Искушая любовь - Сара Адам

Глава 13

Горячие слезинки скатываются по щекам и шее. Свернувшись в клубочек, я сижу, отвёрнутая к окну.

Обратный путь в Нью-Рошелл проходит в гнетущей тишине. Алекс периодически делает попытки извиниться и поговорить, но у меня нет на это ни малейшего желания.

Он не виноват да я и не виню, просто хочу побыть в тишине, наедине со своими мыслями.

«Ещё не понятно, кем был её папаша».

Закрыв глаза, в очередной раз подавляю волну ненависти при одном воспоминании о гадостях, что вылетали из грязного рта Ричарда Харриса. Нельзя ненавидеть людей, но я ненавижу. Я всей душой презираю отца Алекса и желаю ему самого страшного, что может выпасть на долю человека.

Разве можно судить о людях, бросаясь такими громкими обвинениями? Он ведь ничего о нас не знает!

Да, Константин Князев не был идеальным человеком. Я осознаю, что папа наверняка замешан в ужасных вещах, что творит мафия, но, тем не менее... Он всегда помогал нуждающимся! Ни один из подчинённых отца не мог сказать о нём плохого слова! Папа был строгим, но не жестоким. Справедливым. Не делал поспешных выводов, всегда разбирался в ситуации и не рубил сгоряча.

Я не могу себе представить ситуацию, чтобы Артём привёл в дом девушку, а папа таким образом о ней высказывался. Унижал и говорил мерзкие вещи о её семье.

В первую очередь он уважал женщин.

И даже когда отец знал, что человек совершил ошибку, то считал, что все мы смертные и можем сойти с правильного пути.

Кто такой Ричард Харрис? Что он из себя представляет, раз смеет называть меня шлюхой? Считает себя достойным говорить о незнакомых людях свысока?

Откуда такая ненависть? Самоуверенность?

Может, в их маленьком городке он и пуп земли, но в сравнении с тем, кем являлся Константин Князев, Ричард жалкая, ничтожная, озлобленная букашка.

Хотела бы я всё это высказать ему в лицо, но уже поздно. В стрессовых ситуациях я вечно начинаю рыдать, не сумев связать и пары слов. Ненавижу свою слабость и неумение отстаивать границы.

Не смогла поставить старика на место, зато сейчас извожусь от разрывающей изнутри злости. Вернуться бы обратно и пригрозить: пусть ищет себе пятый угол, а потом взять и поехать в Нью-Йорк к Артёму и всё ему рассказать. В отличие от меня, брат бы сразу перешёл к действиям и заставил Харриса-старшего поплатиться.

— Делла, поговори со мной, — снова просит Алекс, и я вздрагиваю, вынырнув из озлобленных мыслей. — Не молчи, пожалуйста.

— Мне нечего сказать, — произношу гундосым голосом из-за заложенности носа.

Мне нечего сказать, но я мечтаю о том, чтобы твой отец мучительно страдал и поплатился за свой грязный язык.

Господи... в кого я превращаюсь? Желать другому человеку страданий, даже если он сильно тебя обидел, грех.

Похоже, как бы сильно я ни притворялась нормальной, моё место в другом мире. В криминальной среде, в которой я была рождена и выросла. Там, где такие же психопаты. Где не нужно выдавать себя за другую личность и создавать образ хорошего человека.

Там, где принимают тебя вместе со всеми демонами.

Не в первый раз у меня проскакивает эта мысль... Возможно, уже стоит прислушаться к здравому смыслу?

— Это была последняя капля, — уверенно цедит сидящий за рулём. — Я больше не хочу его знать и видеть.

То, с какой ненавистью Алекс говорит эти слова, вызывает во мне ужасный стыд. Я ни черта не сделала, но, тем не менее, ощущение, что виновата во всех смертных грехах.

— Нет! — повернувшись к парню, выставляю указательный палец вперёд. — Ты не перестанешь общаться с отцом из-за меня.

— Именно это я и собираюсь сделать.

— Я сказала нет, — повторяю с нажимом, сжав челюсть. — Никогда не смей отказываться от семьи, что бы ни произошло.

Алекс готов разорвать связь с родителями из-за меня. Девушки, что предала его и не один раз.

Может, пришло время разобраться в себе, Адалин? Ты мучаешь его и себя.

— Ты отказалась от брата, — бросает аргумент он, а мне становится некомфортно от проскользнувшего упрёка в голосе. — В чём тогда, между нами, разница?

— Это другое, ты не понимаешь, — гневно выдохнув, закрываю глаза, откидываясь обратно на пассажирское сиденье. — С Артом... всё сложно! И я не отказывалась, это сделал он, выбрав другую жизнь.

Я не могу рассказать Алексу всю правду. Признаться, что на самом деле мой старший брат не бизнесмен. Что он не просто связан с мафией, он и есть мафия.

И он выбрал криминальный мир вместо меня. Я умоляла его, а он...

— Алекс, родители не вечные. Однажды их не станет, и вы уже не сможете все вместе собраться за одним столом, как вчера.

— После того, что отец наговорил тебе, я не смогу его простить, — слова Алекса жгут душу.

Я не заслуживаю подобного отношения к себе. Может, Ричард почуял мою грязную душонку?

— Придётся, — бурчу недовольно, бросая на него взгляд исподлобья.

— Надеюсь, твоя семья адекватнее моей, — Алекс треплет меня по щеке, пытаясь хоть немного подбодрить и поднять настроение.

Поджав губы, я едва ли сдерживаю пробивающийся наружу хохот. Похоже, нервы окончательно сдают, раз мне становится смешно.

Ох, милый, если бы ты знал, какая она семейка Князевых, то бежал бы так, что пятки сверкали.

— Хотела бы я это подтвердить, но не могу, — решаю быть хоть в чём-то честной и не давать Алексу ложных надежд касательно родни.

— Ну, раз ты увидела Харрисов во всей красе, то, думаю, пришло время и мне познакомиться с Суаресами.

Суаресами. Я не говорила ему, что живу под чужой фамилией. Стыдно делиться правдой, что тебя не удостоили чести быть Князевой.

— Не думаю, что это хорошая идея, — уныло отвернувшись к окну, я в ужасе представляю, что буду вынуждена знакомить Алекса не только с Артёмом, но и с фальшивым братом Иваном.

Это странно... и мерзко. Не хочу видеть ухмыляющуюся и надменную физиономию Грея, а затем терпеть насмешки.

Погодите, а может, это вовсе не обязательно? Мы обойдёмся короткой посиделкой без участия Джона. Если он вынужденно живёт под