Друг по собственному желанию - Лана Бельская

— Ну чего ты смеешься? Они мне все нервы вымотали за эти два часа! Скоро генеральная репетиция, концерт вообще в субботу... Блин, еще и у Пааво день Рождения тогда же! Надеюсь, он в курсе, что я почти организатор, поймет, почему припозднимся. Хотя нет, надо подойти и сказать. И с пустыми руками приходить неприлично, надо за подарком забежать. И что можно подарить незнакомому парню?..

— Хватит тараторить! Ты понимаешь, что тебе хватило примерно семи — десяти секунд на то, чтобы сообразить и высказать все это? Я не то, что за мыслями, я за фразами твоими не успеваю! — попытался приостановить меня Влад. Ага, фиг ему, бойцы так просто не сдаются.

— Конечно понимаю! Но я должна быстро во всем разобраться, у меня потом времени не будет! А завтра еще и с командой репетировать: у нас соревнования скоро, мы должны выиграть!!! И подготовиться. Вот всегда мы так, номер готовим в последние дни. Один раз, еще в школе, успели отрепетировать выступление на самом концерте, пока остальные классы выступали. А как ты думаешь, что можно купить для Пааво? Ты ведь тоже парень, должны же у тебя быть хоть какие-то мысли по этому поводу?

— Лизка! — прикрикнул парень. — Восемь секунд, я засек. И абсолютно без перехода. Ты по темам скачешь, как заправские горный козел. — Он сделал ударение на "о", внимательно посмотрел на меня, но, не дождавшись раскаяния, тяжко вздохнул и продолжил. — Я уже готов подарить ему одну из своих картин, только бы ты не тараторила!

Я восхищенно уставилась на парня. Только сейчас в мою голову начали забредать светлые мысли. Ведь он, действительно, тот самый Берг, от картин которого я тащусь. И он их рисует. Знаю, гениальный вывод... А значит, может дарить.

— Вау! А мне подаришь? У меня через два месяца День Рождения. А ты, правда, можешь? Слушай, а ты больше для себя рисуешь, или из-за денег?

— Прогресс, однако. Ты молчала три секунды, а краткий монолог растянула на пять. Если будешь прогрессировать такими же темпами — точно подарю. — Он ехидно усмехнулся. Надо ему новое прозвище придумать, а то Гадом называть уже советь не позволяет, а Лад — слишком мило и неинтересно, хоть и прилипчиво. — И картины я рисую для себя. То, что их с удовольствием покупают — приятный бонус. Правда, иногда жалко становится, что свои работы в оригинале больше можешь не увидеть... Но то, что они становятся для кого-то источником вдохновения, безусловно, отгоняет неприятные чувства. — И он ласково потрепал меня по волосам.

— Эй! — смущенно отозвалась я. — Ты чего мое воронье гнездо в страусиное превращаешь? — Я шутливо надулась и пихнула его локтем в бок. Бесполезно — даже не поморщился. Последующие попытки пробить его невозмутимость тоже не возымели действия. На ум сразу пришла фраза: "Муха бегает по слону и думает: "Ты мо-о-ой!". Наверное, так оно и выглядело.

До студии мы добрались быстро, потому что домой Влад меня не пустил. Сказал, что рядом со студией он еще в прошлый раз приметил отличное кафе, и хотел бы зайти туда. В ответ я заявила, что раз не пустил меня до хаты, то и оплачивать обед сам будет. А кушать я очень хотела. И ограничивать себя не собираюсь. Вот! Еще и язык надо было высунуть, для верности. Ух, какая я пакостная, аж сама собой горжусь.

Сейчас мы мирно сидели в том самом кафе и поедали десерты. Я — уже второй. Смотря на удивленного Влада, я только нервно хихикала и напевала себе под нос одну небезызвестную песенку...

— А я маленькая па-а-кость...

— Что? — не расслышал мой бедный, в ближайшем будущем, друг. Я только помотала головой, заедая терамису сливочным мороженым.

— А я маленькая дрянь! Я поганками нае-е-елась...

— Лиз, ты можешь говорить громче? И сколько можно есть? Тебе же еще ребят тренировать? Ты хочешь уверить их в мысли, что тренер — шарик на ножках?

— И на пакости стремлюсь! — с наслаждением допела я. Кстати, умные слова говорит... Что-то я, и правда, переела... Ну да ничего, обмен веществ у меня хороший, через два часа опять проголодаюсь. Эх, сейчас бы погулять хоть немного!

— Вла-а-ад..? — протянула я, заглядывая ему в глаза.

— Чего? Только не говори, что хочешь еще мороженого! — в притворном ужасе прокричал он на все кафе. Люди за соседними столиками обернулись к нам, оценили внушительную гору грязной посуды, с ужасом уставились на меня и сочувственно кивнули Владу. Мол, крепись парень. Только замуж не зови — съест и не заметит. Я только хищно усмехнулась, обведя их плотоядным взглядом. И облизнулась. Кажется, бедных расслабленных людей пробрала нервная дрожь, и краски исчезли с их лиц. И никак иначе.

— Спокойствие! Я погулять хочу. У нас еще минут сорок до занятия, давай в парк? Там попкорн вкусный продается... - я проговорила это нарочито громко и снова обвела посетителей кровожадным взглядом. У сурового на вид мужчины средних лет, сидящего ха соседним столиком, нервно дернулся глаз. Раз пять. Несколько миленьких школьниц с сочувствием посмотрели на мою "жертву" и сжали кулачки, мол, крепись, то ли еще будет.

— А пошли! — кажись, мои маневры не остались незамеченными. Влад все понял и решил подыграть. — Любой каприз, дорогая! — Что-то он переигрывает... — Знаете, сегодня я узнал, что скоро стану папой! — Он вскочил со стула, быстро подбежал ко мне и рывком поставил на ноги. — Я так счастлив, вы не представляете! Правда, моя хорошая? — он заглянул мне в глаза. Убью чертова манипулятора! Отошедшие от шока посетители начали хлопать, поздравляя счастливого будущего папашу. Те самые девочки-школьницы показали ему большой палец, а мне посоветовали все-таки не есть так много, ибо при беременности вес не должен увеличиваться более чем на десять килограммов. Вот же, образованная нынче пошла молодежь!

Я притянула Влада к себе, попыталась прошептать (читайте, прошипеть) ему на ухо все, что я о нем думаю, но он только отмахнулся:

— Первая начала, теперь не возмущайся. Расслабься и получай удовольствие, как говорится. Растроганные поразительной умилительностью этой сцены официанты предложили не оплачивать заказ. Посетители поддержали, заявив, что даже если хозяин против — они сами скинутся. Хозяин, оказавшийся хозяйкой, вышла на шум и, узнав в чем дело, сказала, что они тоже люди, и почему бы не порадовать сформировавшуюся ячейку общества. Вобщем, вышли мы счастливые и довольные жизнью. Влад был особенно счастлив: его кровно заработанные не пострадали. Наела я, скажу вам по секрету, на сумму, превышающую заработок