После развода. Преданная любовь - Марта Макова

Девица заигрывающе захихикала, а я медленно повернула голову в сторону знакомого идиотского смеха и неприятного голоска.

Глава 37

Я не ошиблась и не обозналась. Невеста моего бывшего мужа вертелась возле ярко освещённой витрины, выбирала десерты и болтала по телефону с МОИМ сыном!

Никогда не считала себя старой или вышедшей в тираж. Даже измена Жени не убедила меня в моей женской несостоятельности или непривлекательности. Мужчины на меня заглядывались, часто пытались знакомиться, и на корпоративах я ни одного танца не сидела в сторонке.

Но сейчас, ослабевшая, потускневшая от лекарств и вечной тошноты, смотрела на Ксению и на её фоне чувствовала себя выцветшей фотографией себя прежней. Выгоревшей и потерявшей все краски.

Сегодня будущая жена Жени казалась мне ещё моложе, ещё ярче и ухоженнее. Каскад белых волос, бесконечные ноги, идеальная фигура, обтянутая трикотажным платьем.

— Ну чего ты ломаешься, Дань? — манерным голоском уговаривала моего сына Ксения, стоя у витрины с десертами. — Как ребёнок маленький. Я хоть и заменила тебе маму, но не надо со мной капризничать.

Мне словно в живот ногой ударили. Дыхание перехватило. Вот сучка наглая! Что она там себе навоображала? Меня она заменила! Мамаша, блин!

Я сделала глубокий вдох и медленно, с шипением выпустила воздух сквозь зубы.

— Надя. — тёплая, сухая ладонь накрыла мою руку. — Что случилось? Тебе плохо?

Плохо? Да я с трудом подавляла в себе желание дать хороший подзатыльник нахалке! Ну не затевать же сыр-бор при Эмиле? Хотя очень хотелось поставить на место сучку.

Держи лицо, Надя!

— Всё хорошо. — с трудом улыбнулась я Эмилю и снова повернулась в сторону Ксении.

Девица стояла к нам спиной, сучила вдоль витрины ножками в туфлях на шпильке и не чуяла, что всего в секунде от затычины.

— Возьму тебе Павлову. — щебетала Ксения. — Ты пробовал Павлову?

Идиотка! Она что же думает, в Рязани про этот десерт и не слышали? А Данька вообще сладкое не любит. Он и в пирогах-то признаёт только одну начинку — мясную.

— Фууу, Дань, не будь таким букой. — елейно пропела Ксения. — Я просто хочу вечером порадовать вас с отцом вкусненьким.

Что ответил ей мой сын, я не слышала, но, видимо, что-то неприятное и сразу отключился, потому что Ксения ещё несколько секунд смотрела на потухший экран телефона и уже другим — упавшим голосом сделала заказ.

Я хмыкнула и отвернулась к окну. Не по зубам тебе мой взрослый сын, дурында крашеная.

— Надь. — тихо позвал меня Эмиль и мотнул головой в сторону Ксении. — Знакомая? Ты знаешь её?

Я вздохнула.

— Нынешняя моего бывшего мужа. — я попыталась скрыть откровенную неприязнь к нахалке за безразличным взглядом ей в спину.

А Ксения словно почувствовала его. Обернулась и замерла, удивлённо приоткрыв рот.

— Надя?

Проигнорировав мой предостерегающий взгляд, Ксения ринулась к нашему столику.

— Вот так встреча! — Ксения заинтересовано рассматривала и меня, и Эмиля, сидящего напротив. Причём на нём её оценивающий взгляд задержался дольше, чем на мне. — Мы не знали, что ты в Москве. Почему ты нас не предупредила?

— А должна была? — с иронией, граничащей с издёвкой, спросила я.

Ксения предпочла сделать вид, что не заметила насмешки. Сияла притворной радостью.

— А с Данилом вы уже виделись? — её любопытный взгляд суматошно заметался с меня к Эмилю и обратно.

— Он на работе. А я на один день. По делам. — отрезала я.

— М-м-м… — с многозначительной улыбкой протянула Ксения и стрельнула заинтересованным взглядом в Эмиля. — Познакомишь нас?

— Нет. — я посмотрела на нахмурившегося Эмиля. Его я точно втягивать в семейные дрязги не хотела. — Я же сказала, что это деловая встреча. Ты немного не к месту сейчас.

— Я тебе мешаю? — прикинулась дурочкой Ксения, но я почувствовала двойной посыл в её словах. — А Даня знает, что у тебя “деловая” встреча здесь в Москве?

— Со своим сыном я разберусь сама. — пожала я плечами. — До свидания, Ксения.

— Ну пока, пока. — приторным голоском пропела явно оставшаяся недовольной моей реакцией Ксения. — Передам от тебя привет Дане.

Одарила Эмиля проникновенным взглядом и, завиляв бёдрами, продефилировала на своих шпильках к выходу из кафе. Обернулась в дверях и ещё раз многозначительно улыбнулась Эмилю.

Я, не скрывая эмоций, демонстративно закатила глаза. Однако повезло Жене с будущей женой.

Глава 38

— Понравилась? — невесело усмехнулась я, глядя, как Эмиль провожает внимательным, изучающим взглядом Ксению. И этот туда же!

— Стекляшка бутылочная. — пренебрежительно отмахнулся Эмиль. — Даже не бусина.

Я недоумённо приподняла бровь.

— Дед мой был большим ценителем женского пола. — со смешком пояснил Эмиль. — Он только официально был четыре раза женат. И ещё столько же неофициально. Он всех женщин сравнивал с бусинами. Моя бабушка, к примеру, была аквамариновой бусиной. Настроение у неё по погоде менялось так же быстро, как у аквамарина цвет.

— Ваш грушевый раф и эспрессо. — ворвалась в разговор подошедшая официантка и принялась не спеша составлять с подноса на стол наш заказ.

— А другие три какими бусинами были? — дождавшись, когда официантка закончит и, проводив девчонку взглядом, я вернулась к разговору.

— Гранат, бирюза, нефрит, агат, яшма, обсидиан, сапфир. — прищурив один глаз и задрав бровь, силился вспомнить всех Эмиль. — Алмаза точно не было, а вот топаз присутствовал.

Я прыснула от смеха и слизнула языком оставшуюся на верхней губе пушистую кофейную пенку.

— Твой дед собрал целое ожерелье.

— Ну он, да. Он такой у меня был. — со смешком согласился Эмиль. — Он и называл их своим ожерельем. И меня учил, что главное, не нанизывать их одновременно на нить. Не сталкивать. Что у всех бусин разная твёрдость, какая-то может не выдержать и от столкновения разрушиться. К бусинам нужно бережно относиться.

— У тебя, наверное, уже тоже богатое ожерелье собралось? — хихикнула я, пряча за смешком нелепую ревность.

— Ну… — Эмиль принял комически-задумчивый вид, постучал пальцем по губам. — Мне и похвастаться особенно нечем. Я и женат-то был один-единственный раз.

Я со смехом, неверяще покачала головой.

— Не веришь? — деланно обиделся Эмиль, но через секунду весёлая, солнечная зелень в его глазах потемнела, шутовская улыбка сошла, и Эмиль серьёзно посмотрел на меня. — Не люблю стекляшки, Надя. Твой бывший или дурак, или слепец. В его руках была настоящая жемчужина, а он позарился на дешёвку.

— Жемчужина? — я заворожённо смотрела на метаморфозы, происходящие в зелёных глазах напротив. Как быстро и красиво они меняли цвет.

— Настоящую. — уверенно подтвердил Эмиль, глядя мне в глаза. — Таинственную и холодную на первый взгляд, но тёплую и хрупкую внутри.

— Планируешь добавить её к