не понял, о чём она спрашивает. Просто стоял и вглядывался в неё, впитывая изменившиеся черты. Чуть пополнела, став нормального телосложения — последний раз, когда Норд видел Шайну, она была болезненно худой, — похорошела до невероятности, превратившись в такую яркую и сочную девушку, что он даже засомневался, действительно ли она приехала к нему?

— Ты такая красивая, Шани, — прохрипел он, отпуская Хель и непроизвольно делая шаг вперёд, стремясь быть ближе к Шайне. Но больше не успел ничего произнести — она неожиданно всхлипнула и бросилась ему на шею, позволяя сжать себя в крепких объятиях и сильно, жадно поцеловать.

Как же он мечтал об этом. Каждый проклятый день.

Каждый час.

Каждую минуту.

— Как ты нашла меня?

Она засмеялась, отстраняясь и глотая слёзы, которые — и теперь Норд ничуть в этом не сомневался — были слезами счастья.

— Пришлось отдать крупную сумму Стальному Когтю. Мы весь Эрамир перевернули за два года. Я и подумать не могла, что ты будешь преподавать боевую магию в Гротхэме и толком не поменяешь внешность. Хочешь надёжно спрятать что-либо — спрячь на самом видном месте, да?

— Да. — Он улыбнулся и погладил её по щеке, стирая светлые дорожки слёз. — Значит, ты приехала ко мне?

— Если ты сомневаешься в этом, я сейчас тебя стукну.

Норд покачал головой.

— Не сомневаюсь. Только не в тебе, Шани.

— Я кое-что привезла. — Она коснулась ладонью его отросшей бороды и усов, улыбнулась с мечтательным восторгом, расстёгивая второй рукой ворот платья и доставая оттуда какую-то цепочку. Сняла её и протянула Норду. — Вот. Это тебе.

Он сначала сжал в ладони то, что дала Шайна, и только потом посмотрел, что именно это было.

Дарида! Неужели не сон?..

— Только попробуй отказаться, — прошептала Шайна почти угрожающе и свела брови, превратив их в одну. Какой знакомый и родной жест, и