Без любви. Брак по контракту - Натали Нил

Мария тянет меня за руку, помогая подняться. Я не могу идти, колени дрожат. Опираюсь рукой о перила, закрываю рот ладонью. Почему всё должно было получиться так? Именно тогда, когда всё только наладилось…

- Пойдём, не останавливайся. – Мария мягко тянет за собой.

Я пью чай, а в голове вата. Всё воспринимается, как через вязкий туман. Что мне делать? Что ждёт нас дальше?

- Мария, мне надо в университет. Сегодня зашита курсовой. Да и.. я должна материалы вернуть, книги. – ковыряю пальцем стол, стараясь сконцентрироваться.

- Эниса… не надо. – говорит с сомнением. - Камал Саидович, ведь, запретил.

Поднимаю на неё взгляд, она сглатывает и кивает.

- Камал Саидович не приказывал мне задерживать вас. Надо, идите. Я звонить и докладывать ему не собираюсь. Только вернитесь, пожалуйста, раньше него.

Согласно киваю. Конечно. За непослушание ремень прилетит уже по мне, а не по перилам. Усмехаюсь. Удивительно, что муж меня пожалел. На этот раз пожалел.

Забираю сумку, вызываю такси и выхожу. Мне плохо. В голове гудит так, что трудно на чём-то сконцентрироваться.

Я решаюсь на очень опасный шаг.

Как-то, ещё в доме отца перед свадьбой с Камалом, я искала контакты одной известной кризисной группы, помогающей женщинам, попавшим в беду. Я так и не решилась связаться с ними и удалила все результаты поиска, чтобы никто не узнал о моих происках. Братья считали нормальным влазить в мой телефон и просматривать переписки. Поэтому я мало с кем переписывалась.

Но я помню название и как выйти на них. Пока еду в такси набираю сообщение в мессенджере. Палец зависает над кнопкой отправки. Готова ли я навсегда отрезать себя от привычной жизни, от мамы, Багидат, от золовки и невесток? От всех немногочисленных подруг? Готова ли я нырнуть в омут совсем другой жизни, о которой ничего не знаю? Быть может, Камал сможет простить меня? Ведь не ударил же, не смог… Так и прячу телефон в сумку, не отправив сообщение.

День проходит, как во сне. Но даже так я защищаю курсовую. Последний шаг моего самоутверждения.

- Эниса, что у тебя случилось? – Аня заглядывает в лицо, нежно проводит по волосам. – Ты такая бледная.

Чуть улыбаюсь ей.

- Всё хорошо. Немного тошнит. Не переживай. Переволновалась…

Нас прерывает звонок моего мобильного. Муж. Значит, он уже знает, что я ушла из дома. Но не решаюсь не ответить.

- Через пятнадцать минут, чтоб вышла их корпуса! Поняла? – рычит так громко, что все вокруг слышат его слова.

- Да, конечно… - лепечу и отбиваю звонок. – Простите, девочки. Поможете мне?

Отдаю им книги и материалы, что брала на кафедре. Аня забирает.

- Энис…

Качаю головой.

- Не надо. У меня всё хорошо.

Медленно спускаюсь вниз. У меня чёткое ощущение, что я в последний раз иду коридорами, ставшего родным, корпуса факультета. Моя хрустальная мечта… поднимаю взгляд к потолку, скольжу по нему прощальным взглядом.

Слёзы невольно потекли по щекам. Тяну на себя тяжёлую дверь старинного здания, последний раз вдыхаю особенный воздух старинного здания факультета.

Машина Камала ждёт на стоянке. Выхожу на крыльцо, и тут вдруг какой-то парень, улыбаясь, обнимает меня, мажет поцелуем по губам, отпускает, отходит на пару шагов и, улыбаясь, на прощание весело машет мне рукой.

Меня будто молотком в висок ударили. Что только что было? Я не знаю его! Он чужой… Взглядом уже выхватываю, как взбешённый муж выскочил из машины. Растерянно поворачиваюсь в сторону парня – он уже скрылся за поворотом, обогнув корпус.

Теперь я точно пропала. Этого Камал не простит никогда. Только что на моей жизни кто-то поставил жирный крест.

Камал застыл на месте. Только сверлит меня бешеным взглядом и ноздри от гнева раздуваются. Хорошо, что он не один. За рулём сидит Матвей. На негнущихся ногах иду к машине.

- Камал… - голос не слушается, дрожит.

- В машину. – рычит муж и сам садится. Захлопывает дверь так, что кажется чудом, что машина не развалилась.

Всю дорогу я думаю, что он сделает дома? У меня нет надежд, нет спасения. Вжимаюсь в сидение и опускаю голову. На руки, сжатые на коленях, капают горячие слезинки.

Во дворе Камал так же сквозь зубы цедит:

- Пошла в дом. Ещё раз выйдешь, убью.

О, это благословение небес, не иначе. Он оставляет разборки на вечер. Мне дважды повторять не надо, я бегом вылетаю из машины и несусь домой.

Мария, увидев меня, прикрыла рот рукой.

- Эниса…

- Ничего, Мария, всё хорошо.

Я не поднимаюсь наверх. Иду в гостиную и плотно прикрываю за собой дверь. Я не хочу подставлять Марию. Не надо ей знать, что я буду делать.

Быстро достаю дрожащими пальцами телефон, открываю мессенджер, перечитываю набранное сообщение и жму кнопку отправить.

Мне перезванивают через пятнадцать минут, которые кажутся вечностью. Я торопливо рассказываю свою историю. Мне обещают перезвонить. Не знаю, что они делали в это время. Наверное, выясняют что-то обо мне.

- Эниса, у вас есть возможность прямо сейчас выйти из дома?

- Есть… - кусаю до крови губы.

- Хорошо. У вас есть на руках загранпаспорт?

- Есть.

Мои документы должны лежать в секретере мужа. Он не запирает его. Не запирал… Он доверял мне.

- Отлично. Сейчас вы спокойно возьмёте документы, вещи возьмите только самые необходимые, но так, чтобы не привлекать лишнего внимания. Через двадцать минут выше по улице вас будет ждать такси. Мы уже сделали вызов. Вы назовёте следующий адрес…

Девушка говорит, а я стараюсь ничего не пропустить и всё запомнить.

Всего через несколько минут моя жизнь безвозвратно изменится…

Глава 39.

Трясущимися руками тянусь к секретеру Камала. Он открыт. Выдыхаю с облегчением. Среди документов лежат наши паспорта. Забираю свой.

В сумку, с которой ходила в университет сбрасываю минимум вещей. Хочу быть налегке. Надеваю пару золотых колец и серьги. Моих. Тех, что ещё от родителей забрала. Всё, что дарил муж, оставляю.

Тихо спускаюсь вниз, отношу сумку в гостиную, иду в кухню. Всё, как во сне. Обнимаю Марию. Кажется, она растерялась. Но через секунду уже гладит меня по голове.

- Спасибо, Мария!

- Ну, что вы, Эниса. Всё хорошо?

- Да, всё хорошо.

- Хотите, чай вам сделаю? Или кофе?

- Нет, спасибо. – отстраняюсь от неё и стараюсь не плакать. – Я пойду, полежу. Спасть хочется.

- Конечно. Перенервничали вы.