Отставникъ. Встать на ноги - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

Служанка неуверенно кивнула и ушла на кухню. Госпожа Холодная задумчиво ей вслед посмотрела, а потом у меня уточнила:

— Про ресторан не соврал?

— Нет, — коротко ответил, а потом пояснил: — В том числе и из-за него заинтересовался Марией, как только попробовал ее стряпню.

— Ну, господин Жуков, получишь ты у меня, — чуть слышно произнесла актриса.

Что-то мне подсказывает, лучше бы Ивану Сергеевичу какое-то время не оставаться наедине с Верой Васильевной в одном помещении, где есть чему разбиваться. Ну, вазы там всякие или еще какие-нибудь предметы. Импресарио оказался прав, когда говорил, что на его подопечную оказываю какое-то магическое влияние и при мне она успокаивается. Но на этот раз он точно будет бит, не в прямом, так в переносном смысле.

Минут через пять мы уже наслаждались едой и втроем вели некую светскую беседу. Как обычно начали с погоды и цен на продукты, а потом постепенно круг вопросов стал шире.

— Мария, господин Голицын оказался прав, ты изумительно готовишь, — вытерев салфеткой губы, произнесла Вера.

— Благодарю, — кивнула та и чуть заметно улыбнулась.

— Боюсь только, что могу растолстеть, — печально продолжила госпожа Холодная.

— Говорил уже, что такое тебе не грозит, — отмахнулся я.

— Шеф-поваром в мой ресторан не желаешь пойти? — Вера посмотрела на Марию и добавила: — Будешь получать в разы больше, чем работая служанкой.

— У меня нет рекомендательных писем, а еще, где это видано, чтобы в таком заведении женщина на кухне распоряжалась, — уклончиво ответила Мария.

— Только по этой причине или есть еще что-то? — вкрадчиво поинтересовался я.

— Остальное — личное, — парировала служанка, не став ни отрицать, ни подтверждать.

— Какая ты осторожная, — усмехнулась Вера. — Ну, оно и понятно, воспитание и манеры не спрячешь, как ни старайся. И не надо на меня так удивленно смотреть, — погрозила пальчиком в сторону Марии. — Узнала я тебя, точнее, вспомнила, как несколько лет назад, ты блистала в Петрограде на одном из званых ужинов. Даже некую негласную конкуренцию мне составила. Красиво вальсировала, но спеть напрочь отказалась. Все верно?

Служанка положила ладони на коленки, побледнела, сидит ни жива, ни мертва.

— Не помню, а может и не знала, из какого ты аристократического рода, — продолжила Вера, — но в моей голове не укладывается, как ты оказалась на этом месте. Не расскажешь?

— Разрешите мне уйти, — не поднимая глаз, прошептала та.

— Чтобы тебя избил тот, кто недавно отыскал и делит с тобой номер в захудалом трактире? — хмыкнул я. — К сожалению, только сегодня об этом узнал и еще мер не принял.

— Не надо! Прошу вас! Оставьте все как есть! — выкрикнула Мария и с такой тоской в глазах на меня посмотрела, что ее боль почувствовал.

— Говори, что произошло, — жестко приказала госпожа Холодная. — Все, без утайки. Господина поручика знаю хорошо и готова за него поручиться, он офицер и слово не нарушит. Я тоже не стану ни сплетен, ни слухов распускать, не пойду и в полицию на тебя заявлять, если только ты никого не убила.

Хм, Вера уверена, что ее репутация позволяет так говорить.

— Думаю, мне уже нечего терять, — как-то грустно улыбнулась Мария. — Да, мы с вами виделись, и с того времени многое изменилось. Меня выдали замуж, рассчитывая поправить финансовое положение семьи. Как потом оказалось, мой муж рассчитывал на это же. Узнав о том, что я не так богата, — она криво усмехнулась, — он рассвирепел и в первую же брачную ночь избил. Приданое спустил за полгода, все проиграл, а потом и мои личные украшения отобрал, продал почти все наряды. Однажды я заикнулась про развод, так неделю не могла встать с кровати. Кое-какие активы у моего отца еще остались, и мой супруг рассчитывает, что когда-нибудь их получит.

— И ты не жаловалась родным? — мрачно поинтересовался я.

— Замужняя дама отрезанный ломоть, мужа обязана слушаться, ублажать и заботиться о семье. А если изредка бьет, то это он так уму-разуму учит, — ответила Мария и добавила: — Это слова моего родителя, который не захотел меня слушать. Удивительно, но его и моя мать поддержала. У меня от бабушки, царствие ей небесное, — девушка перекрестилась, — оставалась брошь, дорогая и о ней никто не знал. Мне удалось ее заложить и с помощью одного хорошего господина получить новые документы, — она тяжело вздохнула. — Муж же, Александр Павлович Буркин, к этому моменту уже увяз в долгах. К нам стали наведываться кредиторы и требовать возврата долгов. Дошло до того, что он стал поговаривать, а не начать ли мне торговать телом. В итоге, удалось сбежать. Денег хватило на билет до Москвы, надеялась тут затеряться. Не вышло, нашел он меня. Вот такая моя история.

— Печально, но ты не первая и не последняя, — задумчиво произнесла Вера.

Я же молчу, в рассказе служанки остались темные пятна, но в главном она не соврала, а детали и не так важны. Удивительно, что нашла в себе силы и от мужа-деспота сбежала.

— Но как он тебя отыскал? — поинтересовался, размышляя, как в такой ситуации поступить.

В полицию обращаться бессмысленно, там в проблемы семьи если и вмешаются, то после того, как будет труп. И если погибнет мужчина, то наказание женщине назначат суровое, даже если и будут узнаны факты о том, что ее в браке муж унижал и избивал. А вот стрясти долги не откажутся и попытаются их всеми силами получить, если супруг умрет или даже застрелится. Что же в такой ситуации делать, какой лучший выход?

— И какая оказалась последняя капля, которая заставила тебя действовать? — поинтересовалась Вера, похоже тоже посчитавшая, что девушка рассказала далеко не все.

— Мне не хотелось бы говорить и об этом вспоминать, — отвела взгляд Мария.

— Понимаю, это больно, но необходимо, — спокойно сказал я.

— Через девять месяцев после свадьбы, поняла, что беременна. Сообщила об этом мужу, но тот радости не испытал, буркнул, что наследник ему даром не нужен, да еще от такой никчемной девки. Правда, бить стал не так сильно, в основном по груди и ногам, живот щадил. На третьем месяце была, домой вернулась, а он с какими-то господами в карты играл. Как обычно, просадил последние