Разделяй и властвуй 1-6 - Сергей Александрович Плотников

лопату, только когда ему требовалось сделать паузу. Поскольку боевой обстановки не предвиделось — равнина вокруг нас просматривалась на пару километров, появление орд немертвых или чудом оживших монстров представлялось крайне маловероятным — он позволил себе выложиться на полную. Выглядело удивительно: как будто земля сама себя роет в ускоренной перемотке — силуэт некроманта размазывался и обычным человеческим зрением его было не отследить.

Я же занимался тем, что скреплял и укреплял древесные волокна некромантией, добиваясь максимальной прочности, и заодно делая для нас над траншеей козырек. Передний щит я постарался сделать особенно толстым.

Элсин закончил рыть и уставился на плод моих усилий с удивлением и скепсисом во взгляде.

— И как мы будем наблюдать за ходом эксперимента?

— Никак, — отрезал я. — Я все почувствую.

— А может, хотя бы смотровую щель оставишь?

— Чтобы через нее по нам что-то прилетело?

— В твоей зоне контроля вреда не будет.

— От огня — да. От излучения — скорее всего, тоже, хотя я не уверен. Помнишь, я тебе рассказывал про радиацию?

— Ты думаешь, искусственные солнышки Карсена излучают? — уточнил Элсин. — Исходя из твоих же слов, будь это так, тут уже начались бы массовые болезни. Ядовитые частицы накапливаются в продуктах, а солнышки используются в теплицах. Все живые давно бы уже маялись болезнями желудка и щитовидной железы! Опять же, ты говорил мне про термоядерную реакцию, а в плазмоидах она, по твоим же словам, не идет.

Я в очередной раз поразился тому, как Элсин быстро аккумулирует новые знания — а еще считается, что у некров с этим некоторые проблемы! Не с запоминанием, конечно, а с принятием и осмыслением: именно поэтому студенты с немертвым мозгом вообще могут тупить на зачетах!

— Рентгеновское излучение вполне может присутствовать, а оно тоже отнюдь не полезное. Кроме того, комья земли и раскаленные кусочки камня и дерева — другое дело. Да, ожогов не будет, но инерцию я снимать не умею, так что ударит больно. А если в глаз прилетит, как раз когда мы будем смотреть, это даже для тебя опасно! Да и работы своей мне жалко.

Под «своей работой» я подразумевал Элсиновы глаза — наше совместное творение. Которые, как я понял со слов пользователя, получились на диво удачно.

Мой учитель больше спорить не стал, хотя я видел, что он сильно сомневается в необходимости таких серьезных защитных мер. То ли не верил в то, что у меня получится сделать настолько разрушительную штуку, то ли, наоборот, считал, что я с первого раза удержу над ней контроль.

Странно, не похоже на него… Он обычно тот еще душнила, когда речь заходит о чужой безопасности!

Однако Элсин внезапно сказал:

— Это примерно втрое более глубокая траншея и втрое более толстый щит, чем нужен для организации укрытия при работе с экспериментальными версиями зажигательного зелья. Но даже там возможность визуального наблюдения за полигоном все же оставляют.

И тут я понял, в чем дело: ему, с одной стороны, очень любопытно посмотреть на результат, а с другой, он просто руководствуется своим опытом как алхимика, и ему сложно поверить, что объект, который я пытаюсь сотворить, при своем небольшом размере может быть гораздо более разрушительным! Мало он видел магов Огня в работе.

Я тоже, собственно, видел мало, зато любовался работой ТОС «Солнцепек» на видео.

— Я тебе серьезно говорю, этого еще и мало может быть! — сказал я. — Так что давай лезь в укрытие, а я буду работать. Когда закончу, заскочу к тебе.

— Нет, — качнул он головой. — Я тоже останусь снаружи и буду наблюдать, а по твоему сигналу затащу тебя в укрытие. Так будет быстрее.

— Хорошо, — я не стал спорить: так и правда безопаснее. — Ты уже восстановился?

— Почти. На один рывок точно хватит.

— Ну тогда я скажу «Отпускаю — на счет три», сосчитаю до трех, и на «три» дергай меня вниз.

Мы забрались на козырек укрытия, я встал во весь рост и окинул взглядом окрестности. М-да, тут уж добавление лишнего полуметра высоты обзор особо не меняет. Просто становится видно немного больше серой безжизненной равнины.

И отлично! Точно никого не задену, и даже выжженные следы от моих опытов ничьего внимания не привлекут.

Я вытащил из кармана кристалл Огня на цепочке. Это был не тот, что из колечка Оллы — тот я трогать не стал. Но у нас ведь еще оставались маленькие окрашенные кристаллы, что мы в свое время прихватили «на сдачу» из пещеры эльфов на фронтире. Парочку похуже мы продали, а те, что получше, заныкали на черный день. И сейчас я просто заказал у подмастерья ювелира цепочку и оправу для одного из них — чтобы не потерять. Даже суток ждать не пришлось, у того нашлись готовые простенькие варианты. Один из них я и взял. Ройга поморщилась, когда увидела у меня такую штучку-дрючку, на что я ей сказал: «Если кристалл поможет, закажешь мне другую оправу, на свой вкус».

Я сконцентрировал свой огонь на этом кристалле — если верить Игнис и Тее, именно так надо было действовать. И постарался для начала вытянуть из кристалла тонкий и длинный огненный шлейф. Без кристалла у меня такие делать пока не получалось, хотя я знал, что это возможно: видел на примере Фроссен и Ихси.

Хотя… оба носили кучу украшений, может, среди них и огненные кристаллы были? Как-то я не приглядывался.

Получилось не сразу, однако минут через десять усилий — Элсин терпеливо ждал — я сконцентрировал длинную алую змейку, причем не от собственной руки, а на некотором отдалении от себя. Я стоял на козырьке, а «змейка» горела себе в пыли на земле.

— Так, — сказал я. — Чувствую, я был слишком оптимистичен. Это может занять дольше, чем я думал. Тебе скучно, наверное. Может…

— С ума сошел, — усмехнулся Элсин. — Наблюдать вблизи за работой мага Огня ты называешь «скучно»? Потом, ты забываешь, что я вижу куда больше нюансов, чем ты.

— Да? — заинтересовался я. — Например?

— Например, у этого вытянутого сгустка пламени, который ты создал, разная температура. Ближе к тебе он горячее, дальше от тебя — прохладнее.

— Как интересно… — пробормотал я. — Это моя недоработка. Спасибо.

В общем, дальше около часа или даже больше я занимался созданием огненных шлейфов, подвешивая их в воздухе или пуская по земле. И только к концу часа рискнул наконец попробовать «закручивать» их концы в плазменные шарики. При этом загвоздка состояла в следующем: при закручивании я должен был ментально контролировать каждый слой, «обращаясь» к Огню и задавая каждому