Друг по собственному желанию - Лана Бельская

— Скорее всего, да. Но я очень изменился с того времени, она не должна была меня узнать. Она просто давно догадалась, кто я такой, но, уважая мое право на тайны, рассказывать не стала, за что я ей благодарен.

— А как она догадалась?

— По фамилии. Когда ты сказала что-то вроде: "Ты тот самый Дансберг, о котором ректор рассказывал?" — она вопросительно на меня посмотрела, но я предпочел ее взгляд проигнорировать. А Ника еще больше уверилась в своей правоте.

— Блин, я тупак. Даже Ника догадалась. А почему ты выбрал международные? Ты же художник, это немного несочетаемо.

— Честно, я просто не представляю себя в другой области. Картины — это для души. А вот международные... Я раньше политикой абсолютно не интересовался. А классе в десятом как торкнуло: стал смотреть новости, читать об экономическом положении стран… Веришь, нет, я составлял табличку: страна, президент, столица, срок выборов... И "Государя" Макиавелли прочитал для общего образования. Вобщем, втянулся. Теперь я художник тире политик. — Он снова усмехнулся. Черт, мне начинает безумно нравиться это его выражение лица.

— Можно нескромный вопрос? — я дождалась кивка и на одном дыхании выпалила:

— А почему вы живете вдвоем с матерью? Что с отцом? Прости, что задаю такой вопрос, но лучше я узнаю это от тебя и сейчас, чем потом задену какой-нибудь неуклюжей шуткой.

— Я понял. Начнем с конца. Сейчас у меня есть три сводных брата и две сестры. Отец нас бросил, когда мне было шесть лет. Он звонил раз в год, изредка присылал подарки на праздники. Я радовался каждому звонку, ожидал его приезда (он обещался приехать каждые полгода)... Потом стал взрослее, понял, что ждать бессмысленно, но надежды не терял. Я позвонил ему, решил спросить, почему он не приезжает. Ведь он же меня любит. Ответ был кратким: "Кто тебе сказал, что я тебя люблю?". Вобщем, он оказался обычным мужиком, которому на месте не сидится. Уже позже я узнал, что у меня куча братиков и сестричек, и что они такие же брошенные, как и я. Олег просто находил женщин, весело проводил с ними время, и смывался, не заботясь о последствиях.

— Прости, что спросила. — Я подошла, и тихонько обняла его за плечи. Влад чуть ощутимо вздрогнул. Я удивленно приподняла брови: парень стоял ко мне спиной, и моего выражения лица видеть не мог — и решила проверить догадку. Легонько провела кончиками пальцев вдоль его позвоночника. Услышала резкий выдох. Черт! Пальцы чуть ощутимо кольнуло, а спина покрылась мурашками. Какого...? Почему я так реагирую?

"Тебе сообщить? — ехидно уточнило Подсознание." Спасибо, радость моя, я сама разберусь.

— Лизка, марш за стол!

— Ты чего кричишь?

— Блин нафиг спалю, будешь горелки есть! — прорычал Влад, не оборачиваясь ко мне.

— Серьезный аргумент. — Я уселась за стол, задумавшись. Что бы он не говорил, друзья из нас получатся плохие, мягко говоря. Если уж у меня такая реакция, то точно не получится. Причем, скорее я сорвусь, наговорю (или наделаю) чего лишнего, чем он.

— Вла-аа-д?

— Чего?

— Мы же друзья? — не особо уверенно протянула я.

— Друзья, Чижик, друзья. — Устало выдохнул он, и поставил рядом со мной большую тарелку с мясом и картошкой.

— Влад, я тебя обожаю! Правда — правда! Спасибо!

— Не за что! — он снова улыбался. — И куда в тебя столько влазит?

— Сама не знаю, — прошамкала я. — Но мой растущий организм требует...

— Жертв?

— И этого тоже. Но пока только еды.

— Лиз, твой супер-опрос закончен? — устало уточнил Влад.

— Закончен, — кивнула я. — Но только сегодня. Я просто половину вопросов забыла. Надо было записывать. Хотя погоди. А почему ты встречаешься с этой... ну, девушкой твоей, короче. И что такого случилось в прошлом?

— Это косвенно связано и с тем, что я не сообщаю о своем "великом таланте" общественности. Предыдущая меня бросила ради богатенького папочки, не зная, что я ему мало чем уступаю. Теперь я встречаюсь с Алиной: она обо всем прекрасно осведомлена, уходить никуда не собирается. Меня устраивает: нет никаких душевных переживаний. Ничего нет. А ту, Алину, я любил. Отойти потом долго не мог. И теперь боюсь новых, нормальных отношений... - очень тихо закончил он. Несмотря на тон и слова, он не потерял достоинства, рассказывая мне эту историю. А мне было почти физически больно за него. И, повинуясь отчаянному, сиюминутному порыву, я снова обняла его. На этот раз не было даже намека на романтику — только поддержка. Влад благодарно кивнул, усадил меня к себе на колени и зарылся носом в волосы.

Мы просидели так минут десять. А потом я услышала ответный вопрос:

— Что с твоей личной жизнью? Почему ты всегда себя одергиваешь? Я почти уверен, что вопрос: "Почему я это делаю?" — звучит в твоей голове намного чаще всех остальных.

— Тебе сначала? — дождавшись его кивка, я начала рассказывать. Откровенность за откровенность. Через десять минут Влад стал счастливым обладателем знаний о моей жизни. Сам напросился.

— Вобщем, из кафе я вышла гордой походкой, потом два дня проревела и уже почти в норме. Что там с Сашкой — не знаю, да и знать не хочу. — Бодро закончила я. Влад весь как-то напрягся при упоминании Саши. — Ты чего?

— В смысле?

— Чего напряженный такой? — покорно разъяснила я.

— Да ничего, не обращай внимания. — И он крепче прижал меня к себе. Сейчас уже мой нос уткнулся в его шею. Влад снова вздрогнул. Ой, кажись, не от холода он это сделал!

Я решила проверить догадку. Легонько подула. Как прикольно! Кожа покрылась мурашками, кулаки напряглись. А что если....

— А ну, стоять! Лизка, блин. Прикинулась бедной овечкой, а сама соблазняешь невинного меня? Слезай быстро, а я пошел.

— Прости! Я просто проверить хотела! Откуда я знала, может, тебе холодно было?

— Ну конечно, — протянул он. — И совсем уж мы не знаем, как нормальные, здоровые парни должны реагировать на приставания милых девочек.

— Не знаем! — честно соврала я. Ну, почти соврала: читать-то я читала, а вот до практики не добралась еще.

— Ок. Поверим. Но мне все равно пора уже. Давай, провожай дорогого гостя.

— Стоять! — теперь уже я прикрикнула. — А почему ты меня Чижиком зовешь?

— Да кто его знает? Просто ты похожа на мелкого пакостного воробышка. Но милого. — Поспешил заметить он, увидев мой злобный взгляд.

— Ладно, принято. Тогда я тебя буду Пыжиком звать. Название за название. — Хихикнула я. Судя по лицу Влада, новое прозвище ему не понравилось, но он собрался мужественно вытерпеть мои закидоны.

— Ладно, Чижик, ладно. Все, спокойной ночи, приятных