Предлагаю ничью - Алиса Ростовцева

— Убирайся.

— Что?

— Я сказала — убирайся. Наш разговор закончен.

— Почему ты злишься?!

— Нет, Керимов. Ты ошибаешься. Я ни капли не злюсь. Мне просто мерзко находится с тобой в одной квартире.

Тимур всикнул одну бровь, уставился на меня с интересом. И, конечно, не двинулся с места, даже когда я вскочила со стула и указала ему на дверь.

— Я не хотел тебя обидеть. Извини.

— Извини и все? — я усмехнулась. — А где же падение на колени и взгляд потерявшегося щенка? Нет? Не в силах изобразить раскание века? Отлично! Тогда поднимайся и проваливай из моей жизни. Вместе с твоей семьей!

— Ты все такая же, как и…

— Ты тоже не изменился.

Несколько секунд мы сверлили друг друга взглядом.

— Мы же можем общаться иначе. Не ссориться, не кричать друг на друга. Ты помнишь?

В словах Тимура была легкая грусть. Я же чувствовала только горечь. И сколько не притворяйся, мне никогда не избавиться от нее. Точно не тогда, когда Керимов так вдохновенно говорит о нашем прошлом.

— Нет. Я не помню. Это было в другой жизни и, вряд ли, с нами.

Керимов кивнул, отвел взгляд, чтобы почти тут же встать из-за стола и выйти из кухни. Уже в прихожей, напротив входной двери, он вдруг замер и через плечо обернулся ко мне.

— Спасибо за чай. Я не знал, что ты теперь пьешь вишневый.

— Что? — я облизнула губы, чувствуя на них оставшийся аромат вишни. Ненавистный еще с детства запах теперь стал отчетливо «слышен» по всей квартире. Несколько мгновений я ошарашено смотрела на Керимова, пытаясь вспомнить, откуда на моей кухне взялась распакованная коробка этой… дряни! Я же не могла купить ее сама!

— Мне подарили. Не пропадать же хорошему чаю, — ложь легко сорвалась с губ. А я пожалела, что не могу поверить в нее сама. Ехидный внутренний голос уже отпускал один комментарий за другим.

Ага, кто это, интересно, из моих друзей мог подарить бы мне пачку чая? И с какой стати, я вдруг бы стала его пить?

Собственная память любезно показала мне картинку, как в Ашане неделю назад, не чужая — моя — рука тянулась к вполне конкретной полке. Я выбрала сама. Именно вишневый. Именно тот, который любит Керимов…

Тимур, казалось, даже не удивился.

— Отлично, — улыбнулся. — Теперь я знаю, у кого в запасах всегда найдется упаковка вишневого пуэра. Нам надо увидеться снова, Кси. Ну, чтобы я помог тебе с чаем.

— Только попробуй! — возмутилась шутливому обещанию Керимова так, будто он изощренно пытался мне угрожать. — Я больше не пущу тебя на порог!

Тим фыркнул и, уже стоя на лестичной клетке, признался.

— Я это уже понял. Хороших выходных тебе… Ветрова.

Он думает, я запущу в него попавшейся под ноги туфлей? К чему так улыбаться, когда говоришь гадость?

— Счастливой семейной жизни, Керимов, — пожелала с вежливой улыбкой и посоветовала на прощанье. — Больше не попадайся мне на глаза.

Прежде, чем Тимур успел ответить, я захлопнула дверь.

Слава Богу, я больше никогда его не увижу.

* * *

Удивительно, с какой легкостью девушки умудряются делать из мухи слона. Вот сейчас мы обсуждаем с ней планы на выходные, а в следующую секунду она, как бульдог, цепляется за какое-то мое слово, и потоки претензий и упреков вдруг срываются с ее губ.

Доходит порой до смешного. Во время скандала всплывают отголоски историй, произосшедших несколько месяцев назад. И ей абсолютно плевать, что я уже не помню деталей! Зато она, хм. Она накручивает себя до тех пор, пока не разразится слезами. Ей бесполезно что-то доказывать и объяснять.

Аня, Аня…

Там, где Яна была мудрей и расчетливей, Анютка ведет себя, как подросток. Прямолиненое, бескомпромисное и требовательное дитя. Временами, это здорово меня раздражает.

Но, как философски заявляет отец, все мы получаем именно то, что хотели. С Аней — как раз этот случай. Никто не стоял с пистолетом у моего виска. Я сам добровольно выбрал эту маленькую нахалку.

Впрочем, это случилось целых три года назад.

Будто наркоман, переживший ломку, я нашел отличную замену Кси. Нет, я, вряд ли, когда-нибудь искал ее специально. Но пять лет назад, не обнаружив Ветрову на занятиях в вузе, я был по-настоящему разочарован.

Пусть наше расставание вышло скомканным и нелепым. Пусть я вел себя немного грубо, и Ксения, естественно, имела полное право на меня обижаться. Пусть! Я был не против того, чтобы она и дальше на меня злилась или избегала наших встреч в универе или снова едкими фразами доводила меня до иступления. Но, в конце концов, она была бы где-нибудь… Здесь.

Я не назвал бы это привязанностью или тягой. Лобовью? Тем более! Тоска и сожаление тоже не те слова, которые подходили бы к описанию моих чувств. Я был просто разачорован поведением Кси. Сбежать с пятого курса в поисках лучшей жизни? Ксения была вполне способна на это. Но почему именно сейчас?

Вопрос, который я так и не решился задать Ветровой в то время, пока она еще появлялась в сети. А потом… прошло несколько недель, отношения с Яной закрутились совсем не по-детски, и мне стало не до Кси.

Тот год жизни с Яной запомнился мне калейдоскопом ярких вечеринок, постоянных ссор с родителями, едва не проваленными госами и… разрывом. Господин Литвинов лично приехал забрать свою сбежавшую жену домой. А я даже не был этому против. Ли-ли, как породистая овчарка, требовала слишком дорогого ухода. Ее запросы оказались не по карману ни мне, ни моему отцу. Месяцы спустя я искренне удивлялся, как у отца вообще хватило терпения снабжать меня и Яну деньгами, выполняя ВСЕ — абсолютно все — прихоти нашей пары. Может быть, отец заранее знал, что мы все равно будем недовольны друг другом? Окей. признаю. Мой отец оказался отличным провидцем. Все сложилось в точности, как он себе и представлял. Яне оказалось мало денег, внимания, наших с ней развлечений. Это перешло все границы и стало в конечном итоге невыносимо. Однажды я просто устал приходить к отцу. Еще через несколько дней на Янином горизонте вновь замаячила фигура ее недобывшего мужа, с которым она очень предусмотрительно не развелась.

Даже смешно, с какой скоростью Литвинов примчался на помощь Яне и без лишних вопросов и скандалов увез ее за собой в Москву. Но не мне судить этого человека. В истории с Ли-ли мне и самому нечем гордиться.

С Аней мы познакомились несколько месяцев спустя после