Наследник. Часть 1 - Кирилл Сергеевич Довыдовский

Навскидку выходило, что… прочный. Перед этим я обшарил тела тюремщиков в каморке перед камерами. И у них ничего похожего на ключ не нашлось.

— Погоди, я же тебя помню, — на лице целителя проступило выражение узнавания.

Это он, значит, по голосу так?.. Надо же!

— Ты же…

— Инкогнито в данном случае, — поспешно заметил я. — Рад знакомству. Евгений Аристархович, вы не в курсе, как эти двери открываются?

— Стихийный замок второго ранга, — ответил мужчина тут же, не став больше задавать вопросов. — Подозреваю, что ключ хранят где-то наверху.

— А вот это обидно… — протянул я.

Конечно, у меня была Поломка Устройств. Ценой ухода в долгий откат, я мог ее сейчас применить. Вот только дальше были еще камеры.

Простой Разрез тут тоже бы не помог. От замка, да и от двери в целом устойчиво веяло Краской. Так что я умотался бы ее полосовать.

— Ладно… Отойдите, пожалуйста, от двери.

Я вынул из подклада в курте сайдер. Лезвие в этот раз выходило тяжело, со скрипом, что называется. Длинная ночька выдалась. Причем устал-то я еще утром, пока меня Старик по базе со своей физкультурой гонял. За что ему отдельное спасибо.

Обращайся.

На всякий случай комментировать я не стал. Вместо этого сосредоточился на горении. И спустя еще секунду вонзил Меч в замок.

Сверкнуло. Я ощутил сопротивление…

…а после что-то щелкнуло, и дальше Меч уже будто в пустоту провалился.

Дверь поддалась, и я перешел к следующей. Там процесс повторился, и затем я погасил сайдер, передыхая.

Сейчас у меня была твердая уверенность, что если бы я эти две недели тренировался с Мечом, а не круги с отжиманиями наматывал, то пользы было бы больше.

Впрочем, раз Старик говорит, что так лучше, нужно ему верить.

После я вернулся к камере Евгения, открыл дверь. Он уже стоял на ногах, вот только выходить наружу не спешил.

— Евгений Аристархович, мы немного торопимся.

— Моя семья, — посмотрел он в ответ. — Если я сбегу…

— Ваша семья уже в безопасном месте, — перебил его я. — И желательно, чтобы и мы туда успели.

Еще несколько секунд он на меня смотрел, потом решительно кивнул. Тогда уже я подошел к нему.

Дверью, конечно, все не ограничилось. Отец Насти хоть и являлся целителем, все-таки был стихийником третьего ранга. Со всеми вытекающими. Так что без артефакторных наручников, сковывающих дар, его не оставили.

Сайдером я бы скорее его задел, с моим текущим контролем. Так что пришлось снова прибегать к способностям реинкарнаторов. В этот раз выбрал Познание Сути. Которое тут же ушло в откат на две с половиной недели. Ну… могло быть и хуже. Но сегодня, как и в ближайшую неделю, уже точно без него. Иначе можно на полгода будет лишиться.

— Осторожно, — сказал Евгений, когда я потянулся к цифровой панели на наручниках. — Заблокируются.

— Я удачливый, — «успокоил» я его.

И тут же быстро набрал номер, подсказанный Познанием Сути.

Щелкнуло, и браслеты раскрылись.

Если отца Насти это и удивило, то яркой реакции он не показал. Все-таки на редкость уравновешенный человек. Вот, что значит, врач!

— Спасибо, — поблагодарил он.

— Сочтемся, — хмыкнул я.

И тут же двинул в соседнюю камеру. В ней на полу в углу лежал окровавленный парень. На вид — года на два-три старше меня. Ну и судя по ощущениям в Ясновиденье, находился он на грани между жизнью и смертью.

Проблема была в том, что я вообще не представлял, кто это.

Враг Бекелевых совсем необязательно мой друг. Был бы тут кто постарше, я может и время тратить не стал, но так как это был пацан… Впрочем, Евгения Аристарховича я даже попросить ни о чем не успел. Он сам зашел в камеру, склоняясь над раненным. Тут же от его рук потянулся к парню белесый туман.

— Множественные переломы… внутреннее кровотечение… — проговорил Евгений хмуро. — Ему не больше полчаса оставалось.

— Сможете помочь? — уточнил я.

— Стабилизирую. Для лечения нужны инструменты, реагенты…

— Пока нам нужно только перевезти его. Я остальных освобожу.

Запертых камер было еще две. Меня снова начала подталкивать Способность Навигатора, намекая, что тормозить крайне нежелательно.

Снова я сначала открыл смотровое окошко, и…

— Убирайся, мерзавец!

И я как-то даже опешил. Спасаешь тут всех, понимаешь, а в ответ такое отношение.

— Эм, сударыня, вы бы как-то поделикатней, — обратился к девушке внутри. Она сидела на койке у стены. Как и у Евгения, на руках у нее были артефакторные наручники.

— Где мой брат⁈

Хм.

Кажется, я знаю.

— А вас как зовут? — уточнил я.

Заодно и выясню про парня. Но девчонка — или девушка, на вид ей лет семнадцать-восемнадцать было — не спешила отвечать.

Видимо, она наконец разглядела маску у меня на лице. И тогда уже выдала:

— Ты кто?

— Тот, кто решает, вытаскивать вас отсюда или нет, — отозвался я терпеливо. — Ваше имя.

В этот момент стены подвала в очередной раз неплохо так тряхнуло. Донесся грохот…

— Что происходит⁈ — выпалила она. — Немедленно ответь мне! И сними маску, если ты мужчина!

Так.

Кажется, по уровню адекватности Евгению Аристарховичу она и в подметки не годилась. При том что сама выглядела более-менее невредимой. Круги под глазами. Покраснения на запястьях в местах, где был контакт кожи с браслетами. Но в остальном вполне пристойный вид. Платье пусть не выходное, но аккуратное, по стройной фигуре. Даже прическа не растрепанная. А вот замашки при это командирские.

Явная аристократка. Причем обращаются с ней бережно. Вот и кто она такая?

Какая-нибудь племянница Хофмана, которую на перевоспитание отправили. И нужна она мне с ней возиться?

— Ладно, вспоминайте пока, как вас зовут, — бросил я, закрывая смотровое окошко.

Вдогонку мне успели что-то крикнуть. Кажется, снова насчет того, что я не мужчина, но я это проигнорировал.

И перешел к следующей камере.

Той самой, к которой меня и вела Способность Навигатора. Ощущение, когда я приблизился, стало еще сильнее и насыщенней.

Открыв смотровое окошко, я увидел внутри мужчину. Вещей в камере, кстати, было больше, чем в предыдущих трех. Не в плане каких-то удобств, а просто каких-то мелочей, мусора… Из-за чего создавалось впечатление, что сидит он тут уже давно. Явно дольше, чем предыдущие пленники.

Сам мужчина был взрослым, лет тридцати пяти, или даже старше, если хорошо сохранился. Либо регулярно принимал Краску. А он ее скорей всего принимал.

Правда, первые несколько мгновений я никак не мог разобраться в некоей странности. Ясновиденье определяло его как одаренного. Он и в наручники также был закован.

Вот только ощущался он не как отец Насти и