Время Энджи - Алексей Сергеевич Жарков

не мой фонарик. Ну, я решил, что это что-то старое, подошел ближе, наклонился, чтобы рассмотреть, а робот шевельнулся. Он заёрзал, заскрипел на спине человека. Робот – такой, ну, похожий на ящик с ножками, только вот одна из его рук была человеческой. Она была как настоящая – кожа, пальцы, ногти такие белые, с черной каёмкой. Жуть. Он поднимал эту руку и опускал. Опускал на тело, которое лежало под ним. От чего тело дрожало и, как мне показалось, оно тряслось и гудело, и голова у него была слишком маленькая, а из спины торчали иглы. У меня голова закружилась. Раньше, веришь, ни разу за собой такого не замечал. В общем, я испугался, чуть не потерял фонарь, побежал назад, свернул в какой-то другой коридор. Шума, конечно, наделал. Но когда останавливался, чтобы перевести дух, не слышал ничего. В груди что-то как будто шумело и клокотало. Надо было остановиться и отдышаться как следует, но мне почему-то очень долго не удавалось этого сделать. Я долго бежал, а потом заметил, что стены стали совсем уж странные и непривычные. Небритые как бы. Кругом какие-то непонятные белые знаки, я таких еще ни разу не видел. У скафандра начала мигать красная лампочка на воротнике. Я почувствовал кислый запах и пожалел, что запустил свой шлем в Иоши-ишои. Тогда я первый раз подумал, что псевды не желают мне зла. Если бы они хотели меня убить, они сделали бы это сразу. Задним умом, конечно, сейчас это ясно, а тогда было не очевидно. Но я всё равно не захотел развернуться. Кислятина усиливалась. Тогда я расслышал какие-то звуки. Остановился, задержал дыхание и понял, что это говорят. То есть не просто звук, скрежет там, скрип или что-то такое, а вот именно голос со словами. Ну, я обрадовался, решил, что это наши, пошел дальше. Речь стала яснее, и тут я понял, что она довольно странная, какую от людей не услышишь. Слова незнакомые, я постарался разобрать, задерживая дыхание, голова опять закружилась, а на скафандре замигала еще одна лампочка. В общем, это было последнее, что я запомнил.

Лета мне потом сказала, что, если бы они нашли меня хоть на минуту позже, забирать тело было бы уже опасно. Они бы так и оставили его тем упырям, к которым я по дурости запёрся. Да, заставил я их тогда понервничать. Сейчас даже стыдно немного.»

Никита посмотрел по сторонам, прислушался, и, улыбнувшись тишине, продолжил:

«В общем, они меня снова утащили. Тот робот с человеческой рукой оказался живчиком. Только не знаю, слышал ты о таких или нет. Атом рассказал мне потом, что это такие дикие машины, которые отлавливают людей, чтобы заменить себе какие-то части на органические. Сперва пристёгивают конечности: руки там, ноги. Те, что сложнее – тащат головы. Ну, в смысле не те, что мы тащим, а те, что у людей, настоящие, которые с волосами. Ну, то есть, лысые тоже тащат. Короче, ты понял. А если не получается всю голову смонтировать, то цепляют по отдельности: глаза, уши, нос, губы. Атом сказал, что у живчиков такая дурь, ну, то есть мировоззрение – считается крутым заменить себе механику на органику, хоть та и приходит в негодность достаточно быстро. Вообще, они обычно слабые и безобидные. Нападают, если зазеваешься или заснёшь. А Лета сказала, что они падальщики, и сильному человеку их бояться нечего.

Вот. А кислый запах шел от периметра пришельцев, до которого я успел дочесать. И если бы псевды меня не вытащили, так я бы там и загнулся, потому что пришельцы переделали под себя воздух, и в нём завелись разные инопланетные вирусы, бактерии и прочие субстанции. Всякие мелкие твари, которые пожирают таких, как мы, так что не успеешь и оглянуться. Атом сказал, что к пришельцам можно ходить, но только в полном скафандре, и только к тем, с которыми мы сотрудничаем.»

Никита погрыз ноготь, раздумывая. Темнота и тишина лежали вокруг, пропитывая пространство спокойствием. Рядом, едва слышно скрипнул скафандр.

«Денис, давай я теперь расскажу о тех, с кем я оказался. Всего их пятеро: Атом, Лета, Иоши-ишои и Заур. Они все псевды. Атом – у них главный, он всем командует и все его слушаются. Лета говорит, это потому, что у него такая роль, он был создан лидером и командиром. Их всех готовили для колонизации какой-то планеты, где обычному человеку не выжить. Так что вместо первых поселенцев отправили искусственных людей, специально для этого предназначенных. Это были почти люди, но с какими-то изменениями для улучшения выживаемости на той планете, и они были достаточно специфичны. Скорее всего, Денис, ты знаешь об этом больше меня, но я расскажу здесь то, о чем теперь знаю сам. Псевды могут дышать не только воздухом, например. Видят в темноте и в тумане. Это разновидность дыма. Но самое главное их отличие – они не стареют, и живут очень долго. Как ты. Так что, они тоже помнят прежних.»

Губы Никиты снова сомкнулись, где-то в тёмной глубине коридоров и отсеков послышалось движение. Какой-то живчик тащился по переходу, равномерно и ритмично, как умеют делать только машины. Словно тиканье часов возникло из ниоткуда, и, стихая, медленно растворилось в тишине.

«Атом – очень крутой. Всё лицо у него в шрамах, про которые он может рассказывать целые истории. Про каждый. Лета – его подружка. У неё почти нет шрамов, но зато на руке не хватает пальцев. Они жутко старые, но выглядят совершенно нормально. Заур, наверное, тоже, ну… в смысле такой же, но он всегда в скафандре, потому что Атом сказал, что он потерял адаптацию к нашему воздуху. Он так долго сидит в своём скафандре, что никто уже не помнит, как он выглядит. К тому же, у него сдох ретранслятор, так что Заур ко всему этому, еще и молчит всё время. Ну, то есть, ретранслятор, вроде бы не окончательно сдох, там сбилась громкость, он орёт, если включить. Вот Заур его и не включает, чтобы лишний раз не тормошить дичь. В скафандре Заур похож на робота, на нём столько всего нужного и крутого, много всяких полезных устройств и механизмов, датчики разные, манипуляторы, инструменты, и всё такое. Поэтому Заур у них за механика. Если честно, я был уверен, что это робот такой навороченный, пока Атом не объяснил.

Так. Еще у них есть Иоши-ишои. Это два человека под одним именем. Ну, точнее имя вроде