Опричники 2 Питер - Ал Коруд

Честь, Война, — то доиндоевропейский слой принёс в кельтскую веру тотальный анимизм. Каждая гора, роща, река и камень имели своего духа (genius loci). Отсюда — поклонение деревьям: само слово «друид» предположительно происходит от корня dru- (дуб). Священные рощи — так называемые неметоны — были центрами ритуалов. Практика поклонения отдельно стоящим деревьям характерна для мезолитических и неолитических культур Европы.

Культ голов: жестокая практика насаживания вражеских голов на частоколы или их сохранение в храмах считается пережитком местного охотничьего культа. Голова считалась средоточием души и магической силы земли, которую нужно нейтрализовать или присвоить.

4. Богиня-Мать и триады женских божеств. Матрилинейность и почитание женского начала часто указывают на поглощение матриархальных земледельческих культур неолита. Из известных нам — Дану (Мать богов): прародительница племени Туата Де Даннан. Её имя сохранилось в названиях великих рек (Дон, Дунай, Днепр). Матроны (Matronae): на территории римской Германии и Галлии найдено огромное количество алтарей, посвящённых Матронам — местным женским божествам плодородия, которых романизированные кельты продолжали почитать под собирательным именем. Часто они изображались как триединая богиня.

5. Отсутствие космогонии и эсхатологии. Классические индоевропейские религии (например, ведическая или скандинавская) всегда содержат миф о сотворении мира из тела первочеловека и предсказание конца света. У кельтов этого нет. Как отмечают античные авторы, друиды верили в неразрушимость вселенной и бессмертие душ через переселение (метемпсихоз), но не знали мифа о начале времён. Исследователи связывают это отсутствие стройной картины мироздания именно с тем, что кельты впитали местные европейские верования, для которых цикличность природы была важнее космического порядка.

Кто-то из сидящих протянул:

— Только кого изо всего этого пантеона нам в таком случае искать?

12. Секретная страда

Седых задавала вопросы за всех.

— Вы нас окончательно запутали. Сначала мы вышли на след шаманов. Затем старинного божества. Да, возможно, мы ошиблись, но постоянно работали и искали. Зато здесь перекрыли канал через границу. Сейчас вы говорите, что мы опять не правы и нужно искать иголку в стоге сена. Но есть хоть какая-то конкретика?

Петерсон совершенно не изменился в лице и оставался невозмутимым. Хотя вопрос был поставлен жестко.

— Мы ищем. Пока даже вы находите лишь косвенные улики.

— Подождите, — вмешалась в разговор Трескина, — а почему вы все-таки отвергаете скандинавский след?

— Я обратился напрямую к Петеру Юханссону. Он самый большой специалист по старинной мифологии Фенноскандии. Он и выразил общее мнение их службы.

Путяшная наморщила лоб:

— Это вы о главе шведской Symbaroum?

Седых перевела на нее недоуменный взгляд:

— Можно не для посвященных?

Глава питерского филиала Опричнины вздохнул:

— Уже посвященные. Дело обретает международный оборот, так что ваше расследование получает статус «I плюс».

— Опачки!

Наталья и в самом деле здорово удивилась. Она никогда не участвовала в оперативных мероприятиях даже по статусу «I минус». Вторая степень допуска, это был их потолок. А тут они разом перескочили две ступеньки секретности. И у нее захватило дух от перспектив. После им могли поручить дело любой сложности в любой точке России. Да и за ее пределами точно. И если она права, то у них уже есть репутация у такой старинной службы, как Symbaroum, уходящей корнями во времена вендельской культуры. Что, правда, они тогда расследовали, было неясно. Разборки между богами? Седых покосилась на подругу. Вот Пелагея не видела в сложившейся ситуации ничего особенного. Как будто, так и надо! Ловцы многозначительно помалкивали. Возможно, они работали с дрянью и похуже. Их полувоенный статус обозначал закрытие любой информации. Клещами ничего не выжмешь. Но как боевики они были первостатейными. Это капитан признала сразу.

— Яков Валерианович, тогда, может, введете нас в общий курс дела, — Путяшная вцепилась в обозначенный шанс всеми ноготками. Перейти разом от бытовухи на международный уровень. Кто об этом не мечтает?

— Введу, Забава Никитична. На самом деле со многими подобными службами и агентствами в окружающем мире мы продолжаем сотрудничество. Только сейчас чаще в неформальной обстановке. Даже с английским «Особым отрядом 9» контакты не прекращаются ни на день.

— Ого! Я грешным часом считала, что все.

Петерсон успокоил Седых.

— Политики приходят и уходят, и их интересы зачастую никак не пересекаются с общими запросами человечества. И такое началось даже не позавчера. Вспомним хотя бы Крестовые походы и случившийся после накат ереси и восточных сект в Европе. Самый показательный случай — Орден Тамплиеров. Во что он превратился в землях древнего Леванта.

— Хотите сказать, что им там есть умные люди? Только почему они нам не помогают.

Глава Питерского филиала мягко усмехнулся:

— В рамках возможного.

— Руководство в курсе.

— Вот это уже не ваше дело. Действуйте в рамках задания.

Седых эта реплика не понравилась. Она жестко поинтересовалась:

— Подождите, тогда зачем им мы?

— Не им, товарищ капитан, — осадил опричницу Петерсон,- а обычным людям! Уберут нас, настанет хаос. А он не нужен никому. Это, если вы помните наставления, уже почти случилось с ситуацией с Третьим Рейхом. Гитлер наобещал новым хозяевам мира с три короба, но затем полностью окунулся в мир оккультики и чуть не утянул туда половину мира.

— Именно тогда был составлен знаменитый Договор в Ялте?

— Да, — Петерсон откинулся в кресле, — вас этому учат при начальной подготовке. В большей части стран Европы уже имелись собственные службы вроде нашей. Некоторые, как Инквизиция невероятно старые. Но их разделение по государствам, а также устаревшие взгляды на религиозные конфессии не раз уже приводили в прошлом к величайшим неприятностям. Достаточно вспомнить политику Кромвеля, когда различного рода сектанты, что переселялись в американские колонии скопом получили помощь. Они же утащили в новые земли кучу старинных культов, уйдя от рук справедливого правосудия.

— Что не мешает американцам считать себя примерными христианами.

— Да пущай их! Они ведут как дети. Но отсутствие настоящих священников и намоленных церквей помогает беглецам из Европы прятаться на просторах США. В итоге сами создали себе кучу проблем. Хвала богам, что океан пока нас защищает.

— Вернемся к нашим баранам, Яков Валерианович.

Глава филиала сморщился и с неудовольствием глянул на Поляницу. Что за привычка прерывать старших? Затем он вспомнил, что о ней говорила его подруга Геронна Михайловна об этих двух опричницах и передумал фыркать. В конце концов, это по ее наводке он их пригласил и оказался прав. Вряд ли кто иной из Петербурга смог бы так быстро взять след и выйти на невероятное. Они — будущее их Службы Государевой. Потому он качнулся в сторону экрана:

— Что вам так интересно?

— Насколько сотрудничество с коллегами из Европы поможет нам именно в этом деле?

— Хорошо, расскажу, что смогу, — Петерсон успокоился. Эти северянки менее эмоциональны, чем другие