Бои за Днепровские острова. Солдаты Отечества - Михаил Иванович Федоров

будет быстрой и особо ничего не успеешь понять. Ну вот почему-то я думал и искренне верил. Но самое яркое, что было, – это когда все то же самое происходит ночью, и в ночник ты видишь, как к тебе приближается ракета, срабатывают ловушки, и летчик начинает противоракетный маневр резко вниз. Ты пытаешься удержаться, чтобы не вывалиться из вертолета, а Рита[34] параллельно орет об опасном маневре и угрозе столкновения с землей. Д-а-а-а-а. Непередаваемые ощущения.

Были еще детишки в нескольких селах, к которым мы подсаживались и передавали гуманитарку.

Один раз сокол пробил фонарь кабины и вылетел к нам в салон, бортачу (видимо, бортмеханик. – Примеч. авт.) тогда повезло. Он был без шлема и просто увернулся. Так бы башню ему снесло точно.

Несколько раз помогали эвакуировать тяжелораненых на “Большую землю” в Россию.

Пару раз привлекались для классической работы в ВПШГ – остановка и досмотр автотранспорта. Едешь ты на свое поле, и тут над тобой начинают кружить ударные вертолеты, Ми-8 садится прям перед машиной и оттуда выбегают люди в касках. Что думали тогда эти несчастные, не знаю, но на лице было одно: обалдеть. Я досмотрел тачку, проверил телефоны, поднял с земли несчастного и пожелал счастливого пути. Прям как гаишник. Потом мы еще долго смеялись над этим всем экипажем.

Хех, было даже “мародерство” на вертолете. Подсели как-то на бахчу, загрузили полный борт арбузов. Единственно, строго в интересах целого вертолетного полка.

В общем, интересный опыт. Вообще авиация – это, конечно, свой мир, со своими традициями, законами. Летуны – своеобразная натура. Не знаю, как можно бухать в таких количествах, но как только он сел за штурвал – как стеклышко.

Мастерство, профессионализм, и вольность! Это точно их девиз. Ну и летчики армейской авиации определенно самые “боевые” среди остального летного состава. Остальные летают где-то высоко и далеко, а эти на самом передке, в самом пекле.

Я бы полетал еще! Это же лучшая работа в мире».

На видео: вертолет летит, из него наносятся удары, вертолет садится, проходит эвакуация. Фото разбитого стекла в фонаре вертолета и фото птицы в салоне.

* * *

«22 мая 2024

Проклятые острова

Группы по четыре человека, “Ярый” и “Рубин” (позывные командиров групп) на острове были 15 суток, заходили на 10. “Рубин” со своей четверкой ушел на запад, где организовал НП (наблюдательный пункт). “Ярый” остался на юге. На следующий день “Рубин” берет с собой бойца, у которого проблемы с ногой (старое ранение) и идет к “Ярому”, чтобы забрать оставшиеся вещи. На западном НП остались два бойца – “Зеля” (у него была радиостанция) и “Сава”. “Рубин” принимает решение оставить у “Ярого” бойца с больными ногами, и один с вещами выдвигается обратно к своему НП».

У меня возникал вопрос: что же с больным пошли на столь ответственное задание? Я много слышал историй, когда недолеченных бойцов снова отправляли на передовую.

Тимофей дальше:

«Примерно за 150 метров до НП “Рубин” слегка заплутал и услышал диалог. По радиостанции он вышел на “Зелю” и задал вопрос: это они говорят или нет? “Зеля” сделал запрос на радиостанцию, которая ему показала, что “Рубин” находится в 150 м от него. Недолго думая, “Зеля” вместе с радиостанцией и без оружия (!) выходит навстречу “Рубину”. За ним решил проследовать “Сава”, но этот догадался взять с собой ствол. В итоге они прошли метров 30, и он увидел, как “Зелю” тащат в кусты. “Сава” повернул голову и увидел хохлов. Они бесшумно высадились и каким-то образом зашли в центр острова (достоверно неясно, как) и сели в засаду на единственной тропе. Налегке, в панамках, без брони и шлемов. “Сава” успел развернуться и открыть огонь. Двоих хохлов завалил и откатился к себе на НП. По его оценке, было восемь человек противника. “Рубин”, услышав бой, откатился обратно к “Ярому”. То есть противник оказался между двух групп, в месте, к которому считалось, что невозможно попасть, не пройдя НП. Между группами было примерно 2,5 км.

“Сава” вернулся на НП и понял, что товарища взяли в плен с единственной радиостанцией. Он остался один и вокруг хохлы, которые еще не знают всю диспозицию, плюс он слышал, как противник эвакуировал своих убитых и пленного. Пленный точно расскажет все, там беседовали точно не так, как я беседовал со своими в тот раз (рассказ о том, как Тимофей взял в плен двух вэсэушников, ранее). Подготовившись к бою, разложив вокруг себя магазины и гранаты, он остался ждать. Так он просидел один трое суток. Что у него было в голове, сложно представить… я бы сошел с ума.

Далее, на остров зашла группа разведчиков из пехоты. “Рубин” вместе с ними начал движение на запад. Прошли место первого “контакта”, тел убитых не обнаружили. Удалось успешно обозначить “свой-чужой” и “Сава” их не пристрелил. “Рубин” вышел к НП и узнал от “Савы” о пленном и бое. Далее, пехота говорит, что им необходимо выдвинуться еще западнее. Дороги они не знают, и им нужен проводник. От нас в голове пошел “Север”, двое с пехоты и “Сава” в замыкании. Пройдя еще метров 300–400, взорвалась мина МОН-50. “Север” сразу “200”. Пацаны начали разворачиваться во фронт, как в этот момент с правого фланга заработал пулемет. Пехотные разведчики сразу “200”. “Саве” повезло, справа от него оказалось большое дерево, в него произвели выстрел из гранатомета. Граната попала в дерево и осколком ему выбило глаз. “Сава” начинает ответный огонь, и ему удается отойти на НП, где находится “Рубин”, и они вместе отходят к “Ярому”. Противник реализовал классическую засаду буквой “Г”, где стрелял во фронт и в правый фланг, потому что на левом фланге была река».

Вот она работа разведчиков.

На каждом шагу поджидает опасность.

Тимофей Растренин:

«Сегодня ночью была предпринята попытка организовать эвакуацию раненых и замену двух групп. Планировалось выдвинуться на двух лодках из разных мест параллельно. Одну лодку хохлы нам уделали сразу, как спустили на воду. Другая дошла до острова, и в нее сели шесть человек. По пути к нашему берегу лодку начал обрабатывать миномет. Очередная мина упала рядом с мотористом, ему оторвало руку. Парням удалось дотянуться до рукоятки управления и дать газа, они причалили к правому берегу (на Днепре много проток и островов, и наши могли находиться на правом берегу острова), в камыши. Прилетела “Баба-Яга”, первые две мины не сработали, третья попала в лодку. Четыре человека получили